Лис

Это - прелесть какая малость и чудесный лесной магический реализм. Все в книге живет по своим законам, человеческим предрассудкам не подчиняется. Все описания - лишь слова-ярлыки, на деле они имеют тот смысл, который вкладывает в них автор. Здесь бес - не бес, Лис - не лис, ворон - Ветер, а добра и зла просто не существует: есть только здесь и сейчас.
Но не пугайтесь, читателю вовсе нет нужды разбираться в хитрых законах этого маленького мира. Достаточно просто расслабиться и плыть по течению его сюжета, который скачет и переливается, как весенний ручей в лесу.
К атмосфере вообще никаких вопросов нет - он великолепная. В ней есть и сказка, и радости, и горести, и фаталистичная беззаботность. Сезон сменяется сезоном, человеки губят себя, утопая в своем отчаянии, а нечисть танцует и с интересом наблюдает за таким отличающихся от их, миром людей.
Если вы поклонник магического реализма - обязательно следует с книгой ознакомиться, если нет - все равно ознакомьтесь: много времени не займет, но атмосфера может вас очаровать и подарить несколько часов сказки и ягодное послевкусие.

В первый раз со мной такое - чтобы жалеть о каждой минуте, потраченной на чтение книги. Хотя, казалось бы, ну чем не прекрасный текст - о жизни, о любви к ней, о непостижимости такого близкого мира...
Постараюсь объяснить.
Малышев нам в первом же эпизоде показывает, что так жить очень хорошо: в гармонии с природой, в погоне за мгновением, в любви ко всему сущему. Мысль не самая оригинальная, но приятная.
Во втором эпизоде он показывает нам то же самое.
И в третьем.
И во всех остальных.
И в каждой странице, в каждой строчке "Лиса" есть эта мысль. Автор упорным дятлом демонстрирует это в мильоне ситуаций, на которые исхитрился его мозг; это и только это. Одна главная идея, размазанная на двести страниц моей читалки. Господа, это же просто наш ответ Коэльо!
Кстати, о мильоне ситуаций. По большому счёту, ситуации в книге есть ровно трёх типов:

• Лис дразнит (рандомного человека; своего приятеля, ничем, кстати, не отличающегося от остальных его приятелей - ничем вообще; рандомного человека, который потом станет его приятелем и тоже перестанет отличаться от остальных);
• Лис ловит удовольствие (от грозы, от снегопада, от купания, от всех погодных явлений, которые только вспомнил автор);
• рандомный человек страдает и мучается, оторванный от мира природы. Эта, кстати, часть могла бы быть хотя бы интересной, потому что Малышев выводит натуральный парад уродов, омерзительных и в радости, и в тоске, и в привязанности, и в ненависти - но он не делает этого ни с иронией, ни с состраданием, а так: с назидательным... состраданьечком. И всерьёз. И, полагаю, он всё-таки не как парад уродов их задумывал.

И ещё стиль, ох. Претензии к стилю - это, конечно, во многих случаях вкусовщина. Но, знаете, как-то мне претит, когда ни одного абзаца без курчавости найти нельзя, когда метафора на сравнении едет и эпитетом олицетворение погоняет, да так, словно автор целью задался ни одного явления своим именем не назвать... И вся эта бесконечная образность налипает на ушах мёртвым грузом, потому что - ну не иллюстративна она в таких количествах.
И внутренние противоречия мира: на одной странице, например, у нас небо бесстрастно ко всем, потому что натура у него такая - на другой обижается на Лиса и мстит ему за то, что смотреть на него отказывается. На одной Лис гордится тем, что лесной народец не чешет языком без дела - на другой они ведут с Мухомором или Коростелем абсолютно пустые диалоги, пестрящие утомительными и однообразными подтруниваниями.
По поводу псевдобиблейской истории о Страннике я лучше вообще промолчу, потому что это потянет за собой ещё десяток-другой разнокалиберных придирок.
А вот если одним словом выразить моё впечатление, то это слово будет - графоманство. Вот в моём понимании это именно оно. Сферическое. В вакууме.
Зато людям нравится.

Честно говоря, я так и не определилась со своим отношением к этой книге. Можно было бы написать, что она неоднозначная, но это ровным счётом ничего не объясняет.

Сначала я думала, что моя оценка будет ниже. Первые несколько страниц мне совершенно не понравились, эпизод со священником поверг в недоумение. Мне и сейчас непонятно, для чего нужно было в такой далёкой от реализма книге упоминать богоборчество в России начала 20 века. После него я была близка к тому, чтобы бросить, не закончив, и поставить одну *, чего со мною ещё не случалось. Правда, больше таких раздражающих моментов не было, и книгу я в итоге дочитала.

