Цитаты из книги Кэрри

I wish I could write you a melody so plain That would save you, dear lady, from going insane That would ease you and cool you and cease your pain Of your useless and pointless knowledge.

Ведь на лучше других понимала, что такое покаяние, - понимала всю сознательную жизнь.

It would be uplifting if we could believe that adolescent human nature is capable of salvaging the pride and self-image of the low bird in the pecking order with such a gesture <...> but we know better. The low bird is not picked tenderly out of the dust by its fellows; rather, it is dispatched quickly and without mercy.

Love? Infatuation? Doesn't matter results are the same.

Она вдруг успокоилась. Душа ее познала покой, как будто ее расправили и отгладили утюгом.

Но ведь почти никто так и не осознает, что действительно делает кому-то больно. Люди не становятся лучше — только умнее. Они не перестают отрывать мухам крылышки, а лишь придумывают себе гораздо более убедительные оправдания.

Она знала, что достойна (чего) другого места. Да, она немного полновата в талии, но иногда ей становилось так паршиво, одиноко и тоскливо, что единственным способом заполнить эту зияющую заунывную пустоту было есть, есть и есть.

От воспоминания не уйти – как от месячных.

Дети не осознают что причиняют кому-то боль

Да, очарование — только не божественное, а скорее языческое.

— Не волнуйся, — сказал Томми. — Ты сейчас как Галатея.
— Кто?
— Галатея. Мы проходили это у мистера Иверса. Она превратилась в такую прекрасную женщину, что её никто не узнал.
Кэрри на секунду задумалась.
— Я хочу, чтобы меня узнали — сказала она.
— Ещё бы. Пойдём.

Кэрри порой чувствовала себя так, словно она в каком то чужом теле и заставляет его бежать, бежать, бежать — самой вроде бы расплачиваться не приедется, плохо будет тому другому человеку.

Этого просто не может быть: в глазах её сверстниц она уже никогда не будет той же самой благополучной "золотой девочкой". Она совершенно опасный, неуправляемый поступок — сняла маску и обновила лицо.