Плексус. Нексус

Продолжаются злоключения Генри Миллера в Нью-Йорке, большом-яблоке-возможностей, только все эти возможности пока что канают мимо. Краткое содержание первой серии таково (the road so far): Генри познакомился с Марой-Моной и решился уйти от жены, очень много при этом тарахаясь и звездострадая. Ушел. В этой серии по идее все должно было быть восхитительно: райское наслаждение от новой женщины (и тысячи еще попутных других), чудесные ощущения от попоек с друзьями, полное окунание в жизнь богемного эпатажного писателя и так далее, но нет (оркестр такой, нонет, включается). В этой серии Генри ноет и подпевает нонету. Но нету у него работы, но нету у него книги, то есть книги не пишутся, не растет кокос, видно в понедельник его мама родила. Про маму, кстати, он тоже вспомнил и про "родителя", денег у них занимал. А если серьезно, то в Плексусе Генри пытается писать рассказы и продать их потом, но очень странным способом.

Пока ему друзья и друзья друзей и разные встречные предлагают работу в журналах, газетах, прочих периодических изданиях - колонки писать ежемесячные за деньги, Генри гордо отказывается "яжпейсатель", при этом его новая жена работает официанткой-авантюристкой-альфонсихой, обирая "поклонников", очевидно, такой способ - практически сутенерство - Генри подходит лучше. То есть развивать свои способности и талант рассказчика в периодических журналах, повторяю, за деньги, - это (но)нет, он будет развиваться сам, сочиняя рассказы и сося лапу вместо потребления еды. Хммм, где же тут подвох?

Вообще, вторая серия мне понравилась куда больше первой, возможно, потому что меня перестали тыкать носом Генри перестал тыкать членом во всевозможные женские заросли (это строго по тексту), или, скорее всего, не перестал, но перестал об этом писать. У меня складывается ощущение, что и писал он об этом только потому, что ему такую порношнягу заказывали? Народ интересовался сугубо этим? Мало острых ощущений в текстах? Как бы там ни было, без постоянных "я ее туда-сюда на х вертел" читать стало намного комфортнее.

Так о чем же в итоге Генри пишет? А ни о чем. О том, как он проснулся, одел шелковый халат, который ему прикупила Мона на деньги очередного воздыхателя, о работе, которую он ненавидит, зато ему очень нужны деньги, вот прям очень нужны, вот прям кошмар позарез как, но не работать же в самом деле, а если работать, то чтоб так, с левой ноги... о том, как он однажды возьмет и напишет звездатую книгу, потому что он же сцуко писатель, он же талант, так все его друзья считают, о друзьях и попойках с ними, о книгах и писателях, любимый Достоевский, любимый Гамсун... под конец его срубило от Шпенглера, которого он зацитировал целыми абзацами (Генри, я могу взять Шпенглера сама, если мне захочется)... о людях, иногда включает адов сарказм, если люди ему не нравятся. Это было бы забавно и интересно, если бы я с Генри хоть чуть-чуть совпадала по мировоззрению. Вся беда в том, что как раз те люди, которых он так "нежно" опускает, наоборот мне наиболее комфортны. Генри - иррациональный экстраверт, спонтанный анархист и ненавидит правила, мне же как раз по душе работяги, математики и я люблю правила и упорядоченность, ну, такая вот я зануда, черт. Мне с Генри совсем не по пути. Но я рада, что имею доступ к целому пласту чуждой мне психики. Буду обходить таких подальше.

Такая вот разгильдяйская книга, последнюю четверть которой я уже откровенно вымучивала. Дозировать ее надо, дозировать, а у меня уже кажется, передозировка Генрей наступила.

Прошло уже несколько дней, и Нексус постепенно выветривается из памяти... Но надо резюмировать, чтобы помнить хоть что-то. За свою трилогию - за три недели - Генри Миллер стал для меня нарицательным существительным. Это такой генримиллер - отвратный человек с замечательным умением бухтеть и вешать лапшу. Не знаю вот как в нем это совмещается. Он бесконечно добр ко всяким убогим, глупым, задроченным созданиям, и бесконечно жесток ко всякому, кто ему не понравится, то есть благополучным, здоровым, успешным людям. Он скот по отношению к своим женщинам (своей женщине) и Поэт по отношению к Женщине в целом. Настоящий Поэт, без дураков. И единственное его состояние ,в котором он мне нравится - это генримиллер страдающий. Только тогда она начинает напоминать хоть кого-то, отдаленно напоминающего нормального человека. Это понятное мне чувство.

