Разногласия с Августином на фоне дикой природы)
История, пересказанная уже пожилым православным епископом, когда во времена своей молодости он был назначен на епископскую кафедру в Сибирь. По долгу службы ему было вменено в том числе в обязанности - обращать в православие местных туземцев. В начале своего срока служения здесь он сильно в этом деле усердствовал, но встретил так же и глухое сопротивление со стороны пожилого местного монаха, который тоже в молодости был известным миссионером в этих краях, но позднее утратил к этому занятию рвение.
Настроение епископа в рассказе было по этому вопросу сильно изменено, когда он отправился в отдаленное путешествие по Сибири для наблюдения за тем, как происходят крещения иноверцев на подведомственной ему территории. По пути он попал в неприятную ситуацию, когда из-за бурана едва не погиб. С его спутником-монахом его разлучила непогода, оставив наедине с возницей собачьей упряжки, местным туземцем, до этого дорогой рассказывавшего епископу почему он не желает принимать крещение, оставаясь иноверцем.
Причин для этого решения у него было оказывается множество, о которых в основном епископ не догадывался, сидя в своей резиденции. Пересказывать все их здесь будет достаточно долго.
Собственно, развязка сюжета возникла вокруг их крушения во время бурана. Они лишились выбившихся из сил собак. Возница же отправился восвояси на лыжах, оставив епископа одного в тайге. Тот не был уверен в том, что инородец реально выручит его, к нему возвратясь. Сомневался он в том числе и потому, что подозревал этого туземца в дикости, отсутствии у того чувства совести, которое должно вроде как присутствовать у христиан.
Но через несколько дней к удивлению изможденного архиерея туземец вернулся с едой и помог тому добраться до жилья, таким образом спас его. К удивлению епископа туземцем и в его языческой вере двигало чувство совести и ответственности перед Богом, которого он понимал несколько на свой манер, конечно. Но эти вера и чувство не позволили ему бросить спутника на произвол судьбы погибать.
Епископ нашел и своего товарища-монаха в соседних юртах тоже. Тот, к сожалению, погибал от обморожения и гангрены. Его возница был крещенным туземцем. Но после бурана бросил монаха на произвол судьбы, съев все припасы. Его "христианская" совесть позволила ему это сделать, так как к нему пришла убежденность, что за его грехи ему полагается в случае покаяния прощение. Отсюда и готовность грешить в нем скорее возросла, чем пошла на убыль.
История эта заставила епископа многое переосмыслить относительно своего прежнего миссионерского рвения, чему помогло также и известие о том, что крещения на местах проводятся порой очень специфично. Например, в обмен на обильное угощение новокрещенных водкой. Он понял, что Бог, Его закон и благодать могут присутствовать и среди других народов и верований, тогда как среди формальных христиан сплошь и рядом заповеди эти чаще нарушаются, чем исполняются. В этом смысле его посетило и сомнение в известном утверждении одного из Отцов Церкви - Августина, согласно которому всякое установление в языческих верованиях и законах по определению есть зло - отвращающее людей от Бога.
Такое впечатление у меня, что частично этот рассказ читал в рамках другого сборника рассказов Лескова. Часть сюжета ясно вспоминалась при прослушивании. Возможно, читал его лет 8-9 назад, но мог и не дочитать. В рамках же цикла "Праведники", где этот рассказ представлен был самим автором, он является самым значительным по объёму и завершающим этот цикл.
122 понравилось
