Виталий Бианки. Собрание сочинений в четырех томах. Том 3

Рецензии

• 

  M_Aglaya

  18 октября 2023

  В друзья

  Советская литература, детская литература. ))

  Ну вот, когда я в библиотеке забирала почитать из с/с 4 том, где письма и дневники, то слегка глянула, что там в остальных... )) И 3 том взяла тоже - чисто от неожиданности... )) Потому что там оказалась "Лесная газета"...

  Тут, конечно, надо пояснить, что же вдруг неожиданного. Дело в том, что в моем детстве мы с самой знаменитой книгой Бианки не встретились... Ну, вот как-то так получилось, что у нас ее не было - в смысле, в нашей библиотеке - что тут поделаешь. Дело случая. Если бы было, я бы, конечно, и туда заглянула - но нет. Но так я, конечно, про нее знала - и что это, и как это... У нас в библиотеке была "Подводная газета" Сладкова (и я ее любила читать), которая сразу честно разъясняла, что написана наподобие "Лесной газеты", только более специализировано. Так что по-любому понятно. )) Ну, нет и нет, особой печали я по этому поводу не испытывала - потому что, как уже в прошлый раз писала, не сильно любила читать "про природу". ))

  Сейчас, когда я по возможности предпринимаю усилия, чтобы собрать "свою детскую библиотеку", мне в букинистике попалась та самая "Подводная газета" - радость-то какая... И вот тут я задумалась - а не глянуть ли уж тогда, есть ли где "Лесная газета"? Ну так, для полноты картины. )) Глянула - и оказалось, что вполне есть, и даже достаточно широко переиздается... вон как раз недавно эксмо издавал в очередной серии детской классики... Купила, в общем, эту книжку, быстренько прочитала и на этом успокоилась. Все-таки, думаю, "Подводная газета" вышла гораздо душевнее...

  И вот в библиотеке смотрю на эти тома... вижу в 3 томе "Лесную газету"... И у меня просто шок настал. (( Дело в том, что та самая недавно изданная эксмовская книжка, про которую я говорила, была издана в лучших традициях эксмо. То есть, крупным шрифтом... на 320 страниц... И притом еще там кроме "Лесной газеты" было до кучи добавлено несколько рассказиков. То есть, сама по себе "Лесная газета" занимала страниц двести максимум. Плюс рисунки... Ну, если представить в нормальном виде, то, я думаю, выйдет меньше ста страниц. А тут, в томе из собрания сочинений "Лесная газета" занимает около 400 страниц... Мелким шрифтом... В несколько колонок на странице... Что??... Что?!! (((( Разумеется, такое я не могла пропустить. В этом надо разбираться.

  И вот я ее взяла и прочитала... Что тут могу сказать - это небо и земля... Эксмо просто изуродовало оригинальный текст, можно сказать, надергало из него фрагменты... превратило в некий абстрактно полезный экстракт. Начисто стерильный. Обезжиренный, так сказать. Без кофеина. Пластиковый заменитель. И вот в таком виде они это продают под видом детской классики... (((

  Ну, я уже не могу отыскать ту книжонку, не знаю, куда она завалилась. Так что просто по ощущениям пыталась определить, что же эксмо посчитало лишним. Вроде бы выкинули все, что касалось колхозной жизни... И то, что затрагивало "огромные просторы нашей необъятной родины" - поскольку с тех пор родина в объемах сильно уменьшилась... И то, что касалось охоты... И вроде бы новости из города - из Ленинграда - тоже... Звездный финиш, короче говоря. ((

  В общем, я совершенно без понятия, что можно извлечь из этого изуродованного обрубка. Я вот (не читая в детстве оригинал), только и подумала - ну, миленько... но не фонтан, конечно...

  Ага, вот сейчас читаю и ощущаю, что это действительно грандиозная вещь. )) Не знаю, какое бы впечатление она на меня произвела в детстве... по крайней мере, не забылась бы точно... Зато сейчас я ее могу почувствовать более объемно. )) Так что, если кто соберется читать "Лесную газету", я очень рекомендую брать только советское издание. Потому что сейчас совершенно невозможно предугадать, что еще решат из нее выкинуть "из лучших побуждений"... К тому же, в советском издании включены великолепные иллюстрации - настоящая художественная графика.

  Как я поняла, Бианки писал эту книгу на протяжении многих лет - точнее, она начала выходить еще до войны, впоследствии в нее вносились какие-то дополнения... По структуре все просто и понятно - текст разделен по месяцам (хотя рамки сдвинуты относительно привычного календаря, видимо, с расчетом природных биоритмов). На каждый месяц сначала идет что-то вроде вступления, краткого описания месяца, потом как бы краткие новости, "что происходит в лесу". Иногда появляются рубрики "из города", "из колхозов", все такое. Обязательный раздел с охотой (иногда рыбалкой). И в завершение идут опросы, загадки, задания на сообразительность. В таком роде.

