...на войне, в политике, в экономике и в театре в конечном счете значение имело лишь произведенное впечатление, успех. Стать на эту точку зрения означает признать правила игры, признать мерилом ценности успех. Представление, которое не производит впечатления, все равно что бездействующий автомобиль.

Шикарное советское издание своей обстоятельной вступительной статьей немного готовит нас к знакомству с автором, к аналитичному восприятию и, возможно, более глубокому постижению романа немецкого классика.

С автором была шапочно знакома - по его великолепной книге "Братья Лаутензак"; помнится, в 2020-м она оставила меня под большим впечатлением...

Но что такое, в самом деле, один-единственный роман из всего богатого наследия знаменитого немецкого классика?

Насыщенная многочисленными деталями, дельная, очень скрупулезная статья пыталась подготовить меня к этому масштабному и панорамному творению Фейхтвангера. Вот только к такой глубины и красоты тексту, к такому полнокровному повествованию, к такой всеобъемлющей картинке жизни и политики постверсальской Германии подготовиться на 100 % оказалось невозможно. Я все равно была шокирована, удивлена, восхищена - несомненным талантом автора, умело сочетающим общественное и личное, грандиозное, масштабное и общечеловеческое, глубоко индивидуальное; практически все чтение я была в восторге от того, насколько плотно закручен здесь сюжет(часто ведь в книга удивляешься неожиданным совпадениям и переплетениям судеб героев, здесь - нет, тут все было на редкость логично взаимосвязано); я с любопытством, не отнимая взгляда, весь процесс чтения следила за тем, как перед нами разворачивают непростые, зачастую трагические судьбы персонажей. По количеству главных героев "Успех" вполне может конкурировать с недавно прочитанным мною романом Боланьо - "2666". В немецком романе их тоже неисчислимое множество.

И потому так трудно поначалу читается эта книга, а в какой-то момент - щелк, и все удивительным и гармоничным образом встает на свои места. Наконец-то складывается пазл, и вот тогда-то ты точно не можешь оторваться от сюжета в буквальном смысле этого слова.

Ведь ты уже просто не можешь (не в состоянии!) бросить роман на середине, не дочитав его, тебе чертовски интересна судьба этого бедолаги Мартина Крюгера, посмевшего бросить вызов вкусам буржуазного немецкого общества тех лет и закоснелой власти, слишком сурово осудившей историка искусства и заключившей его в тюрьму. Семьсот восемьдесят шесть страниц пролетают в напряженном ожидании развязки: надеешься, конечно, на счастливый финал, вот только отчетливо понимаешь при этом - Фейхтвангер не рисует сказки, он рассказывает жизнь.

Жизнь, полнокровную, наполненную тысячей разных ежедневных событий и мелочей, жизнь со всеми ее ошибками, ее надеждами, часто бесплотными, но ведь именно они и составляют в каком-то смысле радость нашего существования? Не будь этих условных целей, задач, планов - да того же самого пресловутого смысла жизни! - ради чего бы поднимались по утрам?

У Иоганны таким всеобъемлющим смыслом бытия отныне становится непримиримая борьба за освобождение Крюгера, за привлечение внимания общественности к несправедливому и жестокому приговору против личности. Это только кажется, что осудили за лжесвидетельство под присягой. Он собственной выставкой (организованной им, он картины не создает, он их выставляет и пишет о них книги) дал общественному вкусу хлесткую пощечину. Общество, власть, та же культурная братия отреагировали незамедлительно.

В предисловии к книге, в той самой вступительной статье, о которой я рассказывала выше роман назван в первую очередь антибуржуазным, да, все так, этого не отнять, но для меня он стал прежде всего романом о трагических судьбах, о чем-то глубоко личном, не общественном (хоть тут и пойдет речь состоянии баварского общества в непростые времена, попытке путча, национальной революции и освобождении Мюнхена, партии "истинных германцев" и прочем). Для меня это - роман о людях. Вот так просто.

