Идиот

Сколько силы, боли и страдания заключено в похождениях этого светлого, чистого, доверчивого человека. Формально идиота, но судя по его окружению и обилию слова "сумасшедший" в романе, то там каждый со своей сумасшедшинкой, в большей или меньшей степени. Он как светочь среди всех этих гордых, самовлюбленных, эгостичных людишек.
Ровно, как и все его окружающие, с самой первой встречи с ним, начинаешь испытывать к нему искренние трепетные чувства. Так хочется добра и счастья ему. Ведь он был счастлив среди детей и видел во взрослых людях сущих детей и искренне был рад этому. Ему немного для этого самого счастья нужно было.

Истинный христианин, проповедующий сострадание, страдание, он не корил мир за его несовершенство, он лишь хотел помочь. Просто помочь, спасти всех, кто в нем нуждался. А его любовь, наполненная жалостью, к Настасье Филипповне - как прекрасна она была на протяжении всей книги! Жалости как сострадания, а не как сочувствия. Вот и пострадал в итоге.

О Рогожине сразу было дано понять: если он будет с Настасьей Филипповной, он ее и зарежет через неделю. И этот символ - нож, периодически появляющийся на страницах книги, сыграл свою главную роль. Со стороны Рогожина это было проявлением его страстной натуры, его страстной любви.
Князь же своей чистотой изначально был антиподом для нее, как думала она сама. И было жаль эту бедную женщину, ставшую в тиски обстоятельств не по своей вине изначально.
А образ Аглаи! Гордая девица, ничего не скажешь. Но в какой-то момент мне казалось, что они с князем наиболее близки и понятны друг другу. Ведь не была его любовь переполнена жалостью, как в случае с Настасьей Филипповной. А что в решающий момент он не рванулся к ней, так только потому, что он не мог поступить иначе, ведь его состраданичьеская сущность не позволила ему бы так кинуть Настасью, которую он без меры жалел.

Я буквально упивалась этим романом, вчитывалась в каждую строчку, боясь упустить детали. Я абсолютно не представляла, чем же все закончиться. Но Достоевский так мастерски все подвел, что в определенный момент стало ясно, что станет с Настасьей Филипповной, с Рогожиным, что не быть Аглае с князем, ровно как и Н.Ф.Б. с князем (этот "рыцарь бедный" - гениальное сравнение), с генералом Иволгиным - судьбы нашли свое закономерное завершение. Все настолько продумано - это реальный мир, разбавленный действительно стоящими, трогающими за живое рассуждениями. Про смертные казни, про христианство, про оригинальность людей и много чего еще - такого сложно описуемого, но такого правдивого и настоящего.
Сложно собрать мысли в кучу, это можно читать, читать и перечитывать и всегда будешь что-то новое находить. Это просто колоссальное произведение, уникальное, неповторимое, шедевральное.

Классику необходимо читать. И не только для того, чтобы в разговоре можно было с полным правом подтвердить: "Да, мол, читал". А в большей степени потому, что эти произведения уже проверены временем и можно с девяностопроцентной уверенностью ожидать, что чтение книги принесет тебе духовное удовольствие. В очередной раз я в этом убедилась.
Художественный разбор и умные рецензии я оставлю более сведущим в литературе людям (благо они уже и так много всего написали).
Отмечу только одно из своих ощущений-наблюдений.
На мой взгляд поразителен сам момент знакомства с героями. Они происходят совсем как в жизни. Т.е. нет какого-то потустороннего описания героев со стороны автора. А мы просто знакомимся с ними от встречи к встрече. С каждым разом открывая какую-нибудь новую черту. И порой кардинально меняя свое отношение к человеку. Впервые это проявилось для меня с такой силой.

