Занимательные истории

«Занимательные истории» французского памфлетиста второй половины XVII века Таллемана де Рео представляют собой сборник коротких зарисовок, посвящённых видным представителям французского общества. Начав с уже ставшего легендой Генриха IV, автор рисует портреты таких ярких персонажей как Маргарита Валуа, кардинал Ришелье, король Людовик XIII и его брат Гастон Орлеанский, герцог Бельгард и маршал Бассомпьер, а также знакомит читателя со многими другими интересными и запомнившимися личностями. Истории Таллемана де Рео показали его талант в качестве мастера литературного портрета. В своих лаконичных портретах он умело совмещает характеристики с положительными и отрицательными коннотациями. Например, он пишет про маркизу де Вернейль:

Она до того растолстела, что стала просто безобразна. Но ум никогда её не покидал…

Когда читаешь эти порой забавные, порой довольно скучные историйки, думаешь о том, что основной задачей автора было развлечь и удержать внимание публики. Создавая свои портреты, Таллеман, очевидно, не ставил перед собой задачи придерживаться правдивой линии повествования, и тем более он не предпринимал попыток докопаться до истины. Известно, что одним из основных его занятий было посещать салоны (в частности, салон маркизы де Рамбуйе), где в неспокойные времена Фронды и в царствование Людовика XIV он развлекал посетителей, рассказывая разные, как правило, анекдотичные истории из «жизни замечательных людей» той эпохи. Здесь необходимо отметить, что героями его рассказов были как люди уже давно покинувшие этот свет, так и некоторые из его современников. Иными словами, Таллеман вовсе не был современником многих, о ком он рассказывал, что не мешает некоторым исследователям (или тем, кто так себя называет) до сих пор смело принимать на веру историйки автора и даже безапелляционно основывать на них некоторые из своих выводов.

Показательно, что в самом начале своей исторьетки о Генрихе IV Таллеман допускает откровенную ошибку (путает осаду Амьена с другим событием), которую теоретически можно было бы легко избежать, бросив взгляд на хронологию. То, что Таллеман старалася придать своей перевёрнутой реальности вид правдоподобия, очевидно. При этом я думаю, мы можем спокойно допустить, что реальность и реальные Генрих, Людовик и прочие его не интересовали. Но объясняется ли эта легко заметная ошибка только лишь безразличием автора по отношению к реальным событиям? Или он понимал, что люди, которые, как бы сейчас сказали, "в теме", и те, кто действительно был знаком с недавним прошлым, в его карикатурные портреты никогда не поверят и легко разгадают подвох. Возможно, Таллеман намеренно адресовал свои рассказы несведущим или малосведущим людям, помимо узкого круга (салон Рамбуйе), желавшего услышать то, что он готов был им предложить. Как мы знаем, очень многие не способны увидеть в окружающей действительности и других людях того, чего нет в них самих. Трудно отмахнуться от мысли, что оскорбительные комментарии Таллемана, которыми он постоянно осыпает многих исторических лиц, говорят что-то в первую очередь о самом авторе и характеризуют тех, кто эти анекдоты и байки смаковал. Кстати, для современного человека язык Таллемана кажется достаточно грубым и непристойным. Не нужно думать, что салонные диалоги носили изысканный характер. Юмор эпохи оставался телесным. Также Талламен позволяет себе нелицеприятно отзываться о женщинах.

Принимая всё это во внимание, уровень некритического принятия некоторых высказываний, приводимых в «Занимательных историях», может порой поразить. Наглядным примером служат король Генрих IV Наваррский и его первая супруга Маргарита де Валуа. Зарисовки Таллемана до сих пор в той или иной форме цитируются многими авторами биографий, посвящённых этим историческим личностям (особенно это относится к биографиям о Генрихе IV), и не просто как некое отражение и преломление самых разных сплетен того времени (что было бы естественно), а чуть ли не как установленный факт. Как метко выразился один современный историк, «мы имеем дело со слухами и сплетнями, возведёнными в ранг фактов». Поскольку подобная аберрация происходит уже много десятилетий, сегодня может быть очень не просто, особенно неподготовленному читателю, определить, что та или иная характеристика, встречающаяся в той или иной книге о Генрихе IV или Маргарите Валуа, имеет в основе своей рассказы Таллемана. То же самое происходит порой и с образами Марии Медичи, Людовика XIII (которого Таллеман, будучи гугенотом, родившимся в Ла-Рошели, очень не любил) и некоторых других исторических личностей. Подобный подход более чем спорен. Если говорить о Генрихе и Маргарите, ключевой момент в том, что Таллеман родился лишь в 1619 году, т.е. после смерти обоих персонажей, никоим образом не являясь их современником. Многое из написанного Таллеманом можно опровергнуть фактами. Впрочем, к самому Таллеману де Рео претензий нет, так как литератор во все времена имеет право на вымысел, претензии тут могут быть только к историкам, выдающим измышления литератора (какая-то доля которых, конечно, может оказаться близкой к правде, но это не меняет сути дела) за достоверные, надёжные свидетельства. Ещё более странным является тот факт, что некоторые современные авторы откровенно вырывают из контекста «удобную» для них характеристику, данную де Рео тому или иному герою, при этом спокойно игнорируя всё остальное, что написал Таллеман об этом самом историческом персонаже, если это противоречит создаваемой ими «картине мира».

В заключение немного о том, что подвигло меня на написание этой рецензии. В недавнем прошлом я читала Брантома и «Приключения барона де Фенеста» Агриппы д’Обинье. И обнаружилось, что некоторые эпизоды из «Занимательных историй» Таллемана являются прямой калькой, естественно, с изменением действующих лиц, с описаний Брантома и протестантского поэта-воина д’Обинье. Также не вызывает сомнений, что Таллеман черпал вдохновение из памфлетов времён Католической Лиги. К примеру, в его описании Генриха IV, трюк заключался в том, что Таллеман брал насыщенные жгучей ненавистью лигистские пасквили (не забываем, что то была эпоха экзистенциальных религиозных войн и эсхатологического страха перед концом света), выхолащивал из них весь запал ненависти и превращал их в нелепые байки, которые были модными в салонах в ту эпоху. Таким образом, он увековечил самые враждебные тропы против короля, только сменив регистр и сделав из "опасного еретика" (каким виделся Генрих Наваррский ультракатоликам) нелепого и нежизнеспособного героя анекдотов. В реальности, персонаж, нарисованный Таллеманом, не выжил бы в том аду и одного месяца. Настоящий король Генрих был умным, высокообразованным, дисциплинированным и космополитичным принцем эпохи Ренессанса, человеком, который смог решить свои основные стратегические задачи, пережил множество покушений (до последнего, ставшего роковым) и опасностей. Скорее всего, Таллеман также обращался к знаменитому анонимному памфлету «Сатирический развод», что, естественно, никак не способствовало достоверности его рассказов ("фижмы королевы Маргариты" и прочее).