Собрание сочинений в 20 томах. Том 11. Принцесса. Дети Мороза. Бог его отцов

Могучий рассказ из северной эпопеи Джека Лондона. У него есть два рассказа, где главные герои носят одно и тоже имя - Киш. Это "Сказание о Кише", рецензию на рассказ я уже писал, и "Киш, сын Киша". Рассказы разные: первый наполнен позитивным смыслом, второй - наоборот.

В "Кише, сыне Киша" Джек Лондон снова поднимает проблему противостояния рас и сохранение морально-идеологической чистоты герметического общества. Вождь тлунгетов Киш влюблен в дочь вождя танана Су-Су. Но отец Су-Су отказывается отдавать дочь за Киша, потому что тот "перестал быть мужчиной". А причиной всему то, что Киш стал приверженцем новой религии, которую принес в тундру миссионер отец Браун (не путать с известным героем Честертона). Браун и его христианство учат не убивать.

Отца Су-Су науськивает шаман Мадван, который понимает, что проигрывает бой за души тлунгетов, а, если позволить эту свадьбу, то и души танана могут отойти чужому богу и Великий Ворон останется без своих воинов. Такого быть не должно, поэтому Кишу предлагают в качестве доказательства своей благонадежности зарезать мальчика-раба, он отказывается, поэтому и ему отказывают в сватовстве. А сама Су-Су говорит, что у него еще остается шанс, если он принесет ей головы троих убитых им людей.

Су-Су предполагала, что Киш ради неё расправится с белыми, но... Но душа Киша долго мучилась, однако предать людей, научивших его новому взгляду на мир, он не смог. А вот выполнить условия Су-Су он выполнил, она же не сказала, чьи это должны быть головы - белых миссионера и торговцев или краснокожих отца и братьев самой Су-Су. Он его даже перевыполнил - вместо трех голов принёс четыре.

Отец Браун проиграл битву за душу Киша, тот отправился прямиком в ад, но индеец, рискнувший нарушить запрет религии ради страсти, предпочел убивать своих соплеменников-язычников, а не детей Христа - западная цивилизация одержала еще одну маленькую победу на большом пути покорения коренных американских народов.

Один из северных рассказов Джека Лондона, который можно отнести к категории смешных. Не сказать, что автор "Мартина Идена" чурался шуток, с чувством юмора у него было всё в порядке, но вот трагизма в его рассказах намного больше, чем смешного. Рассказ про строптивого Яна - редкое исключение, хотя и того же самого трагизма в нем тоже хватает.

Здесь сошлись две линии - американская традиция суда Линча и необыкновенное жизнелюбие, Дело происходит за 53-й широтой, посреди голого ледяного поля палатка и несколько человек - золотоискателей.

Главный герой - немец Ян убивает товарища, выстрелив ему в голову. Теперь должен состояться справедливый суд - убийца должен висеть, только Ян с этим не согласен, он, как дикий кот, отбивается от своих добровольных палачей, уговаривающих Яна: "Мы тебе ничего плохого не сделаем, повесим, только и всего".

Одолеть Яна было не просто, но один человек, каким бы жизнелюбом он не был, не может долго противостоять троим, Яна связали. И тогда виновник суматохи решает победить своих противников с помощью логики: чтобы повесить преступника нужны три вещи - преступник, веревка и виселица. Виселицы в снежной пустыне нет? Нет! Значит. отбой Линчу!

Но не так просты простые американцы, если уж они решили кого-то повесить, они его повесят, напрасно немец надеялся на отсутствие деревьев - друзья-янки начинают городить сооружение из вёсел. И висеть бы Яну, но тут "оживает" убиенный им Джон Гордон, оказывается его пуля только оглушила.

Жизнелюбие в результате победило и это не просто слова, ведь, если бы Ян не упирался, не отбивался, не заговаривал бы зубы своим "честным и скорым на расправу" судьям, он бы уже давно распрощался с жизнью, я его необыкновенное упорство дало ему шанс.

И, конечно же, Лондон привлекает внимание американской публики к несовершенству такого привычного для них явления как суд Линча. Если могут ошибаться профессиональные судьи, которые опираются на экспертов, обвинителей и адвокатов, то "честные парни", не разобравшись толком, могут запросто вздернуть невиновного человека просто потому, что они в запале приступа справедливости просто поторопились с приведением приговора в исполнение.

А самое главное, Джек Лондон не просто указывает на ущербность этой традиции, он еще и дает совет: что делать, если оказался в подобной ситуации - ни в коем случае не соглашаться, отбиваться до последнего, искать любую возможность и лазейку для спасения, примерно так, как делал это строптивый Ян.