Лис – и сам персонаж, и книга – очень напомнил мне одну мою подругу, которая прошла пару тренингов личностного роста. Теперь она чувствует себя просветлённой и смотрит на нас с загадочной джокондовской улыбкой, как бы говоря: «У меня уже открылся третий глаз, а у вас, бедненьких, ещё нет». Мол, хочешь изменить свою жизнь – спроси меня, как! Но на подругу эту я и цыкнуть могу, и, в конце концов, не отвечать на звонки и не соглашаться на встречи, а вот как быть несчастному коту, которого Лис на три дня привязал к верхушке дерева? Хотел из домашнего ленивца лесного охотника воспитать. Ну, и воспитал. А если бы нет? Мог получить вместо охотника – тяжёлого инвалида, или ещё лучше – хорошего, но мёртвого кота. Мне не нравится, когда меня пытаются заставить жить по-другому, прозрачно намекая, что это «по-другому» и есть истина в первой инстанции. Не надо мне этого навязывания, бесит! Я хочу делать свои собственные ошибки, принесите мои любимые грабли! А тут сплошное высмеивание человеческого (а значит - неправильного) образа жизни. Но мне ни одна из шуток Лиса не кажется смешной. Зачем, например, было гонять заблудившуюся девочку по полям в метель, а потом показывать ей цветущий куст? Испугать посильнее? А потом прислать за ней соседского мужика-спасителя; она, бедняжка, только дома, отогревшись, вспомнила, что мужика-то этого уж месяц как похоронили. И то, что девочка умом тронулась, нам автор не рассказывает, но после пережитого это совершенно точно произошло. Что ж весёлого?

Но кое-что и понравилось. Например, описание того, как Лис понимает, что за ним отправились его земляные собаки, и стоически, достойно принимает свою долю. Ещё понравились некоторые описания природы и чувств, которые Лис испытывает от своего единения с ней. Тут уж мои собственные тараканы. Дело в том, что я прожила большую часть жизни, никак не интересуясь природой, как бы и не замечая её. И только пару-тройку лет назад моё отношение изменилось. Поэтому благоговение и восторги Лиса мне понятны, но! Не в таком же количестве. Вообще в книге ужасно много ужасно скучных описаний.

Впрочем, язык произведения – отдельная тема, но об этом великолепно написано у Spade . Особенно хорош этот пассаж:

Подтверждаю – так и есть. Курчавостей многовато. А ещё хочу отметить: есть несколько мест, где в двух строчках подряд или через строчку повторяется одно и то же слово или однокоренное. Не надо быть филологом, чтобы это заметить. И это при таком богатстве русского языка! Нам в старших классах, между прочим, за подобное оценку за сочинение на балл снижали. А автору, видимо, нет.

Вот и всё, что мне есть сказать по теме. Советовать эту книгу не стану, так как не знаю, кому бы она могла понравиться. Не советовать – тоже бессмысленно. А вдруг именно вы в ней что-то увидите. Что-то своё.

Хочу признаться в любви к этой книжке малышке.

А ведь книга ко мне попала случайно, буквально в нагрузку к другой книге. И из-за обложки, которая совершенно не отражает прелести истории под ней, я могла вообще не добраться до неё. Но вселенная чуть не насильно впихнула мне книгу в руки: "Читай! Это то, что тебе сейчас нужно!" И как всегда вселенной оказалось виднее.

История про забавного бесенка Лиса, который наслаждается бессмертием, временами подшучивает над другой нечистью в лесу, иногда и над людьми. Вот только однажды выясняется, что бессмертный вовсе не значит вечный. Как так? Узнаете, прочитав эту небольшую историю.

Книга написана красивым образным языком. Какие там метафоры и сравнения! А ещё по атмосфере есть в ней что-то от "Маленького принца". Может, это выражено в огромной любви к жизни. В общем, это любовь с первого взгляда. Хотя, конечно, не всем такое заходит, но вы попробуйте. Вдруг вы как и я влюбитесь в неё.

Жуть как стремно мне было начинать читать «Лиса». Девочки из Московского книжного клуба так уверенно его ругали, что я готова была уже подписаться под всеми рецензиями, не открывая роман. Но это, разумеется, неспортивно, так что я храбро закачала книгу в ридер, выпила залпом кружку чая (стакан водки был бы уместнее, но не употребляю) и начала читать.