Прочитав роман «Идиот» Достоевского, еще долго находился под впечатлением. Произведение многоплановое. Пожалуй, писать какие-то отзывы и рецензии к нему сложно. Можно вдаваться в подробности интриг, писать спойлеры, но по сути это мало что даст. Интриги у Достоевского лихо закручены и бьют насквозь. Ритм его прозы то неспешный и вдумчивый, то яростный практически невротический, заставляющий биться сердце и судорожно следить за интригой. В романе можно обнаружить и автобиографические моменты, как то эпилепсия героя, имитация расстрела. Удивительно, что писал Достоевский в 19 веке, следил за политическими событиями и вместе с тем сохранял самобытность и оригинальность мышления. Когда писатели напропалую спорили о либерализме и социализме, о западничестве и славянофильстве, он видел выход в Боге и критиковал и либералов, и социалистов.

Образ простодушного и наивного человека интересовал многие поколения писателей: Вольтера, Флобера, Сервантеса, Диккенса – и это только так навскидку. А действительно, чтобы бы было, если бы Христос пришел в наше циничное время в образе человека? Если в 19 веке люди обманывали, стяжали, боролись с инстинктам, и им становилось стыдно, стало бы стыдно сейчас?

Пожалуй, это одно из сильнейших впечатлений года. Есть над чем поразмышлять. Достоевский не так далек от истины. Возможно главная русская национальная идея – это и есть идея найденного утерянного Бога, как главного морализующего фактора.

Князь Лев Мышкин, последний представитель рода, возвращается в Россию из Швейцарии, где лечился от падучей болезни (по-нынешнему эпилепсии). В Петербурге он сводит знакомство со множеством людей, но весь сюжет вертится вокруг его отношений любви-жалости с Настасьей Барашковой и отношений любви-ненависти с Парфёном Рогожиным, в эту самую Настасью до чёртиков влюблённым, а к самому Мышкину искренне прикипевшим всей душой. Есть ещё семья Епанчиных — дальние родственники князя; есть второстепенные любовные интересы главных героев; есть свита со своими интересами. Очень сложно описать парой предложений этот объёмный, многослойный и многогранный роман, поэтому скажу только, что для меня это одновременно лучший любовный роман в жизни, который я когда-либо читала, — и лучшая трагическая история о том, как одна светлая душа погибла в тёмные времена. «Погибла» в данном случае эвфемизм, но ситуация от этого менее трагичной не становится.

Впрочем, нам с вами надо начать заново. Я должна начать немного издалека, чтобы объяснить, как пришла ко вдумчивому погружению в Достоевского и вот уже который год читаю его библиографию. Дело было на втором курсе университета, когда я всё ещё ненавидела Пушкина, но уже заинтересовалась некоторыми иными сокровищами руслитры. Только для Достоевского я себя считала слишком юной, слишком мало пожившей и в жизни повидавшей — таким он казался страшным, высоким и сложным тогда. Поэтому я категорически, никак и никоим образом не могла понять свою одногруппницу — мою не только ровесницу, но и землячку, т.е. человека с максимально схожим бэкграундом, до такой степени схожим, что мы ходили в одну районную библиотеку, так что ко второму курсу имели максимально схожий читательский багаж. Я не могла понять её, читавшую «Идиота» взахлёб по вечерам и считавшую эту книгу лучшей в её жизни… (Только тогда я осознала, наверное, что даже близкие по духу люди со схожей историей жизни и общей библиотекой могут обладать разными ценностями и видеть в одних и тех же книгах каждый своё). После такой рекламы я потратила несколько лет, чтобы преодолеть собственные предубеждения, — и как-то раз взяла и купила полное собрание сочинений Достоевского. И вот пришёл черёд «Идиота» — и я наконец-то поняла, почему она так зачитывалась этой книгой. С её вдумчивой и нежной личностью эту книгу нельзя было не любить.

