Эдгар был не из тех, кто не замечает прекрасного, если оно слишком близко.

[В доме был] установлен небольшой телескоп... Через его линзы глаза юного По впервые научились различать далекие звезды и созвездия, чьи прекрасные имена рассыпаны по строчкам его стихов.

...сыны и дочери американской революции видели [в Лафайете] непримиримого врага тирании, соратника Вашингтона, храброго солдата, символизировавшего торжество идей Джефферсона и философии Руссо. Это был истинный герой во всем...

Можно сказать, что внешность всегда являлась барометром его [Эдгара] душевного состояния и материального достатка. В силу природной склонности и воспитания он был очень опрятен и аккуратен в повседневной жизни и тщателен в одежде.

[В 1848г.] По завершил работу над «Эврикой» [поэма в прозе], где изложил свои взгляды на метафизические основы космогонии, придав им изысканную форму поэтизированного трактата о началах мироздания.

Балладой «Улялюм» По вдохнул жизнь в созвездия, соединив их в аллегорическом изображении мучительной духовной дилеммы. Вновь, как и в «Вильяме Вильсоне», перед поэтом предстает двойник. Теперь это Психея — его душа.

В Англии По также привлек пристальное внимание миссис Браунинг и ее литературных единомышленников.

...такие его рассказы, как «Фон Кемпелен и его открытие», «Месмерическое откровение» или «Правда о том, что случилось с мистером Вальдемаром», — они были написаны сыном своего времени, который, подобно многим другим, связывал самые смелые надежды с развитием естественных наук.

«Прожорливые моллюски» не поверили, что несуразный, помятого вида джентльмен [Эдгар По], с которым их познакомили, являет собой самую выдающуюся литературную фигуру их времени.

Статьи По о шифрах [криптограммах] и его рассказы вызвали в Вашингтоне живой интерес...

"Г-н По — человек высочайшего ума, и мне нестерпима мысль о том, что он может сделаться жертвой бесчувственных людей, которые, подобно прожорливым моллюскам, хладнокровно подстерегают добычу и безжалостно пожирают все, что попадает в их щупальца…" -(Джозеф Доу, из писем).

Детство в доме Джона Аллана, затем пора тревог, голода и невзгод, несчастная любовь, смерть женщины, заменившей ему мать, — таковы были испытания, через которые пришлось пройти поэту.

...физическое совершенство было свойством, перед которым он [Эдгар] преклонялся, когда и в ком бы его ни находил.

На протяжении следующих нескольких лет ему [Эдгару] предстояло пережить горести и испытания, вызвавшие в нем душевный надлом, который он не смог преодолеть до конца своих дней.

В человеке тонкой духовной организации переживания, испытанные в юности, способны предопределить чувства и умонастроения зрелых лет.

Он [Эдгар] был точно факел, пылающий на ветру жизни и отзывающийся на каждый его порыв вспышкой столь сильной и яркой, что очень скоро сгорает без остатка.

В Джейн Стенард, «Елене» его грез, он обрел и идеал для рыцарственного юношеского поклонения, и полного сочувствия и понимания друга, на чей суд он приносил первые плоды своих поэтических усилий. Что значила для него эта женщина, дано понять лишь одинокому начинающему поэту, боготворящему красоту.

«Эдгар был очень красив и в то же время обладал храбростью и мужеством, удивительными в столь молодом человеке. Среди своих друзей он поистине первенствовал во всем. Он в совершенстве владел искусством светского обращения, и в городе не было более умного, изящного и привлекательного юноши, чем Эдгар Аллан По». -(Томас Эллис).

Детские годы выросшего на рабовладельческом Юге По были также отмечены знакомством с жизнью и бытом американских негров, чей фольклор — причудливые и страшные сказки, тоскливые песни, самозабвенные, пронизанные ритмом пляски — оставил глубокий след в воображении мальчика.