Сборник Джека Лондона "Дети мороза" целиком посвящен индейцам Аляски и северной Канады - коренным народам этих мест. В"Болезни Одинокого Вождя" рассказывается история сына вождя одного из племен. По сути речь идет о "привигвамных" интригах вокруг титула вождя. Вождь Выдра стар, его сын после схватки с медведем получил серьёзные травмы, у него случилось что-то с головой, и он готовится к смерти. Все приготовления свершены, семь рабов ждут, когда умрет юноша, чтобы последовать за ним и прислуживать ему на том свете, а он всё не умирает.

И тогда шаман Сколка, мечтающий захватить власть в племени, придумывает беспроигрышный ход - Одинокого Вождя нужно отправить в поселение мукамуков, с которыми извечно воюет племя, он поведет своих воинов в последнее свое сражение. В бою с соседями он умрет как воин и тогда можно будет произвести почетное погребение, к которому всё готово.

Но всё пошло не по плану хитроумного шамана, в первой же схватке, еще подплывая на байдарке к поселению мукамуков, Одинокий Вождь вступает в схватку с двумя врагами и получает по башке веслом - и что-то в голове его щелкнуло и недомогание сразу прекратилось, более того, он озверел и превратился в самого настоящего берсерка, в одиночку бросившись на селение мукамуков, воины его племени едва успевали за ним. За один день он расправился с враждебным племенем, уничтожив его под корень.

Вернувшись, Одинокий Вождь расправился со Сколкой и объявил себя полным хозяином племени - вождем и шаманом в одном лице - тоталитаризм восторжествовал. И так велика была его воля и его власть, что не было у него никаких препон и ограничений, пока... "пока не приплыл пароход".

Белый человек оказался сильнее и могущественнее даже такого великого воина как Одинокий Вождь. И теперь старик сидит у костра и рассказывает белым людям, которые готовы его слушать, о своем великом прошлом.

Далеко-далеко на севере, там, где великий Юкон впадает в большое море, жило племя индейцев-рыболовов. Они знали о жизни всё, им были ведомы законы мироздания, они были опытны и умны. Они знали, что в мире живут не только индейцы, есть еще белые люди, но таких мало, очень мало, им пришлось видеть только двоих - переписчика населения и заблудившегося католического священника. Было это еще до начала золотой лихорадки, которая принесет цивилизацию в эти края, пока что умиротворенных рыболовов ничто не смущало.

И тут появляется Нам-Бок - один из племени, который считался уже много лет погибшим, его байдарка не вернулась с охоты. Поэтому возник резонный вопрос опытных и бывалых людей: сам ли это Нам-Бок или его тень? Однако, он был плотный и ел пищу, а тени, как известно, этого делать не могут.

А потом Нам-Бок начинает рассказывать о своих приключениях, о том, как он попал на шхуну белых людей, о стране, населенной исключительно белыми людьми, о их домах, о паровозах, о деньгах, о городах. Индейцы готовы были поверить в любые чудеса, но только, чтобы они не противоречили их представлениям о жизни. Это же глупость несусветная - утверждать, что железный корабль может плавать. То, что железо тонет в воде - они уже знают, и это касается любого железа. А рассказ про железную дорогу выглядит еще более нереально, как это можно такое дорогое железо бросать на землю! Да и не может его в мире быть так много, чтобы из него строить дороги, которые такие длинные, что им не видно конца. Вот и про паровоз, пока он представляется неким ужасным зверем, вроде верят, но как только Нам-Бок говорит, что люди сами делают эти паровозы из железа, вера кончается.

Несколько раз, когда Нам-Бок рассказывает про большие корабли и дома, индейцы спрашивают: "А люди там тоже большие?" Если бы это оказалось так, они бы ему поверили. Тогда бы рассказы бродяги совпали бы с волшебными племенными мифами, но он настаивал на обратном, модель мира, которую предлагал он, никак не соотносилась с тем, что было возможно по их представлениям. Классическое "этого не может быть, потому что этого не может быть никогда!"

И тогда Нам-Бок объявляется сначала лжецом, а затем, дабы не искушал более, несмотря на его телесную оболочку и пристрастие покушать, его определяют таки в тени. Да, именно - тень! Нам-Бок пришел оттуда, откуда еще никто не возвращался - он пришел из мира мёртвых и рассказывает как раз о нём. Поверить в такой расклад индейцам гораздо проще, чем в рассказы Нам-Бока о городах, где людей так много, что всего берега не хватило бы, чтобы поставить их лодки. И его изгоняют - уходи туда, откуда пришел.