Князь Лев Николаевич Мышкин понравился мне с первой сцены; да что там, благодаря ему я просто влюбилась в роман! Легко понять, почему он был столь популярен среди дам (князь, а не роман): внимательный и проницательный, не жадный, не злой, очень мягкий и чуткий, воплощение идеального сострадания и любви ко всему живому. К сожалению, что полтора века назад, что сейчас — так же легко понять, почему его клеймили идиотом.
Но опять же — его наивность в социальных вопросах проистекала от неопытности, а не от глупости. Лев был умён и наблюдателен, он обладал каким-то особенным взглядом, словно видел чужие души до донышка — всё доброе и злое, всё болезненное тайно и явно, — и мог подсветить в человеке самые светлые его черты. Он всегда смотрел на людей прямо, долго, не отворачиваясь — не торопясь вынести суждение и навесить ярлык, чтобы побыстрее извлечь какую-то пользу. И поэтому он лучше многих понимал, что за люди его окружают. Меня поразил как раз этот его взгляд, почти пророческий по желанию автора: встретив кого-то вживую, он подмечал малейшие микровыражения; глядя на портрет, мог по выражению глаз понять про человека самое главное; поговорив со случайным встречным час или около того, он уже мог предсказать всю его дальнейшую жизнь, страдания и погибель. И всё же он был слишком добр — как для тех времён, так и для наших.
Честно говоря, из-за такого его характера читать роман было трудно — я очень боялась за его судьбу. Но в то же время книга так хорошо написана, такая цельная и внутренне гармоничная, что я всё равно прочитала (и прослушала) её на одном дыхании. А теперь осталась с сумбурными впечатлениями, из которых надо как-то составить вразумительный отзыв. Но даже когда отзыв напишется (так или иначе он напишется), я ещё долго буду перелистывать книгу и переваривать историю. Уж слишком она хороша.

Во-первых, у романа очень динамичная композиция. Я назвала его лучшим любовным романом в своей жизни и считаю это комплиментом, потому что у хороших любовных романов есть одно несомненное преимущество: страсти-любови в них развиваются так динамично, что от таких книг невозможно оторваться. Но, на самом деле, хотя в «Идиоте» есть любовный треугольник (точнее, многоугольник), это, конечно, не типичный роман о любви. Потому что любовь здесь рассматривается скорее на человеческом уровне, чем на уровне личной страсти. Тот же Мышкин не столько влюбился в Настасью подобно мальчишке, сколько увидел её душу и по-человечески сострадал ей (если в кого и влюбился без оглядки, то скорее в… а впрочем, читайте сами). Та же Настасья, хотя и желала обычной любви между мужчиной и женщиной, хотя и ревновала, хотя и поддавалась эмоциям, но к князю относилась с почтением — пиететом, как сказали бы раньше, — т.е. чуть ли не боготворила его. Во всяком случае, такое у меня осталось впечатление в конце. И только Рогожин любил девушку страстно, как это и полагается любовному сопернику главного героя.

И всё же, всё же в книге слишком много глубоких мыслей о сути человеческой природы и тайнах души, чтобы её можно было отнести к любовным романам. Это шедевр, в котором столько всего, что буквально вызывает мурашки по коже, когда это осознаёшь… И это моё «во-вторых».