И ничего!

То есть, оказалось, что это не шедевр на все времена, но достаточно интересная и приятная книжка на один раз.

Из рецензий одноклубниц больше всего запало в память, что текст перенасыщен эпитетами, и я с ужасом ожидала что-то такое же нечитабельное, как учебник «Введение в теорию журналистики», только художественное. Или, как минимум, симпатичный мне, но тяжелочитаемый из-за насыщенности текста Кржижановский, помноженный на пять.

И ничего!

То есть – обычный текст. Я всю дорогу отмахивалась от назойливой мысли «разные переводы», напоминая себе, что это роман русскоязычного автора. До сих пор не понимаю, как восприятие может так сильно отличаться, но правда же, текст как текст.

И наконец, я, содрогаясь, приготовилась глотать и давиться Добром и Радостью Жизни, которую автор будет в меня впихивать огромными ложками, приговаривая, что это для моего же блага, ему лучше знать и не спорь со старшими.

И опять ничего.

То есть, да, книжка про полноту жизни, но каких-то поучений в помине нет, и даже между строк призыва немедленно начать источать радугу я не заметила. Правда, читала торопливо, может, поэтому – и тем не менее.

Итак, что за книжка попала ко мне в ридер.

Лоскутное одеяло. Текст с такой композицией даже романом назвать сложно – это почти не связанные друг с другом кусочки про беса по имени Лис, его лесную жизнь и людей из деревушки поблизости. Истории эти напоминают старые русские народные сказки – такие же мрачные и в то же время неуловимо притягательные.

Что до Лиса, то это существо сродни не черту, а тем же лешим, русалкам и ведьмам, с которыми он водит дружбу. Он непонятный. То помогает людям, то по мелочам пакостничает им же, то бесцельно носится по лесам и полям. Но знаете, что мне вспомнилось? Сейчас, выходя из дома, мы совершенно точно и конкретно знаем, зачем. В магазин – купить сапоги или куриные крылышки. На работу. В зоопарк – смотреть слона, есть сладкую вату. В лес – собирать грибы, смотреть на осень. А в детстве мы просто шли гулять. Это было такое емкое, общее слово, которое могло значить что угодно, и ты сам не знал, что оно значит именно сегодня, пока не пробовал. Вот Лис похож на ребенка, у которого нет никаких дел и целей. Он всю жизнь – гуляет, живет одним моментом, хотя на самом деле он очень древний.

То, как живет Лис, немного похоже на ощущение в хорошем сне, из тех, в которых все получается и ты умеешь летать.

Вот точно, книга-сон. Такие же отрывистые переходы от сюжета к сюжету, странное течение времени, легкость; такие же непонятные создания; такие же чудеса, когда входишь в избушку и вдруг оказываешься в теплом летнем лесу.

Книга для созерцания. В нее, пожалуй, нельзя уйти с головой, ее нельзя прожить и прочувствовать на своей шкуре, только посмотреть со стороны. В щелку или сквозь ветки дерева. Что-то недослышать, что-то недопонять, посмотреть и уйти своей дорогой.

Помню, как в младших классах школы учительница говорила открыть форзац учебника, где была репродукция какой-нибудь картины. Какой-нибудь «Грачи прилетели» Саврасова. По картине нужно было написать сочинение. Какое где деревце, какое где пятнышко, какое ото всего этого у тебя настроение. Мне такие сочинения давались с трудом, метафоры откровенно высасывались из пальца, эпитеты не подбирались и повторялись. Но нужный объем сочинения достигался-таки.

У автора «Лиса» проблем с таким сочинением возникнуть точно не должно. Ибо обилию метафор и эпитетов, мифологических каких-то вставок и взаимных, призванных быть остроумными, обзывательств Лиса и этого его друга лешего в данном псевдосказе («женихи из людей часто подкатывали (?!) к ней <ведьме>») не будет, казалось, конца. Я и сама уже была, как бесенок, от концентрации фольклорной этой нечисти. Меня чуть не стошнило, когда затерявшийся в лесу поп сдирал с лица куски запекшейся крови.

Каша-малаша из валенок и русалок, водяных и леших, земляных собак и планет Солнечной системы, мамонтят и роковых женщин (одной подавай Луну, другой – красные цветы шиповника) – это такой протест Лиса? это такая альтернатива жизни общества, которое и без того, в общем-то, далеко не оторвано от природы? Как же ж вы, жалкие, разучились слушать голоса природы, вылезли из шкур, домов понастроили, оставив стихии шаманам?.. Ах вы, «просто люди, у которых вместо чувств только путаница мыслей».