  Ну, само собой это все надо брать только в полном объеме, как оно и задумано. И тогда, глядя в общем, можно почувствовать э... великий круговорот жизни... Весеннее пробуждение... Летний расцвет... Осеннее умирание... Страшная мертвая зима... Год за годом, за кругом круг...

  И все-таки удивительно, насколько в наши времена всего этого так опасаются. А в то время, когда Бианки писал свой эпос, очень многое понимали по-другому. И вот как - взять и исключить охотничий раздел? Да, это тяжело читается - рассуждаю я, тоже пребывая, так сказать, "в рамках современного дискурса и нарратива" - ведь тут специально охотятся на зверюшек и убивают их. Но это так оно и есть - жизнь и смерть, и все взаимосвязано...

  В итоге, добравшись до финала, где описывается лютое царство зимы и смерти, я - неожиданно - почувствовала какое-то просветление и утешение. )) Да, сейчас у нас как бы настала зима. Но и она не навсегда. Никогда не было такого, чтобы зима не закончилась. Даже на крайнем Севере приходит весна, и жизнь возрождается. Спасибо Бианки. ))

  
  
  «- Примите меня, пожалуйста, в спецкоры «Лесной газеты». Я здорово умею рассказывать лесные враки.
  

  • Странная у вас специальность, - удивились мы. – Но нам вашего товара не требуется: мы печатаем только правду.
  • А разве вам не надо, чтобы ваши читатели думали, когда читают «Лесную газету»?
  • Мы думаем, что они думают.
  • Хэ! А я думаю, что они думают, что вы думаете за них, а потому они думают, что им думать нечего. Я их знаю! Сам читатель!»

  
  
  «Месяц май тепел и холоден. Днем солнышко, а ночью бывает – ай! – какой морозец. Бывает май – под кустиком рай, а то май – коню сена дай, а сам на печь полезай».
  
  «Сейчас пора гусиного лука и его подруги – хохлатки уже отходит. Тень деревьев стала слишком густой, она мешала бы им жить, если бы они уже не приготовились уйти домой. Их дом в подземном мире. На земле они только гости. Рассеяв семена, они бесследно исчезнут. Но где-то там, в глубине, будут покоиться все лето, всю осень и зиму маленькая луковица и круглый клубенек».
  
  «Как злые кроты, рылись под землей цепкие корни трав и деревьев. Они сплетались и перевивались, жали и душили друг друга в борьбе за питательные, полные солей подземные воды. И множество маленьких елок так никогда и не увидело солнечного света: они погибли, задушенные под землей гибкими и крепкими, как тонкая проволочка, корешками трав. А тех, кому удалось пробиться наверх, встретили душные объятия травяных стеблей».
  
  «Крот не крыса, а скорей еж в мягкой бархатной шубке».
  
  «В июне на лугах цветы теперь все больше солнечного цвета: купальницы, калужницы, лютики – луг от них весь золотой. В эту пору – в самую пору солнечного рассвета – собирают люди целебные цветы, стебли, коренья себе про запас, чтобы, вдруг занедужив, передать себе собранную в них живительную силу солнца».
  
  «Когда много пауков и паутинок летает по воздуху – а это бывает осенью в хорошую сухую погоду, - говорят: настало бабье лето. Серебрятся седые волосы осени…»
  
  «Чем кончится война между лесными племенами, наши корреспонденты увидеть не могли: чтобы увидеть конец, надо было бы жить здесь долгие годы».
  
  «Это честная игра. Таится птица, крадется охотник. Кто первый заметит? Чье тверже терпенье? Чей зорче глаз?»
  
  «Несем привет читателям с островов и побережий северных ледовитых морей от морских зайцев, моржей, гренландских тюленей, белых медведей и китов. Берем поручения – передать приветы читателей африканским львам, крокодилам, бегемотам, зебрам, страусам, жирафам, акулам. Перелетные с Севера кулики, утки, чайки».
  
  «Если у тебя глаз острый, наметанный, тебе и головы поднимать не надо: каждого хищника узнаешь по его тени, по темному его силуэту, скользящему по земле».
  
  «Взглянуть бы на бескрайнюю нашу страну с неба. Осенью. Подняться на стратостате выше леса стоячего, выше облака ходячего – километров бы на тридцать над землей. Конца-края нашей земли все равно не увидишь, но овидь – что видно кругом – оттуда огромная. И покажется с такой высоты, что вся наша земля в движении: что-то движется над лесами, степями, горами, морями… Это – птицы. Бесчисленные птичьи стаи».
  