Например, фигуры Рогожина и Мышкина с начала романа и до конца находятся в удивительном равновесии. Если бы не название, которое делает лишь второго из них явным главным героем, я бы сказала, что оба молодых человека — это ин и янь всего романа, чёрное и белое, зло и добро, тьма и свет. (Закрадывается крамольная мысль, то не так уж и нужна была в сюжете Настасья, без неё роман заиграл бы уникальными красками, упав на новую глубину). Оба они не могли друг без друга (во всяком случае, ближе к финалу связь между ними стала неразрывной), но оба никогда не смогли бы сравняться, сблизиться до похожести, прийти к единому мнению. Обычно в таких случаях пишут, что они не смогли бы поладить, но с Мышкиным невозможно «не поладить», он всегда в силах проявить понимание, уступить, смягчить ситуацию. За что и страдает. Просто Рогожин — демон во плоти.
(Кажется, особая мышкинская мягкость, особая нерешительность и приводят к той драме, что развернулась между ним и прочими «углами» любовного многоугольника. Ах, если бы только он мог решиться на что-то одно конкретное, если бы мог следовать этому одному, отказавшись или отпустив всё прочее… Впрочем, бессмысленно ненавидеть железо за то, что оно не стало сталью, как говорят китайцы).
Мне было интереснее наблюдать за тем, как Лев взаимодействует с Парфёном, чем за его чувствами к Настасье и Аглае (это конкурентка Настасьи за любовь князя Мышкина, младшая дочь Епанчиных, которую ему тоже прочили в жёны). Любовные чувства как будто низводили его с пьедестала божественной доброты до человека земного — обыкновенного мужчины, который может любить и страдать, хотя в начале романа он сам говорил, дескать, я же болен, мне нельзя, барин, жениться. В то время как отношения с остальными персонажами снова возвышали его.
Тут, наверное, самое время рассказать про интересный факт, который я узнала, дочитав роман и ресёрча контекст написания. Оказывается, в первых черновиках и заметках Достоевский называл главного героя не иначе как «князем Христом» — считая того образчиком добродетельного и прекрасно-доброго человека. Эта идея открыла мне глаза на множество христианских коннотаций в книге, которые я только чувствовала, но не называла: противостояние добра и зла — т.е. ангельски доброй души Мышкина и демонически тёмной личности Рогожина; любовь князя Мышкина ко всякой твари земной и его бескорыстность, за что его частенько обзывали идиотом… Подумалось даже, вот каково было бы Христу, если бы он вернулся… Впрочем, многие вещи и поступки делают князя очень земным и настоящим, да и нет в книге никаких религиозных внушений, так что я даже не осознавала, на кого он похож, пока не узнала этот интересный факт. Изначально я больше думала про других добрых и презираемых большинством героев — вроде Дон Кихота, только моложе в два раза. Наверное, Дос просто не нашёл лучшего образца для подражания в человеческой истории, да и противопоставление Света и Тьмы в душах для западной литературы неизбежно будет подпитываться библейскими аллюзиями.

Лично мне в князе нравится не сострадание, а его проницательность — словно он видел людей насквозь, — и осознанный выбор обращать внимание на положительно нравственные черты — он мог видеть всё, но выбирал видеть хорошее. (Правда, язык с трудом поворачивается называть, например, страдания «чем-то хорошим», но идею вы уловили).

Не только с Рогожиным, Мышкин и с другими вёл себя интересно. Точнее, они — себя — с ним. Взять вот хоть Ганю Иволгина: представьте себе большого, но тихого и добродушного сенбернара с понимающими глазами, который лежит себе в зале у камина и думает о высоком — а напротив него в истеричном лае заходится маленький, лупоглазый чихуахуа. Думаю, не надо объяснять, ху из ху, даже если вы роман пока не читали, да? Вот такие у них отношения. При этом я бы не хотела обидеть Ганю, потому что он мне даже немного нравится — как и всякая мелкая душонка, описанная Достоевским. Да, он деспот, да, он претенциозен, да, он гонится за деньгами, эдакий маленький меркантильный стяжатель, и да, он сам себе отчёта не отдаёт в том, насколько мелкая у него душонка… Но разве он не милый с этими его подпрыгиваниями от ненависти к падшей женщине (его заставляли жениться на Настасье, чтобы прикрыть её позор) и от любви к деньгам (что шли с ней в приданом)? А знаете, что меня поразило больше всего, когда я пересматривала заметки? Оказывается, князь Мышкин в первую встречу увидел Гаврилу как красивого молодого человека. Хм, ну да, чихуахуа тоже в каком-то роде бывают красивыми, но это тот случай, когда я сама себе придумала ассоциацию и теперь не могу её развидеть, чтобы увидеть реальный авторский замысел за ней.
Впрочем, не будем о мелочах, давайте вернёмся к великому заглавному герою с фамилией мелкого грызуна (кстати да, фамилии у персонажей тут говорящие).