Они живут (вернее, хоть как-то пытаются выжить в этом зачастую лицемерном, обнищавшем мире, даже не денежно обнищавшем - обделенном справедливостью и надеждой на нее), любят, борются, творят, они беззаветно преданы собственным идеалам (впрочем, некоторые из героев так же легко меняют принципы и убеждения, как наряд на вечер). Галерея лиц и характеров (когда разберешься во всех хитросплетениях взаимоотношений их меж собой) завораживает.

Кого здесь, на страницах знаменитого романа, только не встретишь! Министров, писателей, художников, революционеров, заключенных и их тюремщиков, непримиримых врагов и верных друзей, нежных любовников, шапочных знакомых... Бесконечная череда жизни уносит тебя в свой бурлящий поток.

Порою "Успех" напоминал мне творчество любимой Айн Рэнд, а именно роман "Живые" - что может одна женщина против системы... Может многое, но, конечно, не все... Романтические линии, присутствующие в романе Фейхтвангера. для меня проходят скорее фоном этой напряженной истории борьбы за справедливость. Я не поверила автору, когда он делает Иоганну центром притяжения всех этих мужчин: Гесрейтера, Крюгера, Эриха, Тюверлена... Чувство неловкости, когда понимаешь, что не может одна женщина нравиться всем без исключения мужским персонажам книги. Впрочем, неправдоподобность любовных линий в этом романе для меня впечатления от произведения не испортила. Я не за этим шла в книгу. Для меня здесь было ценно иное. Наверное, оно точно выражено в заглавии книги.

Понятие "успеха" давно нивелировано в современном мире (не в мире Фейхтвангера, но читаю-то эту книгу из современных времен, находясь в 2025-м). "Успешный успех" обещают нам продвинутые коучи и всевозможные курсы, а что на самом-то деле стоит за громким и емким понятием? Немецкий роман чуть приоткрывает завесу этой тайны. Оставить после себя в этом мире, остаться в памяти, дойти до конца и не сломаться, найти дело жизни, которое зажигает, дает сил и ту самую искру...

Сложно вот так, в рамках рецензии, сказать, о чем же на самом деле этот многостраничный труд Фейхтвангера. О слишком многом, и каждый, без сомнения, найдет здесь что-то для себя, отчего-то уверена в этом. Мне вот, к примеру, было безумно интересно наблюдать за тем, как сталкиваются два мира - мира людей искусства (творчества) и мира политики. Как последняя поглощает все на своем пути, и это - страшно...

Все чтение мне было чертовски интересно наблюдать за творцами (писателем Тюверленом, историком Крюгером, художником Грейдером) в моменты их вдохновения - вот это я точно я буду вспоминать после прочтения романа, чтобы мотивировать себя и тоже заряжаться вдохновением.

Как это здорово - работать! Испытывать чувство полета, когда люди и вещи, все, что ты видел, пережил, о чем думал, читал, получали воплощение. Полезны даже ярость, горечь, заминки, препятствия, полезно, когда выясняется, что в твоем творении что-то не ладится. А огромное удовлетворение потом, когда все вновь налаживается и становится ясно, что идея была и в самом деле плодотворной, полной сложностей и противоречий! Как прекрасно было работать за пишущей машинкой, когда буквы обрушивались на бумагу, воплощались в художественное произведение, становились осязаемыми. А ошеломляющая радость внезапного рождения мысли - в ванне, за едой, за чтением газеты, среди пустого разговора...

Как точно, емко и вдохновляюще сказано, ни убавить ни прибавить!

И ровно столько же любопытно было следить за еще более отдаленным от меня миром - политики, власти, государственного управления. Распри в кабинете министров, будни депутатов и адвокатов, интриги, исподволь и незаметно назревающий заговор... ммм, политика, конечно, грязное дело, но до чего увлекательное это чтение...

Мне не понравились, как уже сказала, романтические линии в книге, зато пришлись по душе линии взаимоотношений отцов и детей - вот они-то показались наиболее жизнеподобными. Респектабельный адвокат Гейер и его сын Эрих, "шалопай", как его часто называют в романе, и министр юстиции Кленк и его сын Симон. Две драматические линии и четыре искореженные судьбы...

