Journal d'Hirondelle

Подбираясь к произведениям Амели Нотомб, всегда ловлю себя на причудливом сравнении. Словно пробуешь незнакомый плод экзотического дерева, неосознанно настраиваешься на привычные тактильные и вкусовые ощущения, закрывая глаза, медленно вдыхаешь нектарный запах, трепеща, вонзаешь зубы в мягкую плоть, и… сладкая оболочка с хрустом растекается во рту горьковато-кислой странностью. Но именно в ней, той самой поражающей игре ощущений и таится корень моей любви к Амели. Вкус всегда абсурдно неповторим. История звучит от первого лица. Безымянный молодой человек (пусть именуется таким), после невыносимых мук несчастной любви, старательно пытается стать бесчувственным, инертным ко всему, внушающему глубинную вибрацию болезненных душевных струн. Тщательно стерев границы острых углов восприятия, безымянный оказывается в диком положении человека, лишённого возможности удовольствий. Обоняние, вкус, осязание и секс перестали волновать его и упростили жизнь до существования. Отчаяние заставило безымянного искать новые оттенки ощущений, отбрасывая оковы из морали, боли и страха. Ремесло наёмного убийцы привлекает его помрачённый рассудок сладкой остротой запретного сексуального удовольствия… Пока в кровавый уголок его мрачных извращений не попадает хрупкая, нежная, трогательная в своём безумии, девушка… ласточка. С жадностью овладев её дневником, безымянный находит источник очищающей любви в примиряющей смерти. Он одержим дневником мёртвой ласточки, но последняя заставит касаться, ласкать, желать, любить себя словесно, посмертно, навечно… О, эта книга – отвратительный коктейль яркого безумия. Произведение небольшое, но богатое на извращённые эмоции, сумасшедшие мысли и мерзкие поступки. Это жутко. Абсолютно больной рассудок с появлением девушки-ласточки приобретает двуглавый лик. Полностью потерянный безымянный находит свои мнимые призвания, обозначенные произвольными именами, которыми коронует своё нездоровое «Я». Он – необузданный и всемогущий Урбан, жестокий киллер. И чужд разврату и порокам Иннокентий – тоже он. На самом деле, это лишь образы необъятного и безымянного сумасшествия. Наблюдать за сюжетом было довольно интересно, хоть и достаточно мерзко. Но не в этом ли сила притягательности «Дневника ласточки»?

Стоит сказать, что «Дневник Ласточки» далеко не всем может прийтись по вкусу.

Сама концепция произведения представляет собой некую исповедь безымянного киллера-убийцы. Почему безымянного? Нотомб дает ему совершенно другие имена, но настоящего так и не упоминает, как и его возраст, тоже самое касается и жертв нашего главного героя.

Сплошной поток сознания, включающий в себя рассуждения, абсолютно, на все темы, которые волнуют нашего героя и назвать глупым или каким-то странным его нельзя. Если только получения оргазма от убийств ... ну знаете ли, тут как кто хочет, так и развлекается. Его речи пышат пафосом. Герой вроде бы вначале пытается стать равнодушным к окружающему миру. Несчастная любовь сломала парня, представляете, какой он хрупкий оказался. И вот вроде бы у него всё получается, но тут же он снова встает на прежний путь. И этот путь вновь меняет подсознание и мысли героя, происходит закольцовка его чувств, которые он подавил. Словно, какая-то двойственность и расщепление самой личности героя.

Почитала после прочтения отзывы и многие нашли в исповеди героя - омерзительность ... Очень интересно, насколько тонкие душевные организации такое читали, что при слове «член» и подобному, им стало мерзко ...

Финал, как по мне оказался более чем открытым, главная загадка так и осталась загадкой, Нотомб просто вручила читателю в руки свое произведение - разбирайте как хотите. А подтекстов, на самом деле, очень много - тайна того самого дневника жертвы, какие силы он придавал герою, ассоциации героя по отношению к жертве и сравнение своей жизни до/после.

Вообщем, как по мне, очень двоякое произведение, оно может как понравиться, так совершенно не попасть под ваши вкусовые предпочтения.