Последний интересный факт, который я хотела бы осмыслить перед финалом, — это эпилептические припадки князя Мышкина, описанные автором с клинической достоверностью — а всё потому, что сам Достоевский страдал той же болезнью. Я что-то слышала об этом краем уха раньше, но была настолько погружена в «Идиота», настолько впечатлена яркими сценами припадков и эмоциональных колебаний князя Мышкина (да и психологизма прочих героев тоже), что до самого конца так об этом и не вспомнила. Только наткнувшись во время ресёрча на интересный ресурс (не знаю, откроется ли без вэпэена, но для любителей патологий будет интересно, а для любителей патологий в литературе — переходите сразу к концу статьи), я осознала всю очевидность этой связи. Теперь мне интересно, как много себя автор вложил в героя — но я вернусь к этим размышлениям в далёком будущем, когда прочитаю что-нибудь документально-биографическое про Достоевского.

Не передать моих чувств, когда книга была дочитана. Моя душа словно унеслась в рай, хотя финал у романа, очевидно, трагический. Это и есть тот самый катарсис, о котором говорили древние греки — когда душа очищается, сопереживая страданиям выдуманных героев, а потом освобождаясь от них. Во время чтения я глубоко вовлеклась в эмоции героев, поэтому не могла не думать, а что бы я сделала иначе на их месте, чтобы как можно больше людей могли стать счастливыми, — но, дочитав, поняла, что всё происходило именно так, как должно было, закономерно, неизбежно — и да, несчастливо. Такова жизнь. Доброго человека она может сломать, если он не будет защищаться от опасностей внешнего мира; злого — довести до греха и низвергнуть в ад на земле; и так сломленного и отчаявшегося — растоптать; полного надежд — лишить всего.
Так почему же у меня чувство, будто я читала не типично мрачного Достоевского, а что-то светлое и прекрасное? Наверное, потому что с начала и до конца книга была пропитана светлой нежностью к своим героям, словно я сама ненадолго стала таким идиотом, который видит в людях только хорошее, безмерно любит их и сострадает во всём.

Немало интересовало Достоевского и исследование внутреннего мира персонажей, что даёт основание относить «Идиот» к такому виду романа как психологический.

Одной из главных тем в произведении является корыстолюбие. То есть то, что заставляет совершать грустные поступки, изменять себе, клеветать друг друга.
Вторая тема - религия. Главным персонажем выступает князь Мышкин. Автор наделил его средством спасителя. Милосердие, сострадание к ближнему, умение прощать – этому учатся у Мышкина и другие герои: Варя, Аглая, Елизавета Прокофьевна. Последней является любовь. Любовь христианская, помощь ближнему, семейная, дружеская, романтическая, страстная.

Федор Михайлович Достоевский старался показать разложение русского общества в слоях интеллигенции. В этих кругах наблюдается духовный упадок, филистерство, супружеские измены, и двойная жизнь — практически норма. Достоевский стремился создать «прекрасного человека», который мог бы показать, что и в этом мире ещё живы доброта, справедливость и искренняя любовь. Такой миссией наделён князь Мышкин.

Трагедия романа заключается в том, человек, стремящийся видеть в современном ему мире только любовь и доброту, погибает в нем, будучи неприспособленным к жизни.

