«Она имела всё, чего желала, но порой ей казалось, что есть и другое, чего ей тоже захотелось бы, если бы она об этом узнала»
Эдит Уортон «Обычай страны»
Так уж вышло, что я подряд прочитала два великолепных романа с отрицательными, ну, или скажем, не совсем положительными главными героями — «Повитель» Анатолия Иванова и «Обычай страны» Эдит Уортон. И если у Иванова это социальная драма, в которой герой получает по заслугам, то роман Уортон это тончайшая комедия нравов высшего света США начала XX -го века c неочевидным финалом, как если бы Пушкин завершил «Сказку о рыбаке и рыбке» на моменте, когда старуха просит у рыбки стать царицею морскою и на этом финал — сиди и думай, чем ответит рыбка, то ли даст желаемое, то ли вернёт всё в начало, несмотря на то, что старуха уже столбовая дворянка и вроде как всё что душа пожелала имеет, но, есть одно но. Хочу быть владычицей морскою. Вот Уортон нас оставляет на этом моменте — вроде героиня её получила всё, что желала в начале романа, но, остаётся одно но. Она начинает хотеть невозможного, так как случайно узнала, что можно оказаться не просто в высшем свете и иметь много денег, но можно ещё быть женой посла. Хочу быть владычицей морскою. Уортон мастерски создаёт сложных, неоднозначных персонажей, за жизнью которых наблюдать чертовски интересно, такова, например, её Лили Барт из романа «В доме веселья». Такова и героиня этого романа — Ундина Спрэг. Дивное имя, согласитесь. Колдовское. Ундина. Она такая и есть. С одной стороны, очень недалёкая, ограниченная девушка со Среднего Запада, её не интересует ничего, кроме возможности войти в высшее общество, неограниченно сорить деньгами, а ещё, чтобы о ней постоянно говорили и восхищались, хотя сама она не интересуется ни искусством, ни литературой, ни людьми и их историями, ни нравами и порядками высшего общества до такой степени, что первое впечатление от её красоты и восхищения ею, сменяется скукой общения, потому как с ней не о чем вообще разговаривать. С другой стороны, её напор, сила воли и самоуверенность, несмотря на очевидную глупость, сила её характера, умение филигранно манипулировать окружающими, переданы Уортон так мастерски, что невольно восхищаешься её стремлением и хваткой. Такая пробьётся. И не подавится никем.
Этот противоречивый образ как раз и делает роман Уортон тончайшей комедией нравов, когда одна проворная девица, умело манипулирует взрослыми мужчинами из высшего общества, что они в итоге получают от отношений с ней , это уже их проблемы, но никак не Ундины, как у Пушкина: Ах, обмануть меня не трудно!.. Я сам обманываться рад!
Когда обедневший аристократ Ральф Марвелл очаровывается до такой степени, что не слушая никого, женится на девушке из провинции Ундине Спрэгг, а затем попадает в её жернова: хочу больше и больше, ах, ты не можешь заработать денег для моего досуга, да ты бездельник и не достоин быть моим мужем, если не можешь обеспечить все мои хотелки, да ты вообще не аристократ — то в какой-то момент его сначала становится жаль, а затем, когда ты понимаешь, что он ведет себя как тряпка и давно бы уже Ундине надо объяснить и положение семьи в высшем свете, и что её поведение непристойно, но он всё терпит, в этот момент начинаешь испытывать брезгливость к нему и разочарование. И в финале их отношений, в момент борьбы за ребёнка, когда Моффат даёт Ральфу информацию, способную сломить Ундину, оставить сына с отцом, которого он бесконечно любит, в отличие от матери, которой ребёнок нужен для следующей манипуляции — для её нового замужества с французским аристократом. Что делает Ральф? Думаете он борется за ребёнка, зная, что матери он не нужен? Нет. Он смиряется. Случается трагедия. А Ундина идёт дальше по трупам новых своих жертв. Так кто виноват: Ундина, имеющая смелость манипулировать и использовать все рычаги для достижения своих целей или слабохарактерная аристократия, не способная дать отпор недалёкой выскочке. В чём гордость обедневших аристократов, если они не могут защитить себя и своих родных от расчета одной провинциалки, решившей войти в это общество? Уортон предлагает поразмышлять над этим не простым вопросом.
