Собрание сочинений в одиннадцати томах. Том 5

Менее всего я склонна считать семейство, представленное в романе, захудалым. Не может быть захудалым род, в котором есть подобные образцы жизненной стойкости и силы. А еще я наконец-то дождалась книги, в которой на главных ролях умные, мудрые, принципиальные женщины, а не просто фон для мужчины-героя. У каждой из героинь есть, безусловно, чему поучиться: красивому, порядочному женскому поведению, умению ставить интересы семьи на первое место, а не потакать слепым эгоистическим капризам, умению стойко нести свой крест...

Марья Николаевна, рано оставшаяся без матери, но вынянчившая своих младших братьев и сестру и устроившая их судьбу; Ольга Федотовна, которая на первое место ставила счастие любимого мужчины и отрекшаяся от притязаний на его сердце...

Или же Варвара Никаноровна Протозанова, не опустившая руки после смерти любимого супруга. В одночасье оставшись молодой вдовой с двумя маленькими детьми на руках и вдобавок беременной третьим, она сумела найти в себе силы продолжать жить дальше, обратив свое внимание на хозяйство, доставшееся ей в наследство: не только сохранила богатство, но и многократно приумножила, сделавшись одной из самых богатых женщин в губернии.

Хлопоты по дому и имению, однако же, вовсе не сделали из нее скупую барыню, заботящуюся исключительно о материальном. О нет, напротив: не раз подчеркивается в тексте, какой благочестивой христианкой она была на протяжении всей жизни милосердной, благодарной за все и бесконечно доброй. Ко всем она относилась одинаково, кто бы ни был ее посетитель: губернатор ли, богатый граф из Петербурга или же полусумасшедший обедневший местный дворянин или же и вовсе пьяница-солдат. О материальном она заботилась с той же тщательностью, что и душе и о вечном - вот это удивительное сочетание запомнилось мне прежде всего в романе Лескова. Свет, впрочем, не принял этаких ее особенностей. Свет - это блеск, богатство напоказ, связи; вряд ли там найдется место разговорам по душам и о душе, вряд ли там вообще найдется место искренности...Свет быстро объявляет ее вольнодумкой, излишне строгой к детям, излишне правильной - свет никогда и никому не прощает инаковости...

Уютное имение становится ее прибежищем, ее крепостью - до той поры, пока не подрастают дети. Старшая дочь отправляется на учение в Петербург, младшим сыновьям тоже надо подыскать достойного учителя, который бы сделал из них людей не только образованных, но и чутких...

Наверное, этот момент - взросление детей - и послужил некой переломной вехой в ее судьбе. Вехой, когда все ее принципы проходят серьезное испытание...Варвара Никаноровна ожидаемо столкнется и с предательством людей (которым отродясь не делала ничего дурного - даже замыслить не могла подобного), и с оговором, и с расхождением во взглядах с близкими. И даже замужество дочери станет в книге не радостным событием, а какой-то горькой утратой...С таким трудом найденный учитель для мальчиков, впрочем, тоже возложенной на него надежды не оправдает...Рушатся мечты, а жизнь тихо идет своим чередом...

4/5, книга, несмотря на довольно меланхоличный характер, получилась, на мой взгляд, теплой, уютной и какой-то домашней. Без конца симпатизировала всем героиням (мужские образы здесь все же бледноваты); думается, что счастье нашла каждая из них, по крайней мере, хочется на это надеяться.

Вот и познакомилась я с лесковым. И результат вполне положительный. Хотя русофильством от него веет неслабо, конечно. Наверное, даже с перебором. Этой книге, пожалуй, поставила бы высший балл, кабы не невнятный, смазанный финал или даже незаконченность, потому что в конце размещены отрывки из неслучившегося продолжения. Жаль, потому что читать о семействе протазановых было интересно. Причем, название забавное, ибо большая часть книги вовсе не о крушении фамилии, а о самом расцвете ее. И основной перс - женщина. Во как.