Это рассказ не столько о нецивилизованных индейцах, сколько о нас самих, о разности нашего восприятия, о параллельном существовании разных миров, о ничтожности свидетельства того, в чем мы не разбираемся и не понимаем. Ведь часто пещерная дикость и тупость носит вид эрудированности и экспертности.

Чудесный рассказ! Впрочем, чего еще ждать от любимого Джека Лондона?) Не то чтобы он прям уж о женском коварстве. Скорее о том, что раз девушка решилась выйти замуж за конкретного человека, то ее не остановит ничто - сердцу ведь не прикажешь, да?)
Тут главное поступить как настоящий стратег и действовать на опережение. И когда избранник твоего сердца будет в опасной близости от поражения, нужно вовремя протянуть руку помощи - и вуаля.
Да, женская хитрость воистину не знает границ. И мы, читатели, затаив дыхание, наслаждаемся очередной зарисовкой от тонкого знатока человеческих душ, который бороздил не только Север, но и отличился глубокой проницательностью по части знаний о девичьем сердечке:).

Жил на свете Флойд Вандерлип. Поговаривают, храбрый и непритязательный. Тяжелая работа не смущала его, да и в пище был весьма неприхотлив. Только вот имелось одно "но": наш герой был до ужаса влюбчив. И когда его угловой столб на одном из богатейших участков Клондайка недвусмысленно был воздвигнут, надумал он жениться.
Первая идея, посетившая его, была тут же воплощенна в жизнь: выписать невесту из Соединенных Штатов, благо имелась одна девушка, которая не прочь была бы совершить столь опасное путешествие ради свадебных колоколов.

Но пока суть да дело, товарищ заскучал и возжелал любви - здесь и сейчас. И местные красавицы не остались равнодушны - но только совсем по иному поводу...
И началась настоящая охота, где неповоротливый Флойд выступил в роли дичи. О, как ему не повезло - ведь за него взялись опытные охотницы, чье коварство не знало границ. И хитроумный Ситка Чарли не дремал, уж поверьте)

Великолепный рассказ, очень атмосферный, в лучших традициях Джека Лондона. Тонкий знаток человеческой души, он так изобразил своих героев, что они предстают перед читателями словно живые.
Очень изящная интрига с очаровательным концом - что может быть лучше в этот серый пасмурный вечер, когда за окном противный мелкий дождь и ничего не хочется делать? Здесь же бурлят настоящие страсти! Они заставляют улыбнуться и поигрывают легкой чуть язвительной иронией.
Произведение небольшое, но сколько удовольствия! Читать всем)

Если бы Джек Лондон , в порыве бессилия познания женской психологии, решился задать мне вопрос:"Знает ли сама женщина, чего хочет?...." Я бы переступила через свое правило "не давать советов" и четко указала бы ему направление.
Бельдяжки. И ещё раз Бельдяжки!
РаздАвите на пятерых бутылочку и наши российские мужики точно помогут решить проблему женского самоопределения весьма оригинальным способом.
Ну и заодно найдете ответ - отчего Киев мать городов русских.

Но я уверена, что романтик Джек и без посторонней помощи отлично понимал изменчивость женской натуры, ее сомнения и благородство.
Прекрасна собой Джой Молино, желанна и своевольна. Завоевать ее руку и сердце непростая задача. И если с сердцем, как может понять проницательный читатель, все решено. То со вторым предметом, необходимым для официального бракосочетания, могут возникнуть проблемы.
Жизнь сурова сама по себе, а отсветы северного сияния, мороз и золотодобыча добавляют критичности женщине, желающей создать крепкую семью.
К сердечной склонности, возможности обрести миллионное состояние, надо добавить ещё упорство и силу характера.
И вот гонки на собачьих упряжках становятся не просто соревнованием за заявку на золотоносный участок. И даже не за возможность услышать тихое "Да..." из самый прелестных уст Сороковой Мили.

Ставку делает сама Джой, до последнего колеблясь между Джеком и Луи.
Сильной женщине необходим сильный мужчина.
Мужчина, который даже при явном проигрыше и возможном коварстве любимой девушки, преодолеет все трудности и не отступится до конца.
Волчий Клык мог бы и выиграть гонку, прийти первым к приисковый конторе...если бы Луи Савой, несмотря на то что надежда покинула его, сдался бы сам.
Бедолага лейтенант, королевское жалованье которого весьма скромно, мог бы и проиграть свои две сотни какому-то королю Березового ручья, если бы не преданность Волчьего Клыка и окончательное решений Джой.
Она отлично задала темп, эта прелестная и умная женщина!