Что нужно самой Ундине? Вообще поразительно насколько глупой её выписывает Уортон, когда описывает ожидание Ундины от высшего света (например, что аристократы Нью-Йорка пишут письма только на цветной бумаге, а на деле они используют обычную белую; или её открытие, что досуг аристократов уныл и скучен — деревня, замки, охота, походы в театр на скучные постановки, вместо её представлений о веселье высшего света) с реальностью аристократической жизни и обычаев, что для них ценностью являются вещи, которые для самой Ундины имеют значение только как источник дохода для развлечений. Тем ироничнее в романе становится момент продажи гобеленов Моффату, которые аристократы сначала отказывались продавать, мотивируя это тем, что они гордость семьи де Шеллю. Но глупость Ундины не только в её ограниченности, не способности вести светские беседы, глупость её в неспособности довольствоваться тем, что она имеет, не способности жить по средствам — она сначала фактически разоряет Ральфа, затем отца в бесконечной погоне за нарядами и развлечениями, которые, на её взгляд, имеют отношение к высшему свету. Её неспособность правильно оценивать высшее общество, не понимание их обычаев, их стремлений. Тут я вспомнила любимый роман Феллоуза «Снобы», в котором героиня Элен это такой оммаж Ундине — блестяще! Люблю, когда один любимый роман так отражается в другом и словно бы перекликается. Но при этом, пока читаешь, восхищаешься всё равно способностью Ундины к умению манипулировать, но одновременно с этим, она вызывает и чувство омерзения. Потрясающий персонаж.
Один из ключевых моментов романа Уортон — это развод. Но и в этом вопросе автор использует иронию на примере первого брака Ундины (самого первого брака!), когда, в сущности, развод, как и брак, ничего не стоит, потому что условности, не скреплённые чувством, ничего не стоят. И по факту самым крепким и правильным оказался как раз тот брак, который Ундина заключила в порыве чувств, несмотря на положение её первого мужа, его финансовых возможностей, ну потом-то всё стало как надо, но в самом начале, ничего не имело значение, кроме её чувств. Роман был опубликован в 1913 году, в момент, когда Уортон сама была в процессе развода и в этом же году она навсегда покинула США — до конца своих дней она прожила во Франции. Её могила находится на кладбище Гонар в Версале. То есть, её Ундина, это та женщина, которая, с одной стороны, боролась за то, чтобы быть собой и жить как ей хотелось, да, в праздности и веселье, не обремененная заботой о ребенке, но в тоже время ещё не на том уровне, чтобы самостоятельно отвечать за себя. Между содержанкой и свободной женщиной. Было интересно следить за манипуляциями Ундины и размышлять о том, получит она в итоге по заслугам, чем закончится этот бег с препятствием. Чем закончатся два её брака. Что вообще значит развод в обществе. Пойдёт ли она в третий? Мне понравилось, как закончился роман. Идеально.
В романе Уортон, по сути, нет ни одного положительно персонажа, хотя мой любимый — Моффат. Он честен. Единственный в романе. Тот случай, когда внешность обманчива и не имеет никакого значения. Он не играет ничью роль, кроме своей собственной. Он ставит по-крупному. Иногда выигрывает. Иногда проигрывает. Он даёт в руки Ундины способ бороться с Ральфом за сына. Но и Ральфу он даёт информацию, чтобы бороться за сына. Порядочность в данном вопросе становится фатальной. Что здорово обыгрывает в романе Уортон, с присущей ей безжалостной иронией, насмешкой. Хочешь бороться за ребёнка — борись по-настоящему, без соплей и слабости. Моффету нужна была его жена. Он её вернул. На своих условиях. Дав всем участникам истории ключи к борьбе. Но выиграл, кстати, тот, кто играл честно.
А «обычай страны» — это не желание мужчин делиться своими радостями и бедами с женщинами, с жёнами, не допуская их в свои проблемы, как в работе, так и в других сферах мужской жизни, создавая у женщин иллюзию благополучной жизни. Ставя между супругами стену. Моффат же с Ундиной вёл себя совершенно иначе. Уортон и хотела это положение изменить, поэтому и роман её получился такой ироничный, героиня её зависла между-между, когда мужчин не интересует её внутренняя жизнь, кроме блестящей и красивой обёртки, да и её не интересует как мужчина будет добывать ей средства для красивой и яркой жизни. Вот об этой проблеме блестящий роман Уортон. Но ещё и о нравах, о косности общества, когда не на публику можно и изменять, и обманывать — все закроют глаза. Но не смей выносить свои романы в публичное поле — станешь изгоем. Не смей желать войти в высшее общество. Изменяй, но не смей разводится. Обманывай, но не смей разводится. Это mauvais ton.
— А что, разве тому нет доказательств? Разве мужчина позволяет женщине разделять с ним настоящую жизнь? Насколько он полагается на ее суждения и помощь в серьезных делах? Взять, к примеру, Ральфа: говорите, ее траты заставляют его работать в поте лица. Однако проблема не в этом. Когда мужчина трудится в поте лица ради женщины – это нормально. Ненормально – ничего ей об этом не рассказывать.
— Рассказывать? Это Ундине-то? Да она умрет от скуки!
— Верно. Даже почувствует себя оскорбленной. Но почему? Потому что это противоречит обычаю страны. И кто в этом виноват? Опять мужчина. Я имею в виду не Ральфа, а весь его вид – homo sapiens, Americanus. Почему мы не научили женщин интересоваться нашей работой? Просто потому, что сами недостаточно интересуемся ими.