
Твоя работа - твой крест
Я довольно долго добиралась до этого романа. Знала, что вряд ли он произведёт тот же эффект ужаса, который производил на современников автора. Но у меня как обычно появился стимул в виде мюзикла и книжных активностей на сайте. Итак, я не буду распинаться про сюжет, он и так знаком тем, кто даже совсем не читал. Меня интересовало другое, как Мэри Шелли писала и что же такого происходило в их маленьком собрании, что породило такую жуткую историю, которая стала предметом отсылок многих современных книг, кинокартин и прочего. Ожидаемо, было не то что бы сильно страшно. Скорее было очень больно. Нет, были моменты, когда существо внушало опасения даже мне и нагоняло жути своим появлением в окнах. Но всё равно желание напугать читателя даже по тем временам кажется мне не ведущим. Основной мотив посягательство человека на место Бога. Не просто создателя машин и вещей своего материального мира, а нечто большее. То, до чего ещё в 19 веке должно было быть страшно дотягиваться и постичь. Однако, дерзость Виктора не знает этих границ. Он дерзнул, как Икар, рвануть в небо. К несчастью для него, такие истории зачастую заканчиваются одинаково. И это уже не вопрос веры или неверия в высшие силы (а у героя получается мнить себя Богом и просить его помощи одновременно). Для меня самым важным осталось то, что Виктор не справился с самым главным в этом процессе - с ответственностью за свой опыт, за своё создание. Он не захотел нести своеобразный крест родительства. На протяжении всего романа он ненавидит своё создание. Причём в самой низкой форме - за его физическое уродство, а не за душевные качества. Впрочем, вопросы что он создал, человек ли это и как ему жить в этом мире, кажутся мне для Виктора совершенно несущественными. И это показывает всю его несостоятельность как учёного при всём богатстве ума. В случае с существом можно говорить буквально о невинном создании, ничего не знающем о мире, которого выкинули на произвол судьбы. И Виктор не хочет признавать своей вины. До самого последнего момента он не чувствует себя виноватым перед своим созданием. Да, жалеет, что выпустил этого джинна из бутылки, но не более того. Я весь роман сопереживала существу. И некоторым побочным героям вроде друга Виктора Анри, семьи, у которой по сути существо научилось всему, чему его должен был научить Франкенштейн. В процессе чтения невольно проводила параллели со Странной историей доктора Джекила и мистера Хайда Стивенсона. Но там герой действительно испытывал все виды мучений от своего создания и пытался с ним бороться. Но гораздо сложнее побороть то, что сделано совсем иначе. Но тот же Анри напоминал мне Аттерсона и это примеры настоящей дружбы до самого конца.