Княгиня у лескова образовалась вовсе не из знати, а красавица-бесприданница, вышедшая замуж по большой любви. И от нее в результате вышло куда как больше пользы, чем от всяких родовитых господ того века. Хотя временами все ж таки доносились некие элементы чисто барского самодурства из ее будуара и бравирование чисто русскостью, содержание своего мини-двора из приближенных (очень колоритных, кстати), высокомерие и надменность. Ибо лично я, например, не вижу ничего худого в вольтерьянцах, а лесков со своей княгиней морщили носы. Нда.
То есть в иностранных мыслях и опыте, безусловно, есть много хорошего и полезного. И люди бывают разные независимо от нации. И лесков с княгиней вроде как и не поносили все западное, но ментальное хмыканье так и слышалось.

Впрочем, даже и так княгиня была много лучше всяких фарисеев из высшего света, включая даже свою родню. Потому как реально думала и заботилась о своих (и не только) крепостных, в отличие от тех, кто бегал по монастырям и раскидывался монетой, чтобы украсить иконы и всякие святыни. Ибо прежде всего надо думать о голодающих и бедствующих живых людях, особенно, ежели они - рабы, то есть люди подневольные и бесправные.

Вот княгиня и пострадала за эту свою неправильность, неудобность. Ибо в свете развели сплетни, козни и, как в свое время поместили в институт дочь, так и отняли сыновей, ибо вдова. Нет мужской руки в хозяйстве. Но все ж таки она и сама виновата. К дочери, помещенной в казенное заведение, охладела и получила в ответочку равнодушие, если не больше, нелюбовь. И всю дорогу старалась возместить материально. Но ничего не исправишь деньгами, известно же от века.
С сыновьями тоже чего-то мудрила-мудрила, перебирала кандидатов в наставники, а потом то ли запугали ее, то ли не пойми что. Как-то лесков невнятно написал. В общем, растеряла всю силу духа и махнула рукой.
Примерно так же, то есть еще больше никак, относился к воспитанию отпрысков ее старший сын.

При этом оба - мать и сын просто неистово заботились в меру сил и возможностей о народе и прочих сословиях. Ну вот реально были очень хорошие люди. А собственных детей спустили в одно небезызвестное место в туалете. Никак не можно такое творить, особенно, дворянам. Чем выше летаешь, тем больше спрос. Так что своих отпрысков надо серьезно пестовать, чтобы не случилось такой вот захудалости рода из книги лескова.

Никогда такого не было, и вот опять... В понедельник получаю сообщение от подруги с предложением сходить в театр в среду. Я соглашаюсь. Спохватываюсь и спрашиваю, а на что, собственно, идём. В ответ — "На захудалый род" в театр Женовача. Смотрю автора — Лесков. Снова здорОво. В прошлый раз практически так же я сходила на "Соборяне" в Новый Манеж, а перед просмотром, разумеется, прочитала произведение. Впечатления остались не очень и от книги, и от спектакля.

На поход я уже заочно согласилась, поэтому делать нечего, приступила к прочтению. (Кстати, раньше мне вообще не попадались театральные постановки по Лескову, а тут одна за одной!) Что я могу сказать... Не согласная я, что Лесков — непризнанный классик русской литературы. Писатель достаточно средний. Я в заглавии сравнила его с Маркесом и Гончаровым, на это были причины.

Во-первых, тут идёт описание жизни семьи, в центре которой Варвара Никаноровна, бабушка рассказчицы. Мы видим историю её жизни. Я думала, что через неё будет показано какое-нибудь потрясение, какое-нибудь изменение, что-то глобальное, как у Маркеса. Или интересные отношения хотя бы, как, опять же, у Маркеса, но нет.

Во-вторых, описывается преимущественно деревенский дворянский быт и немного петербуржский. Упоминается Сперанский и Смольный институт, что могло бы навеять нечто похожее на Гончарова, но тоже нет.

В итоге осталось впечатление, будто моя знакомая рассказала историю жизни своей бабушки. Неплохо, но как-то ни о чём. Мы должны задуматься о воспитании, судя по всему, но особого толчка к этому нет. О нравах дворянства, так об этом и мастера получше, да поинтереснее рассказывали. Об ответственности за людей, которые нас окружают, и нам принадлежат? Ну тоже было и много.

С другой стороны, чтение было достаточно лёгким, ненапряжным. Время проведено с относительным удовольствием. Забросить книгу куда-нибудь в угол не хотелось. Было много описаний быта, как я уже писала, любителям подобного книга явно понравится. Плюс произведение достаточно патриотичное. Буду ли я читать добровольно и самовольно что-то ещё? Очень вряд ли.