А я могу лишь добавить о самом Джеке Лондоне - он любил жизнь, Север, мороз, хрип собак и свист бичей... И, конечно же, он любил и восхищался женщинами. Ну и немного понимал их)

Все было спокойно на душе у Флойда Вандерлипа, пока разлагающая длань буржуазного прогресса не добралась до "короля Бонанзы". Был он привычен к грубой пище, тяжёлой работе и прицелу своего ружья, пока...заявочный столб и центральные вехи на одном из богатейших золотоносных участков Клондайка не сделали его богатым и влюбчивым. Возможно, он был влюбчивым и до этого момента, но бобы с грудинкой, мороз и отсутствие общества тушили это чувство на корню. Дом в Доусоне, скатерти и салун по вечером сделали свое дело - он выписал себе невесту. Закупая столовое белье для Флосси, наш скучающий герой испытал первый приступ. И вот уже по улицам городка на собачьих упряжках попеременно раскатывают экс-натурщица и псевдо-греческая танцовщица. А столп приличного общества, по совместительству жена капитана, вводит в заблуждение Ситку недомолвками, с целью уберечь для Флосси местечко на супружеском ложе.

Джек Лондон любитель красивых женщин и все же главное их достоинство для него заключается не в красоте. Более важно их внутреннее содержание, упорство, сила воли, способность преодолеть трудности и найти в себе силы протянуть руку дружбы. Живой интерес к возможностям и способностям.
И миссис Эпингуэлл, и Фреда Молуф, как бы не были они разделены аляскинским обществом, добры и бескорыстны.
Как натура деятельная, царица полусвета гораздо более эффектно использует профиль, изгиб шеи и задумчивый взгляд, чем авантюристка с парой писем от коронованных особ и полнеющей фигурой. Даже фэйс-контроль на губернаторском балу не в состоянии остановить такую женщину.
Бедняга Ситка основательно промерз у полыньи, с крупной суммой наличных в утешение, а Деверо не зря гнал свежую упряжку.

Что же до самого Флойда, то ему останутся весьма приятные воспоминания о трёх прелестных женщинах так поднявших его самооценку. Впрочем, мужчины загадочные существа) они всегда стараются верить в то, что навообразили себе.
Миссис Мак-Фи же быстро отплыла по весне из Доусона, утвердившись во мнении, что полярные широты рассадник греха и атеизма, там просто невозможно представить ад в правильной комплектации.

Продолжая знакомство с творчеством Джека Лондона все больше убеждаюсь, что он настоящий мастер. Безусловно, мой скромных багаж прочитанного у автора, не дает право говорить о всем творчестве, но в небольшом рассказе "Дочь северного сияния" я увидела его мастерство во всей красе. Развлекая довольно динамичным повествованием, в котором каждой клеточкой болеешь за героев, не зная, чем разрешится их соперничество, он заставляет задуматься о достаточно важных вещах через поступки, что увеличивает ценность в разы.

В центре повествования - Аляска, Юкон и его притоки, привлекающие все больше и больше желающих обогатиться за счет золотых приисков, тем более когда рядом находятся более успешные товарищи, уже сорвавшие куш. Богатство и слава влекут не только сильную половину человечества но и женщины обращают взор больше на успешных, предприимчивых и сильных мужчин, которые смогут обеспечить семью. Именно об этом втолковывает красавица Джой Молино своим поклонникам Джеку Харрингтону и Луи Савою прямым текстом предъявляя им полный текст требований, зарождая в них огонь соперничества и борьбы. И было ведь, за что бороться [и это я не про новое месторождение совсем]. Автор с трепетным восторгом рисует образ Джой Молино - прелестной красавицы и соблазнительницы, перед лицом и станом которой не устоит никто, а на борьбу за возможность лицезреть сей лик можно отдать многое, если не все. И вот тут прям ножом по сердцу прошлись строки о ездовых собачках, которых все же жаль до жути!

Мужские персонажи, на мой взгляд, несколько слабы и невнятны. Джек, как верно заметила Джой, лентяй; нет, даже не так, он просто безынициативен, непробивной, но он трудолюбив и, если бы рядом с ним была правильная женщина, возможно, он и добился бы успеха. Ума ему не отнять, что отлично демонстрируется в моментах подготовки стратегии сражения и последующего четкого ее исполнения. Луи Савой же безлик - ни Джой не говорит о нем ничего примечательного, ни в испытании он никак в общем-то себя не выделял. Безусловно, он сообразителен, потому как знал, с кого брать пример и какую линию поведения выстроить, но он не лидер (а, может, так показалось, потому что он все же на протяжении всего повествования стоит на заднем плане).