Говорить сейчас, в заключение моей рецензии, о том, что я осталась под большим незабываемым впечатлением от романа, думаю, бессмысленно.: понятно и так... Выражу лишь краткое резюме от прочитанного: никакая борьба, даже если она не окончится успехом (всякое бывает, иногда удача просто не на нашей стороне), не бывает напрасной, но то не повод опускать руки и предавать собственные убеждения...

К прочтению, конечно же, рекомендую - получите невероятное интеллектуальное и эстетическое удовольствие. Если готовы нырнуть в эту поистине захватывающую историю Германии, то вас ждет море удивительных открытий.

Мне нравится Фейхтвангер, с его романами я впервые познакомилась лет 30 назад. Но этот роман дался мне потяжелей. И даже не потому, что кирпичик. Автор выписывал каждую страничку детально, с большим вниманием уделяя взгляд каждой мелочи, скрупулезно ковыряясь в каждом герое. А герои прописаны замечательно, ярко, они все характерны. Роман посвящен событиям 20 - 30 - х годов прошлого века, происходивших в Германии накануне прихода к власти Гитлера. Основная линия - это история Марка Крюгера и судебного процесса, в котором он стал и ответчиком, и виновным. Но мелькают и знакомые имена реальных людей, и люди, чей облик и действия явны и узнаваемы, хотя автор и дал им другие лица. С каждой страницей, с каждой буквой ты понимаешь, что хоть Фейхтвангер и описывает Мюнхен тех лет с некоей долей иронии, показывая обыденные будни горожан, несмотря на политические события вокруг, но буквально висят в воздухе те грозовые тучи, которые перевернут весь мир. А пока это просто падение марки, безработица и нищета. И Пивной путч. Что же привело страну великих композиторов, писателей и поэтов к тому равнодушию, с которым немцы смиренно приняли приход к власти Гитлера? В романе он под другим именем, но поверьте, вы сразу его узнаете, если решитесь прочитать этот роман. А прочитать его точно стоит. Тем более, что и ответ на вопрос - почему? - вы точно найдете.

Как вянут цветы, как сохнет трава, так сохнем, увядаем и мы, уходя из света во мрак