Падение нравов... Что это такое? На это жалуются, когда новое время сменяет старое, молодое поколение мыслит иначе, чем предыдущее, а порядки чьей-то молодости полувековой давности исчерпали себя...

Да, именно так: падение нравов - это непринятие нового, тоска по старому и старческая хандра...

°°°

В романе "Захудалый род" писатель рассказывает о времени после поражения Наполеона, когда люди разделились на две категории: одни готовы при каждом вздохе кричать, какие они молодцы, что победили захватчиков, а другие считают, что это просто выполненный долг, а не подвиг.

И в это же время древний род Протозановых представляет вдова Варвара, у которой двое сыновей и дочь. Муж погиб на войне 1812 года.

Хоть речь идёт о целой семье, роде, но на самом деле центральная фигура именно княгиня Варвара. Ей пришлось в молодом возрасте возглавить семью, взвалить на плечи воспитание детей и хозяйство. И она справилась! Такая русская княжна: и коня на скаку перешибет, и горящую избу потушит, и детей воспитает, и за рамки этикета не выйдет!

Что же представляет собой угасание этого захудалого рода?

По сути представления княгини о том, как должна идти жизнь, как обязаны воспитывать детей просто разбивается об эпоху.

Старшую дочь по требованию императрицы приходится отдать в институт. Это был первый удар по княгине. Затем и младших сыновей она будет воспитывать не по-своему. И в конце концов эту, казалось бы, женщину-кремень уничтожат сомнения в себе. Она вдруг потухнет и сдаться. И возможно, дух рода сдался именно с ней.

°°°

Эта книга - набор характеров начала 19 века: смелых, самодержавных, верных, верующих, сомневающихся, идущих против режима, но желающих только блага семье и своей стране. Герои сложные, противоречивые, сумасшедшие иногда, но всегда интересные.

Прочитала книгу с удовольствием. Это наша классика. Но уверена, что понять всю глубину характеров той эпохи и замыслы автора можно уже во взрослом возрасте. Так что советую произведение перечитать, к тому же в таком красивом оформлении.

Концентрированное удовольствие – вот то, что я ощущала, читая этот изумительный роман. Незаконченный роман «Захудалый род» - это шикарная портретная галерея. Среди описанных Николаем Семёновичем Лесковым типажей есть полусумасшедшие дворяне, добродушные чудаки, рвущиеся к дворянскому чину разбогатевшие простолюдины, челядь и приживальщики, мудрецы и шалунишки, великодушные простаки и надменные зазнайки, просветители и невежды,..

Остро автором поставлены вопросы пропасти между укладом деревенской и городской жизни, разными взглядами помещиков на хозяйствование и крепостничество, говорится о том, как дети не понимают родителей, в силу того что воспитываются вне дома, «в институтах», в отдалении от родного гнезда. Печально, что произведение не было завершено, ведь судя по всему это должна была бы быть интереснейшая семейная сага, или нет, скорее целый срез жизни Российской империи средины 19 века, времени перемен...

Эх, этот бы роман да рекомендовать для обязательного прочтения, но... мечты, мечты...

Лесков - один из моих любимых русских писателей, но эта повесть немного разочаровала.

Мне всегда так нравился язык Николая Семёновича, но "На краю света" я читала и плакала буквально. Невозможно продраться сквозь эту староцерковную речь священников, она кошмарна - по пять раз перечитываешь предложение, чтобы хоть как-то до смысла доковылять. А когда добираешься, жутковато становится за этот кромешный русский шовинизм.

Славянофильство Лескова всем известно, но мне казалось, он обычно осторожен и остроумен в своей гордости за своих. Герой этой повести говорит сомнительные речи на голубом глазу, даром что епископ. Возможно, сейчас я внимательнее к таким деталям отношусь, поэтому они в глаза бросаются. Вятский епископ переведен в сибирскую епархию (Иркутск, написано в комментариях) для насаждения православия. Не секрет, что коренные народы в той области - буряты да эвенки. Понаехавший епископ нашел очаровательный термин для них - "местные инородцы". Понятно, что речь о вере в данном случае, но это не намного снижает градус абсурдности словосочетания. Они - местные, тут родились, тут воспитаны в вере своих отцов. Ино-родец в данном случае - епископ со всеми своими православными крестами. Но его сие не смущает. Будет произнесено множество речей в пользу православия в ущерб шаманам, "ламам" и богатому, агрессивному буддизму. Такую бредовую мешанину в понимании шаманизма и буддизма редко встретишь, но, допустим, в повести это не главное. Хотя раздражает.