Образ Джой противоречив - она груба и даже жестока в своей прямолинейности и, кажется, что сама до конца еще не представляет [впрочем, как истинная женщина], что же она хочет, поэтому и берет этакую "временную передышечку", превращая все в довольно жесткую игру, что очень сильно отталкивает. При всем при этом, нельзя не заметить ее ум, смекалку, расчет и сообразительность - она четко продумывает все до мелочей, оставляя себе возможность управлять положением, до последнего наблюдает за ситуацией и оценивая свои эмоции и чувства, а потом приводит в исполнение план, даже и тут не упустив выгоды! Очень хочется верить, что такой исход принес ей то самое счастье, которое она заслужила.

Рассказ небольшой, но очень яркий по эмоциям: сопереживаешь, ругаешь, жалеешь, проникаешься уважением и все это буквально на каком-то десятке страниц, после которых нет ощущения незаконченности, а в остатке только мысли о женском непостоянстве (все-таки коварством я не назову это), стратегическом мышлении, которое всегда выручает и нуждается в развитии, и, конечно, о вере в себя. Даже, когда кажется, что все вокруг против и исход предрешен, если то, ради чего ты что-то делаешь, тебе действительно важно, просто делай; верь в себя и делай, продвигаясь вперед; не благодаря, а вопреки всему и, кто знает, возможно, именно сегодня госпожа удача улыбнется и тебе!

Мне кажется, Джек Лондон темой индейской резервации в Америке поднимает более глобальный вопрос – вопрос великого переселения народов в XX веке – из страны в страну, из деревни в город, из культуры в культуру, насильственный и добровольный, из-за войн, из-за агрессивной политики, из желания выжить, из-за корысти отдельных людей, из желания лучшей участи уже не себе – своим детям. И нам остаётся только одно – как тому старику, идти против течения – оставаться в своей стране не смотря ни на что; держаться своей культуры, даже если мы последние кто за неё держится; жить там, где родились и созидать свою малую Родину. Небезызвестный деятель Валентина Ивановна Матвиенко как-то на вопрос петербуржцев о том, что для петербуржцев Город стал невыносимо дорогим, даже выживать в нём сложно и – что делать? Ответила примерно так – Санкт-Петербург - город не для бедных, уезжайте. Без комментариев. Но – не дождётесь.

Старик. Он – убийца. И он – воин. Он вышел на тропу войны, потому что ему не оставили выбора. Он убивал всех – солдат, полицейских, женщин, стариков и детей – оккупантов, для него они были оккупантами. Горе на его землю принесли именно белые. Автор ставит перед читателем нерешаемую нравственную дилемму: убийца или освободитель, его война имела смысл или нет, смог он что-нибудь им доказать? Там какие-то зашкаливающие цифры, знаменитые маньяки XX века нервно курят в сторонке. Всё его племя, сотни индейских племён насильственно лишили жизни в вековой традиции на своей земле и он пошёл мстить – за них всех. И он набрал горстку стариков, ибо молодёжь уже смирилась. И старики мстили. А потом он остался в живых последним и он пошёл сдаваться, ибо путь его пройден.

Суд. Уникальная панорама - с момента появления старика в городе и до начала суда, речи обвиняемого, реакции слушателей и судьи. Вообще замысел старика разыгран как шахматная партия, где его месть была дебютом - сицилианская защита вариант дракона, его сдача властям – миттельшпилем, а его речь в суде – блестящим эндшпилем. Старик приходит в город и просто сидит. Он не ждёт, он пришёл сказать, что сделал дело. Вокруг него что-то происходит, но это не с ним, это где-то там. Находится переводчик, потом уже в суде находится его родственник. А потом начинается суд, который проходит как по нотам, атмосфера в зале суда раскаляется до температуры плавления металла… в нервах старика. В нём нет раскаяния, только чувство исполненного долга. И здесь не так интересна реакция слушателей, как реакция судьи, считавшего старика невиновным и понимающего, что закон должен быть исполнен. Закон должен быть исполнен…

Это грандиозная вещь, она пронзает. Этот рассказ ставит перед читателем неразрешимые вопросы и от этого несколько не по себе. Я рискну прочитать ещё один роман Джека Лондона – «Время-не-ждёт» и может я опять промахнусь, но попробовать стоит.