Князь Мышкин, который понимает решительно всех - понимает слова других героев, их высказывание, поступки, жесты, и так же их мотивы. Он понимает жизненные ситуации и их все возможные последствия. Как я поняла, Федор Михайлович Достоевский наделил Князя неким избытком видения и понимания.
Мышкин идет на встречу всем, а может и не всем
Ибо открытость такая. Он понимает, что человек как-то должен его понять не как нечто другое, а как именно есть. Для Князя мир полон смысла и, думаю, его стоит понять. Так же, как я поняла, он является возможным ответом на все вопросы других персонажей, что есть в книге.
Ганя Иволгин и Парфён Рогожин. Первый из них слабохарактерный, женственный, прельщенный деньгами молодой человек, который хочет выбиться в люди любой ценой, но все же испытает стыд за это. Он мечтает о статусе и уважении, но вынужден терпеть лишь унижения и неудачи. Богатый купец Рогожин одержим одной лишь страстью – владеть Настасьей Филипповной. Он упрям и готов на всё для достижения цели. Его не устроит никакой другой исход, но жизнь в страхе и сомнении, а любит ли она его, не сбежит ли, не для Рогожина. Потому их отношения заканчиваются трагедией.
Настасья Филипповна. Роковая красавица, чью истинную натуру угадал только князь Мышкин. Её можно считать жертвой, можно демоном, но больше всего в ней привлекает то, что роднит ее с самой Клеопатрой. И это не только покоряющая красота. Известен случай, когда египетская властительница растворила огромную жемчужину. Реминисценцией этого поступка в романе является эпизод, где Настасья Филипповна бросает в камин сто тысяч рублей. Прототипом героини считается Аполлинария Суслова, возлюбленная Достоевского. Она испытывает презрение к деньгам, ведь за них купили ее позор. Бедную девушку соблазнил богатый господин, но он стал тяготиться своим грехом, поэтому пытался сделать из содержанки порядочную женщину, купив ей жениха – Ганина.
Образ Настасьи Барашковой оттеняет Аглая Епанчина, антипод и соперница. Эта девушка отличается от своих сестер и матери. В Мышкине она видит гораздо больше, чем чудаковатого глупца, и не все из родных могут разделить её взгляды. Аглая ждала человека, способного вывести её из закостенелой, загнивающей среды. Сначала таким спасителем она представляла князя, затем некоего поляка-революционера.

Ну что можно писать про такие вещи? Достоевский, Толстой. Ну не рецензию же право дело. Если только небольшую деталь, то, что зацепило.

Конечно, здесь снова сложные психические проблемы у женщины. То, что как всегда "истерия". Но явно ввиду насилия в детстве у Настасьи Филипповны, дело совсем не в ней. Долга терапия, таблетки, режим, медитации. И все могло бы быть иначе. Но в то время шансов не было совсем. Никакие разговоры, никакое спасение через доброту и принятие другого человека не могут излечить психическое заболевание. И нет никакой её вины в том, что она делала с окружающими её людьми. Только беды, страшные беды, навалившиеся на ребенка.

А вторая тема, которую я четко вижу и как ни странно, совсем не принимаю - это приближенность к Богу таких людей, как Мышкин. Точнее, за Бога я сказать ничего не могу. Но вот то, что внутри себя они явно не чувствуют благости и покоя - это точно. Ровно как и любой другой человек, принимающий близко к сердцу проблемы другого, Мышкин страдает и болеет. Никакими благими его делами не успокаивается душа его. И спасение конечно может быть в Раю, но точно не на земле.

И конечно вечный парад убогих Достоевского тоже не дает никакой надежды на радость и возможность счастья. Все неискренние, механические, низкие в разных проявлениях. И оттого несчастные. Кто-то ищет связей, кто-то денег, кто-то принятия. И никто не находит. Хотя мне кажется, тут важно учитывать авторский взгляд. Многие люди из описанных им могут быть счастливы. В своих пусть маленьких, но честных устремлениях. Ведь на самом деле нет ничего плохого в том, чтобы жить получше?