В целом суть истории как раз не самая плохая и даже нельзя её назвать православной агиткой. В итоге ведь главный герой приходит к тому, что веру нельзя ... всучивать, в этом просто нет смысла и пользы (ни богу, ни человеку). Худо-бедно Лесков пытается донести свою идею, что бог есть в каждом сердце, он един и даже если некие отсталые народы называют его иначе и делят на персоналии, то всё равно он один, христианский, православный, вот этот, созданный русским духом (Лесков же не столько с шаманами борется, сколько с католиками, с западным образом бога). И самое главное - не насаждать его силой и давлением. А смириться с тем, что другие чувствуют "правильного" бога, но называют его не так. Вообще отличная идея. Каждый верит в своё, и думает, что другой тоже в это верит - тишь да гладь. Лишь бы детали не стали выяснять. К концу повести епископ приходит к истинному пониманию миссионерства - не лезь к другим; если бог поселится в твоем собственном сердце, значит он поселится везде.

Что меня еще сильно расстроило в этом тексте, так это отношение героя (и Лескова, наверное) к коренному населению, выраженное словами. То есть проблему бога он кое-как решил, а вот шовинизм при нем остался всё равно. Местных он иначе, как бедными и убогими не называет. И речь-то у них немногословная, едва языком можно назвать. И символизм им недоступен. И ум их жалок. Искренне считают, что - кого обидел, у того и прощения проси", а дотумкать до великой силы индульгенций никак не могут.

Ужасные слова. Это же фашизм чистой воды. Как язык поворачивается только. И разве последовало осознание у епископа? Нет. Только чуть позже, когда этот обрубок жизнь священнику спасёт и мордой будет называть, вдруг мелькнет мысль:

То есть "рожа обмылком" это у нас высокий стиль и духовное воспитание, а "морда" - нет тонких оттенков и отдельных слов. Собственно, когда кочевник этот спас епископа, так тот и красоту лица в нём узрел. Как мало надо для роста, оказывается. Всего-то священническую задницу спасти. Красота, как и уродство, в глазах смотрящего. Таки еще немного бога надо бы поискать в сердце. Для любви к ближнему. А то ведь рассказ написан всё-таки для сравнения западного и русского миссионерства - мол, мы с душой подходим, а те утилитарно и как попало. По сути же получилось, что миссионерство возможно только личное. Когда сам себя к богу приводишь. А иного не дано.

Небольшое, но очень приятное произведение от моего любимого Николая Семёновича.
Главный герой книги (что следует, собственно, из названия) – швейцар Павлин. Настоящего имени автор нам не раскрывает, но вот эта «кличка», в принципе, дает некоторое представление о человеке. Однако такое впечатление лично у меня сложилось только в начале рассказа. Там он действительно «Павлин». Важный человек, который занимается «выколачиванием долгов», грубо выражаясь. Этакий коллектор 19-го века. Он непреклонен, крайне горд и бесконечно серьезен. Его невозможно разжалобить. Он не поступится ничем. Он в состоянии выставить на мороз пожилую женщину с ребенком. И никакие слезы и мольбы тут не помогут. Но при этом, на самом-то деле он имеет большое сердце. А то, что на службе он так поступает – так это «буква закона». Он не смеет её приступить. Это его сугубая ответственность и обязанность.
Зато всё, что не касается его службы, он принимает глубоко к сердцу. Он может взять на воспитание чужую, совершенно незнакомую сиротку. Он готов броситься в омут с головой ради нее. Можно было бы подумать, что «седина в бороду – бес в ребро»? С одной стороны – да. А с другой – он очень хорошо всё понимает и способен отомстить. Тонко, изящно и корректно. Комар носу не подточит. А потом со спокойной совестью остаток жизни искупать свои грехи, которые накопились за бурную, суровую жизнь…
Прекрасный образчик отличной русской классики! Превосходный язык и стиль написания. Литература, заставляющая задуматься.
Крайне рекомендую.