В третьей серии его любимая женщина увлеклась какой-то приблудой, чокнутой художницей Стасей, и духовно "покинула" Генри. Они живут в этаком менаж-а-труа, но Генри немного в стороне. Генри страдает, и наконец-то принимается (слава Всевышнему!) за первые наброски к своей будущей книге. И его размышления на тему "как писать", "что писать", "а надо ли писать" - едва ли не самое интересное во всей трилогии. И вот надо же обладать такой железобетонной уверенностью в собственном таланте, чтобы не бросить это занятие, когда у тебя раз за разом не получается ничего. Ни любой самый захудалый рассказик, ни уж тем более роман. Но именно в этой время Генри вырабатывал свой стиль, новаторский, как говорят, мне он новаторским не кажется, ну да ладно. Это стиль чукотских акынов "что-вижу-то-пою", только щедро приправленный кучкой секса. Ну, видимо, он художник, он так видит. Мне теперь интересно, это все мужчины так "видят" или только генримиллеры?

Еще Генри приобретает себе идефикс - Европа. Почему-то под Европой Генри и Джун (ну, Мону в реальной жизни звали Джун) разумеют Париж, и только Париж, Испания вот не прельщает их, и совсем не Европа, видимо. И заканчивается третья серия обретением сего Грааля, Мальчик хочет в Тамбов Генри едет в Париж, ура, свершилось. Кричали женщины ура и в воздух чепчики бросали (или в случае с Генри лифчики вернее будет). Ну кто, может, и не бросал, а будь у меня чепчик, я бы бросила. Ну сколько можно то звездострадать без денег?

Продолжение Розы Распятия можно прочитать уже в Википедии. Генри познакомится с Анаис Нин (теперь ее дневники меня ждут... когда-нибудь) и забудет свою фемм фаталь, Джун. Джун же уедет назад в Америку, сопьется, скурится, скурвится, будет жить на деньги Генри, добрый десяток лет проведет в психиатрических больницах... Жаль ее. Сформировала писателя, называется... Так вот гении по людям проезжаются. А Генри - ну, про Генри все известно. Сменит еще парочку жен и тысячу женщин, напишет много романов, прославится, и умрет на собственном ранчо в Колорадо.

Честно говоря, несмотря на дикую усталость от генримиллера, не могу не признать, что мысли его будут близки половине мужского населения Земли. Им будет интересно. Мне же нет. Мне немного грустно, как будто закончилась эпоха, но, честно, я с радостью закрыла для себя эту трилогию, и встречусь с Генри еще нескоро. Пока, Генри. Скучать я по тебе не буду, но познакомиться с тобой было познавательно.

Великая отверстая рана, сквозь которую утекала кровь жизни, закрывается, и все существо человека расцветает, подобно розе. Генри Миллер

Пожалуй, один из ключевых романов Генри Миллера, в котором раскрывается путь писателя от зарождения желания и потребности в чтении до мук творчества и проблем издания. Собственно произведение не совсем типичное для самого автора. Здесь практически нет сексуальных сцен, но это роману лишь на пользу.

Мифобиография Генри Миллера.

Генри Миллер создал из своей биографии величайший миф, в котором соседствуют философия жизни Ницше, закат цивилизаций Шпенглера, психологизм Достоевского, авантюризм Сандрара, анархизм Кропоткина и сюрреализм. В данном случае сюжетной основой послужили первые годы жизни с Моной (Джун Смит). Именно она была первой его музой, которая подтолкнула писателя на путь художника. Их отношения рассматриваются вплоть до наметившегося кризиса и увлечения Моны Анастасией (Марой).

Путь художника.

Когда вижу, каким хламом завалены полки в книжных магазинах, понимаю, что гении никому не нужны.

В детстве Генри Миллер активно увлекался чтением, причём именно сложных книг. Он приходил в библиотеку и шокировал её работников своими заказами. И пусть не всегда понимал, но по крайней мере пытался. Со временем увлечение переросло в любовь к искусству и желание творить. Сам конец несколько мистический и буддистский - знакомство с неким Клодом-прорицателем, который советует обратиться внутрь себя и идти выбранным путём.

Философия жизни.

Как говорил умирающий Лоуренс: «Невероятное чудо для человека - жить. Великий триумф человека, как и цветка, животного и птицы, - жить полнокровной, совершенной жизнью…» В этом смысле Пикодирибиби никогда не жил. В этом смысле никто из нас не живет. Давайте жить настоящей жизнью, вот что я пытаюсь сказать.

Миллер любил жизнь и старался получить от жизни всё. Каждый человек был для него живой книгой. А бруклинские друзья детства повлияли на мировоззрение не меньше любимых писателей.

Генри Миллер - эссеист.

Его лирические эссе-отступления на темы искусства и литературы, пожалуй, одно из самых главных достоинств книги. Как эссеист Миллер был довольно силён, что заметно была и ранее по ряду книг. В частности, великолепно эссе об Артюре Рембо - "Время убийц".

В целом, произведение интересно и очень понравилось.