Баргамот и Гараська

Детская книга, состоящая из двух рассказов, содержит глубокие размышления о смысле жизни, тоске и страданиях.

В рассказе «Кусака» ярко выражена мысль о том, что жестокость жизни может сделать собаку злой. Это напоминает нам о том, что и люди могут быть жестокими из-за трудностей и несправедливости.

Рассказ «Петька на даче» показывает, как однообразная и лишённая любви жизнь может привести к утрате человеческого облика. Однако свобода и возможность жить на природе способны пробудить в человеке лучшие качества.

Эти произведения обладают сильной психологической глубиной и заставляют читателя задуматься о важных жизненных вопросах.

История о том, как беззаветно можно уповать на Бога, верить в лучшее, ждать перемен в жизни, которая с каждой молитвой и новой искрой религиозного экстаза темнеет, гниёт и, чем больше жизнь близка к Аду, тем сильнее стремление к Раю. Усиливается оно, однако, одновременно с пониманием и приятием невозможности Рая. Эта дилемма рвет изнутри, рвет жизнь главного героя снаружи: Бог, которому отдал он свою душу, вводит его в ступор. Необъяснимая жестокость и несправедливость реальности борется или даже, скорее, сопутствует вере. Мне кажется любой верующий сталкивался с бездной, на дне которой божественное счастье и/или мрак, и никак не понять, что же там на самом деле. И любой верующий поймет, что даже зная, что внутри нет абсолютно ничего, что кармическое вознаграждение за аскетизм и самопожертвование не рождает добра и счастья - не должно это умалять веры. Она такова - невидима, и безответна - и в том её ужас, красота и, как кажется мне, необходимость.

Я не очень люблю Андреева. Вернее, для меня он непонятен! В большинстве его произведений, в тех, по крайней мере, которых я читал, он предстаёт передо мной личностью мрачной, тяжеловесной в суждениях и не слишком талантливой. Ну что ж! Я не литературный критик, и о таланте писателя не мне судить. Но вот, тем не менее… ВСЁ ЕГО мне не нравилось! Однако «Иудой» проникся. Наконец-то, как мне кажется, я уловил мысль.

Прокажённый, который обнажает свои омерзительные гноящиеся язвы, нам страшен! Но мы не боимся больного, скрывающего свой недуг под плотными одеждами. Кто для нас наиболее опасен из этих двоих? Ответ напрашивается сам собой! Тот, кто обманывает, прикрывается и прикидывается здоровым!
Иуда почти в открытую совершает кражу, порочит каждого встречного-поперечного, поносит родителей своих. А тот, кому впоследствии предстоит пребывать в блаженстве рядом с Христом, обладать ключами от рая трижды отрекается от него… Так в чём же разница? И кого из них действительно стоит проклинать?! Вот в чём вопрос!
Кто первым последовал за Христом? Разве не Иуда? Кто поверил первым? Кто страдал наравне с ним, пока остальные благопристойные пировали за упокой души учителя? Фарисейство неискоренимо со времён Иисуса. Не самый ли это страшный грех - лицемерить и врать в глаза? Не самое ли паскудное предательство? Как знать!

Прочитала большой рассказ, почти повесть Леонида Андреева "Василий Фивейский".

В фильме Павла Лунгина о грозном царе Иване Васильевиче есть любопытная, пусть и проходная сцена - самодержец, помазанник Божий, убеждённый беззубым еретиком Иваном Охлобыстиным в том, что он обладает исключительным, высшим правом судить и миловать, переступает через Его волю. Оставляет Христа позади себя, на ступеньку ниже, приказывая молнии хряснуть вслед за движением своего хрящеватого перста. Нужно ли говорить, что за минутную наглость, независимость и самонадеянность Иван Грозный сполна получит по своим экзистенциальным щам?

Художественное пространство Леонида Андреева опирается на страх неизведанного: бездна, смерть, душа (её бесконечная святая мука, её молчание) - необходимые элементы поэтики писателя. Ради них, кажется, всё и затевается: в сухом остатке остаются не буквы, любая попытка как-либо стилистически освежить язык бесполезна, она никак не может конкурировать с буквальным, практически вербальным присутствием метафизической бесконечности; читателя в постоянном ужасе держит совсем органичное чувство отчаянья. Мы боимся одиночества, нелюбви, своей физической и духовной немощи.

Андреев рассказывает историю провинциального батюшки: поп Василий и его тихая, ладная попадья родили дочку, потом сына-идиота. Кроткой женщине пришлось самостоятельно справляться со своим горем, ведь о. Василий слишком мягок и импульсивен, он оживёт гораздо позже, когда известная бездна как следует разинет над ним свой рот, а пока он просто наблюдает за гибелью своей жены. Она много пьёт водки, особенно не выносит животного крика идиота, она опускается, она желает смерти сыну.
Пока сюжет развивается, герои не устают отмечать, что они находятся во власти неизъяснимого рока, ведь это прекрасно можно почувствовать (как без труда ощущается затишье перед сильной грозой). Сгорает дом священника, умирает попадья Анастасия, её пузыри и струпья целует главный герой.

Отец Василий продолжает бороться за искренность своей веры - возможно ли, каждый день наблюдая несправедливость и горе, что каждый человек носит на себе - быть убеждённым слугой Христа? Однозначного ответа Леонид Николаевич не формулирует, видимо, предлагая читателю сделать вывод самостоятельно: во время отпевания знакомого батрака о. Василий окончательно решил, что верой исключительной силы и данной ему мощью божественной благодати он может поднять из гроба, воскресить опухший, смердящий труп. По Андрееву, конечно, ничего не случилось, чуда не произошло, пришла смерть для отца Василия с небеси, его нашли мёртвым в трёх верстах от родного села.

Книга прочитана в рамках флэш-моба "Сто книг - Сто лекций Дмитрия Быкова". На своей лекции о Леониде Андрееве Быков рассматривал другой рассказ автора - "Молчание". Но тема у этих (и возможно других тоже) рассказов одна - попытка человека понять, зачем и для чего он живет. И для чего Бог нам посылает столько страданий, если Он нас любит? И как Его любить и в Него верить, если жизнь так невыносима? На самом деле эти вопросы задаются почти во всей мировой литературе несколько столетий. Леонид Андреев просто использует для этих тем такие краски, что мороз по коже, особенно если читать его рассказы ночью в тишине...
Язык очень вкусный, герои - как живые стоят рядом и рассказывают свои истории...