Над пропастью во ржи. Повести. Рассказы

Удивительно, что у этой книги рейтинг ниже четырех баллов! Еще ни разу не писала тут рецензий, но этот факт меня настолько поразил, что я не могу промолчать. Это замечательная, замечательная книга, одно из лучших произведений мировой литературы! Истинная классика! Она глубокая, тонкая, смешная и грустная, очень пронзительная, въедающаяся в душу. В ней исключительно точно передано мироощущение подростка, который вот-вот должен окончить школу и вступить в самостоятельную взрослую жизнь. И в такой - мягко говоря - неподходящий момент из этой школы его выгоняют! И ему надо показываться на глаза родителям! И в довершение всего этого его - как всякого подростка! - терзают самые разные другие проблемы: влюбленность, горечь от ощущения брошенности, предательства и разочарования, ссоры с друзьями и одноклассниками, соперничество за место в коллективе, любовь к маленькой сестре. Да мало ли что еще! Это жизнь! Она такая, сложная и разная, и каждый из нас с ней один на один. Книга заслуживает самой высокой оценки!

"А люди всегда думают, что они видят тебя насквозь. Мне-то наплевать, хотя тоска берет, когда тебя поучают — веди себя как взрослый. Иногда я веду себя так, будто я куда старше своих лет, но этого-то люди не замечают. Вообще ни черта они не замечают." (с)

Контрастная книга. Здесь нет увлекательного сюжета - это произведение исповедь, поток мыслей 17-летнего паренька о мире, людях, обязательствах, условностях, глупостях. Книга напомнила стакан с алкоголем (пусть будет виски) разбавленным водой из многочисленных кубиков льда - вкус и истина просматривается, но стойкое присутствие воды не дает до конца прочувствовать главную суть.

"Над пропастью во ржи" - это книга, значение которой трудно переоценить.

Это не просто история молодого человека, оказавшегося в плену времени, беспощадно протягивающего свои руки к живой личности.
Это не просто яростная исповедь человека, обнажающего все парадоксы и нелепости современной жизни.
Это не просто яркий индивидуализм, пасующий перед лицом Левиафана.
Это не просто история одного человека; это история целого поколения.

Идут годы, а история Холдена Колфилда не перестает быть актуальной. Каждый из нас проходил испытание школой, превратностями социума. И каждый встречал на своем пути одиночество; мучительное, сжигающее одиночество, от которого, кажется, нет спасения. Вся книга, фактически, и есть рассказ об одной чистой, светлой, но одинокой душе, которая жаждет прорваться к свету, через заслоны мрака. Поиск ответов не всегда приводит нас к обретению спокойствия. Но мир нуждается, как сказал бы Лермонтов, в "горьких лекарствах, едких истинах".

"Над пропастью во ржи" - книга, обязательная к прочтению. В любом возрасте и вне зависимости от эстетических предпочтений. Чтобы понять что чувствует юное сердце, необходимо прочувствовать тонкую душу Холдена.

Абсолютно переоценённая, не увидел в ней ничего, что ставило бы книгу в ряд "шедевров". Язык писателя сух и примитивен. Книга названа метафорой, но в то же время описания в ней пусты. Герой не вызывает вообще никаких чувств, у него нет мотивации и каких-то адекватных стремлений. Если подумать, к книге лучше бы подошёл заголовок: "Пьяные метания подростка", хотя подростком главного героя трудно назвать, слишком уж его желания и стремления далеки от тех, которыми страдаю я и мои ровесники. Это произведение - скорее грустные фантазии Сэлинджера о потерянной молодости, чем книга, которую стоит читать молодому поколению. После её прочтения, автору хочется задать пару вопросов: Зачем? Для кого?
6\10 и то, только потому, что смогла удержать меня до конца.

Я тут недавно решила вспомнить все те книги и литературных персонажей, которые так или иначе оказали на меня лично реальное влияние, а не просто "впечатлили" и так далее. У меня таких книг не очень много и сейчас я расскажу, пожалуй, об одной из главных. Я прочитала ее в один из непростых для человека моментов: в период моего возвышенно-бунтарского отрочества, когда хотелось реального протеста, реального противостояния обществу и его устоям, а так же хотелось быть собой и точка. И, так как я тогда много ездила - курсы и все дела, - то я очень много читала, ибо в дороге было скучно. И, именно тогда мне повезло наткнуться в книжном на книгу Джерома К. Сэлинджера "Над пропастью во ржи".

Вообще, я тогда читала много всего: от Берроуза и до Паланика - ум подростка требовал разного в литературе и он его получал сполна. Но, меня мало что цепляло, потому что я не находила во всех этих известных, необычных, мощных и грандиозных книгах чего-то "своего", с чем я могла бы согласиться и что я могла бы принять. И так было ровно до того момента, пока я не познакомилась с Холденом Колфилдом. Вот, знаете, у меня тогда впервые в жизни случилось так, что автор как будто читал мои мысли, как будто расписывал мои идеи относительно жизни, людей, вещей и так далее, что я на самом деле испытала настоящий восторг именно от литературного произведения.