Жаль! Жаль, что этот роман остался недописанным. Хотя о его незаконченности мы узнаём только лишь из всякого рода послесловий и примечаний к произведению и ещё из информационных интернет-страничек. Потому что, в принципе, тот кусок книги, который опубликован, автором до логического конца доведён — судьбы героев закончены и итоги подведены. Однако не закончен разговор автора с читателем — тот разговор, который Лесков ведёт с нами устами одного из героев романа, Червева. Разговор глубоко социально-философский и для описываемых времён смелый и едва ли не революционный. Отрицание государства как формы и сущности, как социально-правового института — куда смелее!

Однако помимо вот этих идей и взглядов (социалистических, анархистских, коммунистических, народнических...) роман интересен и сам по себе, как литературное произведение. У Лескова очень интересный и достаточно глубокий образный выразительный язык. И потому, в общем-то, не бурлящие будоражащими событиями страницы романа читаются легко и свободно, без напряжения и скуки (бывает ведь, что устаревшую книгу, читаемую более по обязанности, нежели в охотку, листаешь с подспудным желанием поскорее перевернуть последнюю страницу). А уж каковы нравы российского дворянства, и с какой неожиданной стороны подаются и раскрываются картины общественной жизни в предреформенные времена — это уже не просто худлит, а исторический фактологический материал.

В общем, по моему разумению, Лескова-то некоторые читатели (камушек в свой огород) подзабыли напрасно. Не только "Левша" да "Соборяне" с "Леди Макбет..." у него в загашнике.

Семейная хроника князей Протозановых, как озвучено в подзаголовке книги, вполне может быть хроникой эпохи. Безвозвратно ушедшей, но говорящей с нами посредством таланта автор эпохи. Лесков далеко не романтик, но и не фанатично выписывающий чернушность существования, попытался донести до нас сбалансированное восприятие близкой ему действительности через эту самую хронику. Практически сразу погружаешься в мир века девятнадцатого, а все благодаря языку - сочному, велеречивому, неспешному, образному и богатому на обороты. Для меня сродни ощущению детства и летних вечеров, когда темнеет, и ты сидишь на улице со взрослыми, прячешься от света дабы не привлекать комаров, слушаешь сверчков и непонятные бесконечные неторопливые разговоры обо всем. Зыбкое и прекрасное состояние безвременья.
С другой стороны - вот вам все вариации бескрайней и непонятой до конца русской души, которую автор мастер изобразить на конкретных примерах. Тут и восхитительно описанная домостроевская помещица - по сути молодая еще по современным меркам женщина (особенно как начинаешь сравнивать теперешних тридцати- тридцатипятилетних и их образ жизни и мыслей), с твердыми жизненными принципами, можно сказать - с железобетонными убеждениями, но несовместимая с новомодными городскими понятиями и веяниями, и не умеющая поставить их не место их же методой. Тут же безалабернейший Дон Кихот от провинциального дворянства, ремня на которого не достает, на мой взгляд. Тут же и гордые в своей простоте и крепчайше держащиеся за свой статус (куда там кастовости индийцев) простые люди. Каждый - с поразительными поступками, так живо описанными, что поневоле принимаешь их близко к сердцу. Как говорится где тонко, там и рвется: и все эти тонкие грани, оттенки отношений Лескову замечательнейшим образом удаются. Читалось с большим удовольствием, жаль не окончено произведение, тем не менее проникаюсь все большей любовью к автору.

Меня очень редко разочаровывают классики. Какждый раз с упоением приступаю читать каждую книгу классических авторов. Эта книга не стала исключением, удивила меня дальность мыслей и позиция автора. Книга является автобиографией. В ней мы знакомимся с мальчиком, затем юношей. Рос он почти как и все, вроде ничего такого. У него был замечательный отец, мама , которая смогла вовремя вытащить сына из водоворота жизни , который вел к трагическому финалу. Чуткое сердце матери не подвело, юноша смог выбраться из пучины. Единственная жалость заключалась в том , что произведение маленькое, хотелось бы проследить за судьбою мальчика. Но думаю это уже совсем другая книга.