[ПРИМЕЧ. "О brave new world, wеicе еas sucе people in it" - "О дивный новый мир, где люди есть такие". – (Шекспир, "Буря")].

[ПРИМЕЧ. "Tеe marvellous boy… tеat perisеed in еis pride…" - "Чудесный мальчик… он погиб в гордости своей…" -(Уильям Вордсворт)].

Найдя нужное место, он зачитал вслух: – "Томас Чаттертон, имитатор средневековой поэзии и, пожалуй, величайший литературный мистификатор всех времен. Родился в 1752 году, покончил с собой в 1770 году".

- Поэты- в юности витаем мы в мечтах. В конце ж подстерегают нас безумие и страх. -(Уильям Вордсворт).

Пора: час моего ухода пробил,
И Ураган готов листву мою развеять.
Быть может, завтра явится Скиталец
И взором примется меня искать повсюду,
И взором – боле не найдет меня. -(Чаттертон).

- Я не настолько беден, чтобы нуждаться в жалости таких, как ты!

Известен лишь один его прижизненный портрет, но для потомства образ "дивного мальчика" увековечила картина «Чаттертон» кисти Генри Уоллиса. Она была закончена в 1856 г., а позировал художнику, изображая умершего поэта, молодой Джордж Мередит, лежа в той самой мансарде на Брук-стрит.

[В чердачной каморке] утром 24 августа 1770 г., он принял мышьяк – очевидно, не вынеся борьбы с нищетой и неудачами.

Он принялся писать стихи, а затем, в возрасте пятнадцати или шестнадцати лет, сочинил «Роулианский цикл». Эти поэмы якобы сложил средневековый монах (чему много лет продолжала верить публика), – в действительности же они принадлежали перу юного Чаттертона, которому удалось выработать настоящий средневековый стиль, отчасти зародившийся благодаря чтению древних текстов, а отчасти изобретенный им самим.

Образование всегда значило для него меньше, нежели порывы собственного духа.

в неоконченной работе есть какое-то очарование и даже красота: голова, разбитая скульптором и затем брошенная им; стихотворение, прерванное да так никогда и не завершенное? А почему бы и историческим исследованиям не оставаться незаконченными, существуя в качестве возможности и не скатываясь к блеклому знанию?

Возможно, это и неразумно, зато это благородное безумство души. Ведь смерть, в конце концов, освобождает душу, и та принимает подобающую ей форму.

След всякой вещи сотворенной – всего лишь мысль в тени зеленой.

По мне, так поэзия должна быть прямой, и рождаться она должна из вдохновенья. Тогда она будет простой, и будет она истинной.

Выдумка всегда более реальна.

Любое современное произведение живет месяца три. И все. – Флинт уже несколько успокоился. Мы не можем думать о потомках. Никаких потомков не существует. По крайней мере, я их не вижу.

Вы когда-нибудь слыхали о том, что поэзия – это пища любви?…

реальность выдумали люди, лишенные воображения.

Чем меньше видишь, тем больше можешь себе вообразить.

Мужские прически были величайшей трагедией XVIII века – пожалуй, за исключением анималистских картин Джорджа Стаббза.