«Просто Лис не был человеком». Как он не понимал людей, так вот и я его не разумею. В аннотации говорится, что критики вспоминают Гоголя. Николай Васильевич, конечно, вспоминается. Хотя б его весьма требовательная дама – Оксана с Вакулой и царицыными черевичками. Мне вспомнился еще бесенок Пушкина из «Сказки о попе и работнике его Балде». Но что до первого, что до второго автора Малышеву, конечно, как его Семену до Луны для Натальи.

Умеющий ценить малое сумеет ценить и большое. И шорох пчелиных лапок в дупле дерева, и колодец, из которого Странник достал мир, и всплеск рыбы в ночном озере, и перо журавля, падающее с неба от летящей стаи, и Великий Лед, и капля дождя, бегущая по шее, и Сияющая Тайна — все неизмеримо прекрасно, упоительно загадочно, переполнено светом вечности.

Небольшая повесть, но какая же она чудесная! Достаточно только взять ее в руки, чтобы влюбиться и пожелать, чтобы книга не кончалась. Проваливаешься в чудесный, такой родной, но одновременно и такой далекий язык, кажется, будто бы он накрывает тебя мягким, пуховым одеялом, укутывает, убаюкивает, чтобы рассказать чудесную сказку. Сказку, в которой смешались наш, полный горестей и тревог мир с миром куда более древним, языческим, ярким, с чуждой нам логикой, но зато такой привлекательный своей необузданностью. Мы вышли из этого мира, но мы разучились в нем жить, и Малышев напоминает нам об этом. На странице книги живут бесы и лешие, русалки и ведьмы, скоморохи и попы. И как же хочется окунуться в эту "лесную", другую жизнь - мистическую, таинственную, в чем-то даже страшную, но такую настоящую. Вот хоть прям сейчас бросай все и поезжай в глухой лес, где на поляне танцуют веселые бесенята.

Сам бесенок Лис кажется одновременно и шаловливым ребенком и убеленным сединами стариком. Он ведет разговоры с людьми и никак не может их понять - эту извращенную логику, эту тоску, желание забиться в свои четыре угла, когда в мире есть столько интересного, яркого, достойного внимания. А ведь нам и вправду, некогда любоваться красотой звездного неба. Настолько некогда, что мы забываем о самом важном и настоящем, о том, что окружает нас повсюду - о магии жизни. Стоит почитать эту по-настоящему волшебную, языческую книгу, чтобы насладиться прекраснейшим языком (я и не думала, что все еще умеют так писать!) и вспомнить, откуда мы все родом. (А я поехала прыгать через костер с венком из листьев папоротника в волосах, а почему папоротника - узнаете, если прочтете книгу)

Они боялись этой вселенной, оттуда несло холодом, там было темно и страшно. Люди забыли, что если смотреть в темноту, то это только сначала ничего не видно. Потом же, всмотревшись, можно разглядеть вечную красоту жизни.

Признаться, я ожидала совершенно другого чтения и другой истории, скорее всего от этого и смазанное впечатление. К тому же, неосознанно стиль настолько напоминал Кысь Татьяны Толстой (хотя, казалось бы, где тут схожее), что читать эту довольно небольшую историю становилось еще тяжелее.
Так или иначе, хочется отметить, что наверняка каждый второй будет медленно и постепенно втягиваться как в стилистические, так и в сюжетные особенности-крапинки "Лиса", так уж он построен своеобразно. Это совсем не детская история, замешанная на мистике и такой грустной прозе жизни. Здесь чудеса - это не всегда что-то светлое, не всегда они исполняют заветные мечты и желания, скорее дарят покой. Покой, близкий по смыслу к упокоению, тишине леса и крови ягод рябины на кромке белого сугроба. Здесь много более чем дельных мыслей, они бегают тут и там, не стоит зевать по сторонам, а то не поймаешь.

Как итог - своеобразное чтение. Не моя история, не мои герои, наверное все-таки в неправильном настроении и не совсем вовремя приступила я к чтению "Лиса". Тем не менее, не могу сказать, что все это пустое, Игорю Малышеву все-таки удалось нарисовать свой мирок, где человек уступает по человечности не-человеку, лес принимает к себе усопших для мира людей, а бесы-оборотни-лешие приходят в гости трепаться за жизнь.