Пивной путч случился в Мюнхене в 1923 году, Лион Фейхтвангер написал ''Успех'' в 1930 году, проживая еще пока в Германии - эмигрирует во Францию он позже, в 1933 году. Я это всё к тому, что Фейхтвангер писал два романа из трилогии ''Зал ожидания'' - ''Успех'' и ''Семью Опперман'', - выражаясь высоким штилем, ''по горячим следам'', находясь непосредственно в самой Германии. Именно эти два его романа, словно запечатлели эпоху, тот медленно подступающий кошмар, совсем обыденно подступающий, который вскоре накроет весь мир. Не после, а во время происходящего. И, признаюсь честно, я давно не испытывала такого липкого ужаса, неминуемого ужаса, когда понимаешь, что никуда от него не дется, но я-то знаю что будет дальше, а Фейхтвангер не знал, но видел что грядет, какая мощная и разрушительная стихия, собиралась и набиралась сил здесь, в Мюнхене. Но самое страшное в этом романе немного другое, в этом весьма неспешно развивающемся романе: ну подумаешь, живут люди в Мюнхене, развлекаются как могут, ну осудили некоего Мартина Крюгера несправедливо, ну ездят себе в Гармиш-Партенкирхен (дивной красоты местечко, но вы почитайте, почитайте обязательно что и кто там был во времена Гитлеровской Германии, почитайте), развлекаются, всех волнует эта русская танцовщица Инсарова, фарфоровый фабрикант Гессрейтер мечтает наладить производство уникальной фарворовой серии ''Бой быков'', а не пошлые сине-белые горечавку и эдельвейс, Лехнер мечтает вернуть свой комодик и прикупить желтый дом, адвокат Гейер мечтает сблизиться с сыном Эриком, который катится и катится вниз и что/кто его остановит? И так далее. Все живут своими маленькими проблемами, министры - проблемами поглобальнее, проблемами власти и гордыни. Жизнь как жизнь. Все обыденно. И читается вроде как и нескучно, но не и не захватывающе. Ну происходят какие-то события в Руре, ну марка растет, ну нищают люди, ну борятся с коммунистами, ну посадили Крюгера в тюрьму ни за что. Жизнь как жизнь. Ну бурлит Мюнхен, ну собираются маленькой компанией националисты, ну Кутцнер что-то там бузит. Но ведь у министров Мюнхена все под контролем, не так ли? И неожиданно на тебя обрушивается в третьей части книги чудовищная лавина и ты понимаешь, что от нее не убежать, что избиения за убеждения неожиданно перерастают в убийства, порой за просто так как в случае с несчастной служанкой Амалией, заподозренной в шпионаже. Гнусно, отвратительно, в лесу, в грязи, тайно, удавкой... Как? Когда? Каким образом обыденная жизнь превратилась в этот кошмар? А все в романе происходит очень и очень обыденно, мелочами выстраивается эта жуть. Равнодушием к человеческой жизни и свободе личности. Посадить невинного человека в тюрьму и там сломать его. Просто так, потому что он не понравился министру. Потому что картинки разместил в своем музее неправильные. Зачитать на процессе интимные дневниковые записи, покончившей самоубийством девушки, растиражировать эти записи и глумиться, глумиться, глумиться. Искать виноватых в собственных бедах - евреи, коммунисты, французы, англичане, русские и т.д. Бить их, бить беспощадно. За комодик пойти за националистами, за Кутцнером (читай Гитлером), чтобы вернуть комодик. За комодик. Понимаете? За комодик. Министры позволяли играть в эти националистические игры, думая заработать на этом и получить как можно больше власти. А бизнесмены ради прибыли. Кто-то за комодик, кто-то за власть, кто-то ради прибыли. Вытащить из небытия темное мрачное начало - Танатос, - приправить это все идеями о сверхнации и все. Эта стихия неостановима, стихия пожирающая все вокруг: и тех, против кого она направлена и тех, кто ее вытащил на поверхность. Эта стихия разрушения не выбирает кого пожирать. Как Эрика, например. Наверное, он был счастлив, как был счастлив и адвокат Гейер. И все, кто молчал, спокойно и с интересом наблюдал за развитием событий. ''Пивной путч'' был первой ласточкой. Это была попытка государственного переворота и по закону Германии за это преступление полагалась смертная казнь, однако Кутцнер (читай Гитлер) был приговорен за государственную измену к 5 годам заключения и штрафу размером в 200 золотых марок. ''Гитлер (читай Кутцнер) отбывал наказание в тюрьме Ландсберг. Однако уже через 9 месяцев, 20 декабря 1924 года, его выпустили на свободу''. Потому что за комодик, за власть, за деньги. И самое бесчеловечное во всем этом - это ничтожность и равнодушие к отдельно взятой человеческой жизни. Когда трагедия одного - пустой звук, статья в газете.

Не то было скверно, что он сидел здесь. Не то было скверно, что какой-то судья осудил его, что какой-то человек втолкнул его сюда, обрек на муки египетские, на голод, мерзость и мрак. Скверно было то, что там за стенами тюрьмы, расхаживали люди, знавшие об этом и терпевшие это. Что люди думали о миллионах вещей, но не о нем, лежавшем здесь, что газеты писали о речах политических деятелей, о колорите картин, о скорости кораблей, о траектории теннисных мячей, но не о нем, лежавшем здесь.

И это равнодушие вползает очень медленно и очень обыденно. А потом накрывает лавиной. В романе один из министров говорил, что мертвые это мертвые и они молчат, должны молчать, потому что у живых свои проблемы. Иоганна и Тюверлен доказали, что мертвые могут говорить и должны говорить. А выводы каждый делает сам - кем быть, как думать, что делать и как жить. Отделаться двумя пуговицами на спор или что-то сделать. Каждый выбирает по себе. Это оглушительный роман. Оглушительные 800 страниц.