Семь смертных грехов

Кроме того, следует учесть, что вы подвергаете себя опасности, так как превращение читателя в героя книги дает писателю возможность причинить ему вред или даже убить, написав всего лишь пару строк.

Я вообще не умею видеть сны. Каждую ночь кто-то идет впереди меня и открывает двери моих сновидений, но я не умею в них войти.

...и когда во сне с тебя сойдет похмелье, проснешься умнее, чем когда бы то ни было. Но имейте в виду, длится это недолго. Постоянно быть умнее всех не может никто…

...только когда я его приведу, не накидывайтесь на него сразу с вопросами, типа как его зовут. И становится ли он правым башмаком на левую штанину, когда стаскивает с себя брюки, или наоборот. Это неприлично.

Видишь, как он уставился на нас! Слышит нас через три тишины. Вот бы узнать, как он целуется… И умеет ли ездить на велосипеде задом наперед, сидя на руле.

Мы лишим его цельности. Разделим в нем мужское и женское время. И пусть он, такой удвоенный и расщепленный на собственную мужскую и женскую природу, проведет остаток жизни в попытках привести свои четыре руки и две головы в гармонию со своим единственным сердцем. Таким образом, рано или поздно он сам себя подстережет в засаде…

Дело в том, что вы были убиты трижды. И имеете право трижды отомстить за свою кончину. Так что имейте в виду, где-то в глубинах ваших загробных воспоминаний о жизни существует и ваша третья смерть...

— Помните, как вы были убиты?
— Что-то не припомню. Такого никто не помнит. Собственная смерть в памяти не остается.

Будущее - вещь странная. Наше знание будущего уничтожает его, и оно перестает быть будущим. Будущее расплетается в наши жизни так же, как может расплестись верёвка. Но я больше чем уверена, что любое будущее страстно жаждет, чтобы человек воспользовался своим шансом.

Различие между любовью и любовью может большим, чем различие между любовью и ненавистью.

Жизнь болезненна. Каждое мое движение – ошибка, каждое мое слово – ошибка. И за каждую из этих ошибок приходится дорого платить… Будущее у нас похоже на какую-то бескрайнюю бессонницу, а человек на улитку, его слизистое прошлое тянется за ним, как прозрачный след, а будущее ему приходится взваливать себе на плечи, как домик, в который он скрючившись забирается каждый вечер, чтобы переночевать…

...в том возрасте, когда достоинства еще не начали переходить в пороки.

Существует предание о том, что в Белграде, на улице Светозара Радича на Савском склоне, висело зеркало с дыркой, которое не отражало таких ленивых читателей. Они исчезали в зеркале и не появлялись в нем до тех пор, пока не дочитывали до конца брошенную ими книгу.

Жизнь болезненна. Каждое мое движение — ошибка, каждое мое слово — ошибка. И за каждую из этих ошибок приходится дорого платить… Будущее у нас похоже на какую-то бескрайнюю бессонницу, а человек на улитку, его слизистое прошлое тянется за ним, как прозрачный след, а будущее ему приходится взваливать себе на плечи, как домик, в который он, скрючившись, забирается каждый вечер, чтобы переночевать…

Различие между любовью и любовью может быть большим, чем между любовью и ненавистью.

Каждый человек всегда и везде пытается хоть чуть-чуть понять, кто он такой.

карман — это лучшее место для забытых вещей.

Подхожу поближе, чтобы рассмотреть лицо, и просто столбенею на месте. Вместо фотографии в рамку на надгробном камне вставлено зеркальце. Чудесное хрустальное зеркальце.

– у вас здесь иногда воскресенье, переодетое в среду, поджидает четверг…

Писатель всегда покупает сережку безухому. Торгует мыслями. Художник же хочет эти мысли увидеть. А человеческие мысли никогда не стоят на месте. Каких только мыслей нет, и кто знает, чьи они, зачем они, чьими они не были и чьими не будут, но приходится их терпеть.