Ох, я крайне раздражена и безумно огорчена финалом истории. Вообще, с самого начала чтение не задалось. Я не люблю, когда в сюжете нет развития, когда в книге нет ничего, кроме разговоров. Я, безусловно, понимаю, что бесконечные разговоры очень важны для автора, для истории. В них отображаются его взгляды, он рассказывает о чем думает, что его страшит, свои переживания. Но так хотелось развития!
Четвертая часть самая богатая на события. И самая страшная! Ох, такого человека сломали! Аглая, Настасья Филипповна - зачем, ну зачем вы так с бедным князем Мышкиным? Ведь если так задуматься, он бы самым нормальным из всех персонажей. Он был самым искренним, он без выдумки, без хвастовства, искренне и открыто смотрел на все. Он не искал потайного смысла, не хитрил. И, к сожалению, Лев Николаевич совсем не оказался готов к обществу, где все совсем не так, как кажется на первый взгляд. Вот серьезно, он не сделал ни одного странного поступка, в отличие от всех других. Но идиотом почему-то был он.
«О времена! О нравы!»
Меня очень сильно задела за живое именно последняя четвертая часть. Прочитала совсем недавно, и до сих пор отдышаться не могу, ком в горле стоит. Как же несправедливо автор обошелся с князем!
Князь Мышкин прибыл в Россию девственно чистым, с незамутненным разумом ребенка. И оказавшись в обществе, мгновенно оказался втянут в вихрь событий, болезненных и низких нравом. И, конечно же, как белый лист, мгновенно попал под их действие, впитал в себя всю давящую атмосферу. Но при этом остался все также искренен и наивен. Кто может винить его в том, что он пожалел несчастную падшую женщину? Он хотел лишь спасти ее, а в итоге... А Агата со своим семейством? Дикая, несносная девчонка, которая сама не знала чего хотела. Ее маменька - истеричная и подвергнутая сиюминутным всплескам эмоций особа. Отец - бесхребетный, сестры - дурные. Да и вообще всё, абсолютно всё его окружение - вот что было тем самым "идиотом"! Почти все персонажи с придурью, куда им тягаться с князем, который просто был искренним.
Очень несправедливая история о том, что хочешь как лучше, а получается как всегда.

Василий Ливанов "Мой любимый клоун"

Для меня князь Лев Николаевич Мышкин - белая ворона, один среди большой "черной" массы людишек, как говорит Федор Михайлович, "обыкновенных людей"...

Идиот - название романа, которое, может и отталкивает нас, читателей, не каждый напрямую пожелает принять его к чтению.
Меня, например, всегда ретировали книги из цикла "... для чайников". У нас этот перевод названия серии еще божеский, а, вообще говоря, он должен бы был называться как будто "...для дураков". Ну мы же никогда не признаем себя дураками...

Вот и название романа Федора Михайловича Достоевского также меня повергало в сомнение. Ну, правда, зачем читать-то что-то про некоего идиота ;)
Мы с упоением стараемся читать книги о том, как стать богатыми, или здоровыми, или счастливым, ну, а зачем читать о каких-то там "идиотах"...

Но я, таки, решился взять этот томик Достоевского и открыть для себя этот роман. И... не ошибся, в чем я непомерно рад. Если уж начинаешь его читать, то оторваться уже невозможно!...

Достоевский - мастер событийных повествований. По пальцам можно, практически, пересчитатать количество полных дней, в которые втянут основной сюжет романа, однако все персонажи так глубоко раскрыты! Я очень люблю такие произведения. После того, как знакомишься с каждым персонажем, начинаешь дальше пытаться угадывать, как поступит тот или иной герой в тех или иных условиях, а как бы поступил я, быв на его месте.

Ф.М., просто играючись, раскрывает по очереди каждого, сначала князя Льва Николаевича едущего, в поезде в Петербург из Швейцарии.
За этот первый день приезда князя Мышкина в Петербург, мы знакомимся практически со всеми основными героями.

Не буду открывать завесу всех перипетий в жизни главных персонажей. Столько всего произойдет после этого первого насыщенного дня!
Слово "перипетии" подходит сюда очень точно. Не буду я вдаваться в сюжет и обсуждать героев.

Я остановлюсь только на пяти главных выводах из романа, которые я сделал сам для себя:

• Роман "Идиот" - действительно одно из самых величайших произведений русской классики, не побоюсь этих слов.
• Бывши человек очень религиозным, мне показалось, что Федор Михайлович с помощью этого романа решил показать,

• Думаю, что все же Ф.М. не считал свой роман неким нереалистическим повествованием.