  «Подходит зима – ежегодное перемирие в войне лесных племен. Деревья засыпают. Спят они крепче медведя в берлоге. Спят – как не живут. В жилах у них остановился сок, они не едят, не растут, только сонно дышат. Прислушайтесь – молчание. Приглядитесь – это поле битвы, усеянное мертвыми телами бойцов».
  
  «Многие звери никаких особых кладовых себе и не устраивают. Они сами себе кладовые. Просто наедятся хорошенько за осенние месяцы, станут толстые-претолстые, жирные-прежирные – и все тут. Жир ведь тот же запас пищи. Он лежит толстым слоем под кожей, и когда зверю нечего есть, проникает в кровь, как пища через стенки кишок. А уж кровь разносит пищу по всему телу».
  
  «Каждый, кто посадил и вырастил хоть одно дерево, поставил себе при жизни чудесный зеленый памятник, живой памятник на века».
  
  «Ноябрь выезжает на пегой кобыле: то снег, то грязь, то снег».
  
  «К нам в лес прибыл еще один ночной разбойник. Увидеть его очень трудно: ночью темно, а днем его не отличишь от снега. Речь идет про белую полярную сову».
  
  «Лес – бес, - говорили в старину на Руси. – Работать в лесу – видеть смерть на носу».
  
  «Выпал сильный снег. Обнаружено, что мыши повели в нем подкоп к молодым деревцам нашего питомника. А мы их перехитрили: взяли да крепко-накрепко утоптали снег вокруг каждого стволика. Вот они не могут пробраться к деревцам. А которая выскочит наружу, ту в два счета убивает мороз».
  
  «Сколько мертвых тел погребено под снегом! В свой срок выросли, расцвели, дали плоды растения-однолетники. И рассыпались в прах, снова превратились в землю, из которой вышли. В свой срок рассыпались в прах однолетние животные – многие маленькие беспозвоночные. Но растения оставили семена, животные отложили яички. В свой срок солнце, как прекрасный царевич в сказке о мертвой царевне, поцелуем пробудит их к жизни. Заново создаст из земли живые тела».
  
  «Белым ровным слоем покрыл снег всю землю. Поля и лесные поляны теперь – как гладкие чистые страницы какой-то гигантской книги. И кто ни пройдет по ним, всяк распишется: «Был здесь такой-то».
  
  «Когда волк идет шагом или труском (рысью), он аккуратно ступает правой задней ногой в след своей передней левой ноги; поэтому следы его ложатся прямой, как по веревочке, строчкой – в одну линейку. Глядишь на такую строчку и читаешь: «Тут прошел здоровенный волк». Вот и ошибся! Правильно прочесть надо: «Тут прошло пять волков». Ступали след в след, да так аккуратно, что и в голову не придет, что это след пяти зверей».
  
  «…И на снегу громадный след, очень похожий на человечий (когда босиком человек), только с кривыми, страшными когтями. То медведь вылез».
  
  «Старый лисовин лежал вчера над головой караулившего его Сысой Сысоича. И трясся от смеха над маленьким охотником, если только вообще лисицы умеют смеяться. Сысой Сысоич, впрочем, после этого случая крепко уверен, что уж раз лисицы могут на деревья лазать, то смеяться-то они, конечно, еще как смеются».
  
  «В трудную пору жизнь отлично умеет притворяться мертвой».
  
  «У зверей да птиц все дело в сытости. Хороший обед изнутри греет, кровь горячей, по всем жиклам разливается тепло. Если бы пищи вволю, не страшна была бы зима».
  
  «Сейчас все лесные жители стонут от жестокой зимы. Лесной закон велит: зимой спасайся от холода и голода, как умеешь, а о птенцах забудь. Птенцов выводи летом, когда тепло и пищи вволю».
  
  «Всю-то долгую зиму глядишь, глядишь на засыпанную землю да невольно раздумаешься: что там под ним, под этим холодным сухим морем снега? Осталось ли там, на дне его, хоть что-нибудь живое?»
  
  «Как видите, много разных зим, осеней, лет и весен есть в Советском Союзе. И все они наши, и все это наша великая Родина. Выбирай, какой край тебе по душе. И куда бы ты ни заехал, где бы не поселился, - всюду ждет тебя своя красота и свое дело: исследовать, открывать новые красоты и богатства нашей земли и строить на ней новую, лучшую жизнь».

  Читать далее

  63 понравилось

  0

  163

Цитаты

Подборки с этой книгой

• 

  Моя АудиоБабушка

  • Shishkodryomov
  • 86 книг
• • 
  • 
  • 

  Мои новые полки

  • Meliona
  • 339 книг