То есть, если сказать попроще, то в Холдене Колфилде, его мыслях, действиях, решениях, отношениях и идеях я видела себя. Так как у меня такое случилось впервые, хотя я к тому времени прочитала достаточно книг, то я была в шоке, что такое "бывает". И, чем внимательнее я читала книгу, тем больше понимала, насколько это "моё" и насколько это "про меня". С тех самых пор я называю "Над пропастью во ржи" одним из ключевых произведений в моей жизни. Вообще, если бы не Холден, я бы до многих вещей доходила сама: до бесполезности противостояния, до осторожности, которая побеждает безрассудство, до понимания мира взрослых и все дела.

Холден Колфилд своим примером мне показал, каким лично мне человеком надо быть, а каким нет. Он показал мне, что мир полон деталей, но не тех, которые я всегда замечала, а других, связанных с людьми. Благодаря Холдену я начала интересоваться человеками, кстати, и впервые подумала о том, что об этом было бы неплохо написать. Протест против общества, который я пережила чуть раньше, чем прочитала книгу, теперь не казался мне подвигом, я понимала, что это иногда бывает не круто, а глупо. И еще я поняла, что: "увлекают меня такие книжки, что как их дочитаешь до конца – так сразу подумаешь: хорошо бы если бы этот писатель стал твоим лучшим другом и чтоб с ним можно было поговорить по телефону, когда захочешь..."

С одной стороны, я не хотела писать этот пост о столь важной для меня книге, потому что я как вспомню реакцию людей на "этого инфантильного паренька" - мне вообще не хочется ни с кем, кроме друзей, этим делиться. С другой же стороны, мне хочется рассказать об этой книге тем, кто, мало ли, еще ее не читал. Плюс, так как я сама меняюсь, меня все меньше беспокоит, кто и что там думают - пик острых реакций, который у меня был несколько лет назад, пошел на спад и теперь остается только фейспалмить, когда люди берегов не видят и общаться не умеют. И да, совсем забыла, благодаря этой книге, еще я поняла одно: "если девушка приходит на свидание красивая - кто будет расстраиваться, что она опоздала? Никто!" - и всегда этим пользуюсь.

Книга написана от лица подростка. Соответствующие проблемы, соответствующий язык написания и аудитория, которой будет это интересно. Я была не склонна ненавидеть этот ужасный фальшивый взрослый мир, проблемы юного бунтовщика показались мне совершенно надуманными, а язык повествования достаточно убогим даже для человека, который хвастает высокими оценками за школьные сочинения. Единственное, что понравилось, так это несколько не то чтобы очень новых, но облеченных в интересную форму мыслей. Книгу можно посоветовать тем, кто по каким-либо причинам (наиболее вероятная из которых - "трудный" возраст) вышел на тропу идеологической войны с несправедливостью мироустройства. В этом случае главный герой наверняка вызовет сочувствие, а его переживания - живой отклик.

Честно говоря, прочитав это произведение впервые, я его не поняла.
На знакомство в романом Сэлинджера меня толкнул замечательный фильм «Глава 27» с Джаредом Лето в главной роли. В фильме рассказывается об убийстве Леннона его фанатом. Когда убийцу задержала полиция, в руках у него был томик «Над пропастью во ржи» с надписью «Холдену Колфилду от Холдена Колфилда».
Заинтересовавшись тем, что же такого особенного было в книге, способной толкнуть человека на убийство (а ведь скорее секрет крылся в загадочной 27 главе!) я принялась за чтение.
И каково же было мое удивление, когда повествование ВНЕЗАПНО оборвалось на 26 главе! Было такое ощущение, что последние страницы либо были не оцифрованы (читала в электронном варианте), либо автор не закончил произведение. Главный герой – мальчик-подросток, на протяжении всей книги гулял по улицам Нью-Йорка: ни завязки, ни кульминации, ни завершенности, сплошные мысли.
И вот, перечитав спустя какое-то время «Над пропастью…» во второй раз, я поняла, что все в книге на своих местах, ошибки нет, история закончена. Суть данной книги в том, что главный герой, мальчик-подросток, наблюдает за миром взрослых со стороны и испытывает к нему огромное отвращение: слишком много грязи, алчности и жестокости. Он отчаянно не хочет взрослеть, не хочет прикасаться к этой грязи, и хочет оградить от нее других, особенно свою младшую сестренку. Холден сравнивает нашу жизнь с пропастью, рядом с которой играют дети с их чистыми душами. Дети взрослеют и могут сорваться вниз, упасть, он же – ловец (The catcher in the rye), он хочет спасти их, оградить от этого мира:

Многие видят в этой книге проявление подросткового максимализма: мальчик все преувеличивает, у него переходный возраст и т. п. Вроде бы все мы были такими и ничего нового в этой книге нет. Но в том-то и дело, что начинаем видеть «пропасть» вокруг себя мы именно в переходный возраст, когда беззаботное детство заканчивается, мы вдруг снимаем розовые очки… и ужасаемся тому, что они заслоняли. Мы пытаемся все изменить, сделать мир лучше, но со временем понимаем, что все наши старания тщетны, потому смиряемся, привыкаем и со временем вовсе перестаем замечать эту пропасть. А меж тем она все растет и растет, и мы все ближе и ближе к краю…
И я не согласна, что эта книга – для подростков. Она и для взрослых тоже. Она для того, чтобы оглянуться вокруг и увидеть эту пропасть.
Не убивайте в себе ребенка.