• Основной вывод для меня - наличие надежды. Она - ЕСТЬ, есть всегда!!! Есть надежда на прощение, есть надежда на любовь, есть надежда на милосердие, есть надежда на завтра.
• После такого с опаской ожидаемого, но все же неожиданного финала понимаешь, что нам надо жить дальше, надо жить лучше и изменять себя в лучшую сторону! Нет, физическая и душевная красота не погибнут в этом современном мире!

  З.Ы. Упрямая вещь - статистика. Я, как математик, не смог пройти мимо и не посчитать, сколько же раз в романе "обыкновенные люди" называли князя "идиотом", а сколько раз - "не идиотом".

Ну а на последок я хочу закончить словами "белой вороны", князя Льва Николаевича Мышкина, считаю это за эпилог моих рассуждений:

Так вот ты какой идиот. Вот Вы какой, Достоевский (в этот момент я мысленно по-учительски задираю указательный палец выше лба). Почему я столько лет боялась этого милого старичка с бородой? Почему он мне казался таким (опять указательный палец вверх) сложным, что ли. Откуда этот стереотип. Мне всегда казалось, что Достоевский – удел созревших и очень взрослых людей. Что для его понимания надо очень усердно обдумывать каждую строчку. Да, прочла я его не быстро, но голова не закипела. Я наслаждалась его письмом. Он прочно занял почетное место в моем читательском сердце рядом с Толстым, Ремарком, Бальзаком и другими.
Как же мне хочется, чтобы роман назывался не «Идиот» а «Идиоты». Идиоты, не способные оценить по достоинству искренность и благородство, настоящее благородство, а не то, какое они приписывают себе. А Мышкин, настолько не испорченный обществом, любит, и любит чисто, всех и каждого. Любит без кота в мешке и камня за пазухой. Людям же настолько это дико, что они готовы приписать все это к лукавству и коварству. Никто не смог простить ему того, что он лучше их всех вместе взятых. Собственница Аглая слишком горда для такой любви. Настасья слишком больна умом для нее. А остальные просто не нуждаются в ней. Он был им интересен как диковинный зверек, не хватало клетки и таблички: «Руками не кормить – зацелует». Но когда зверек стал излагать верные, но не «правильные» мысли вслух, ах, каким он сразу стал идиотом. Если бы не наследство, ему бы было оказано в приемах. На него бы, презрительно оглядываясь, фыркали. Он попытался жить как все, но эта жизнь не для него.
Под конец у меня мелькнула мысль, что есть небольшое сходство с «Цветы для Элджернона». Лев Николаевич тоже был болен, как таковых людей не знал. Выздоровел – узнал, наверное, пожалел об этом и вернулся к истоку. Если ты не вырос в таком мире, не приспособился к нему с детства, потом очень трудно влиться в колею. Я не говорю, что надо становиться жадным и лицемерным, нет. Просто уметь жить в таком мире, принимать его таким, но оставаться собой.
В любимые.

Я была уверена, что книга мне понравится, но надеялась, что она полюбится мне больше, чем оно оказалось на самом деле. Все-таки эти бесконечные достоевские истерики очень портят все его произведения - интересные и чудесно написанные. Досадно даже.

Откуда он берет всех этих ненормальных? Ведь ни одного здорового человека в книге нет! Кроме самого "идиота"... Зачем все эти изверги мучали и расшатывали психику человека, насилу подлеченного?.. Почему эту чертову Настасью Филипповну не убили в первой части книги?!

Впечатлили многочисленные отступления, в частности об ожидаемой казни и мыслях на эшафоте - ведь это, я уверена, Достоевский описывал личные впечатления и ощущения. Жуткие. После этого ли он дал крен?.. Или изначально был таким?..

В общем, осталось мне еще прочесть "Бесов" и "Карамазовых", но я уже не надеюсь на дикий восторг.