Собрание сочинений в 5 томах. Том 1. Соборяне. Запечатленный ангел. На краю света

По своему жанру это скорее всего повесть, состоящая из 16 глав. Очень не люблю спойлерить, поэтому почти не пересказывая сюжета, отмечу, что действие здесь разворачивается вокруг истории о деятельности артели, собранной из старообрядцев, а также их старинных икон. Значительная часть повествования очень динамична, с элементами трагедии, где даже появляются жертвы. Есть рискованные путешествия, планы, связанные с похищениями, есть аресты и угроза каторги, отсюда и привкус триллера. Название же повести дано по имени чтимой этими верующими иконы ангела, поврежденной властями проставленной на ней печатью.

Отдельно интересно отметить стилистику пересказа основной истории, которую ведет повествователь - Лескову хорошо удается демонстрировать в своем тексте особенности различных говоров, характерных не только для малограмотного простонародья. Писатель показывает, что в народной среде живут различные субкультуры, в том числе основанные на глубоком знании библейских текстов, их понимании и своеобразной их интерпретации и осмыслении, позволяющей развивать свои духовные традиции, значительной глубины и с сохранением неповторимого колорита. Показательным здесь является раскрытие в тексте темы иконописи, с различными её нюансами и особенностями.

Опять же, стараясь не спойлерить, обращу внимание как минимум, на две поднятые в произведении темы. Во-первых, тема мистики, "чуда". Произведение пропитано этим. Хотя в конце его присутствует "отрезвляющая" вставка одного из слушателей основного повествования-пересказа, отмечающего, что почти у всех случаев "необычного" здесь существуют свои вполне "естественные" объяснения. От себя же замечу, что, однако, просто последовательность этих удивительных для действующих лиц событий, связующих их в единую цепь, сама по себе парадоксальна и подобна чуду.

Во-вторых, вопрос в том, зачем вообще человек обращается к религии? С одной стороны, в таком обращении чаще всего присутствует вполне корыстная мотивация. Люди начинают верить в "высшие силы" и ожидают от них различных плюшек - материально-вещественных, телесно оздоравливающих либо более сакральных, вплоть до стремления к спасению от мук посмертного существования. В повествовании приводится целая палитра такого рода устремлений. И наверное эта тема здесь является одной из центральных. На фоне этого в тексте присутствует небольшой рассказ и о живом святом, который вполне искренне стремится к развитию полного бескорыстия в своей духовной жизни в настроении служения Богу. Показательно, что автор отдает приоритет именно такой форме духовной деятельности как высшей.

Повесть - одно из немногих произведений, которые хотелось бы переслушивать снова. Хотя оно может быть труднодоступно для понимания людей, слабее знакомых с историей русской духовной культуры и имеющих о религиозной сфере предвзятые представления.

Книга изначально не задумывалась как роман, а наоборот, издавались отдельные рассказы и повести в различных журналах, и куда позже уже были собраны в единую "хронику". Это чувствуется, есть некая разрозненность в повествовании, местами не хватает связующих нитей. Но на этом из недостатков у меня все. Я очень люблю когда эксплуатируют религию в мультимедии, причем от махо-седзе до философских трактатов. Это весьма нестандартная жизнь, в попытках осмыслить себя и свое дело, либо пользование положением. Грубо говоря, почва крайне благодатная для разворачивания богатых сюжетов. В романе есть проповедники и дьячки, прихожане, меряне и те, кто не видит в этом смысла. Очень уж понравилась часть про кости, про столкновении науки и религии, и как раскрыли и мать и сына, показывая, что для каждого своя правда - правда. Понравилась и история про пирамиду, которую строили без масштабов. Очень язык понравился, так сказать деревенский, простой, он придавал шарма и атмосферы. Не могу назвать книгу "глубокой", хоть и многое и важное подчеркнуто и отмечено, всё это поверхностные, поведенческие ситуации, души не открывали и не терзали по настоящему. Впрочем, мне хватило и того что было.