More Than Human

Очень странное произведение, то ли язык повествования тяжелый, то ли сама история, но пробираться через текст было сложно и муторно почти всю первую часть. Читая, не понимаешь, что происходит, но и не испытываешь особого интереса узнать. Бывают ведь такие книги, где творится что-то загадочное и хочется поскорее разобраться, добраться до сути. Так вот эта история для меня такой не оказалась. Возможно, не моя книга и не мой автор. Впечатления остались не из приятных.

История долго раскачивается. В начале мы знакомимся с некто, не то человеком, не то зверем, не то мужчиной, не то ребенком. Его все считают идиотом, хотя он больше похож на душевно больного. Он скрывается, живет сам по себе. Кого-то пугает, у кого-то вызывает жалость. Обладатель жуткого тяжелого взгляда для обычных людей.

Затем нас знакомят с другими героями книги. Двумя сестрами, живущими с неадекватным отцом. Читать об этом было жутко, вообще от всех историй остается липкое неприятно чувство, словно тебя окунули во что-то склизкое, сумрачное и тяжелое, от чего ты хочешь отмыться и поскорее выбраться на свободу.

Поначалу не очень понятна вставка истории про эту семейку отшельников, но связь с остальными героями нам покажут позже.

Затем мы встречаемся ещё с несколькими героями с разными способностями: близняшками, умеющими исчезать, девочкой, способной быть голосом других, младенцем-гением, выглядящем, как выродившееся существо, мальчиком, о котором поначалу ничего не ясно, какими силами он обладает. Все они образуют своеобразную компанию и вместе способны выживать. Это и есть некий Homo Gestalt, существо над человеком, объединение необычных детей.

Возможно, сама идея чего-то, что было бы больше, чем люди и любопытна, но книга мне не понравилась. Она вышла тягомотной, тяжелой, оставляющей осадок и непонимание происходящего.

Старджон - один из малоизвестных динозавров фантастики, до последнего времени его имени я даже не слышала.

Он был современником Артура Кларка , Брэдбери , Азимова , Воннегута . Последние два возможно признавали его влияние на свое творчества (Википедия требует больше ссылок). Я же о нем узнала благодаря рекомендации Урсулы Ле Гуин .

Когда он писал, жанр только формировался, и сегодня нам может показаться, что он не соблюдает его законов, но законов на тот момент не было. И это давало авторам свободу. Наверное поэтому, все вышеперечисленные авторы так не похожи друг на друга, ведь они не являлись друг для друга ни каноном, ни матчастью.

Поэтому его работы своеобразны. Из данного сборника я прочитала собственно сам роман «Больше чем люди» о людях со сверхспособностями и роман «Венера плюс Икс», который на первый взгляд кажется социальной фантастикой, но я все-таки думаю, что эта работа о другом.

Больше чем люди - очень добротная работа, действительно оригинальная. Читать ее - все равно, что смотреть артхаусное кино, то есть ты понимаешь (в основном), что происходит, но понятия не имеешь, что будет в следующем кадре и куда пойдет сюжет. Это невероятно круто. Кроме того, присутствует нехронологическое повествование, что немного усложняет книгу, но я только за.

Венера плюс Икс на порядок слабее. Она состоит из двух параллельных историй, и мне ужасно стыдно, но я вообще не поняла, как они связаны. Ясно, что связующее звено - это гендерный вопрос, но понять глубже мне не удалось, я все ждала, когда автор переключится на другую сюжетную линию. Но я благодарна этой книге за то, что в свое время она попала в руки Урсуле Ле Гуин, и та создала «Левая рука Тьмы» Урсула Ле Гуин - выдающееся произведение социальной и гендерной фантастики.

Данную книгу я бы порекомендовала любителям олдскульной фантастики и тем, кому охото чего-то нетривиального и экзотического.

Путешествия к звездам - не единственная тема, которая волновала фантастов Золотого Века. Кэмпбелловский Astounding был в 50-е рупором для высказываний в области дианетики и развития технологий в будущем. Слава богу, было разнообразие в периодике, была нешуточная конкуренция за читателей. В частности, существовал такой журнал как Galaxy, руководимый в те времена Хорасом Леонардом Голдом. Galaxy не стеснялся обращаться к произведениям на парапсихологические темы, тем более, что они интересовали читателей во все времена. В 1952 году Голд дал слово Старджону, пока что в виде отрывков. В 1953 году "Больше, чем человек" был собран в fixup и издан уже полностью.

Итак, мутации, сверхчеловек, коллективный разум, телепатия, телепортация, пути эволюции Homo sapiens. Биологические знания того времени были скудны. Слово "мутация" само по себе еще носило оттенок научной фантастики. Главная идея произведения Старджона заключалась в том, что люди, наделенные парапсихологическими способностями, возникающими в процессе эволюции, могут объединяться в социально-биологические сообщества, шаг за шагом создавая коллективный разум, что-то, большее чем просто человек.

Теперь немного энтомологии. Грубо говоря, Старджон верил, что пчелиный улей - высшая форма развития насекомых, и проводил параллель с человеком. Правильно ли первое утверждение, и можно ли проводить параллель - хороший вопрос. Чисто эмоционально и инстинктивно мне это не очень нравится. Я бы даже употребил слово "отвратительно". Человеческий улей - высшая форма развития тоталитаризма. Данная оценка резко негативна, хотя допускаю, что не у всех слово "тоталитаризм" вызывает негативную реакцию. Фантасты, описывающие экстрасенсорное восприятие, как ступень эволюционного развития человека, часто допускали позитивную оценку того, что еще далеко не улей, но на пути к нему. Олаф Степлдон дал картину эволюционной неизбежности подобного пути в трансцендентной социальной гармонии в "Последние и первые люди: История близлежащего и далекого будущего" и "Создатель звезд". По поводу Степлдона не имею полного права высказываться, приветствую комментарии, может и ошибаюсь. Приведу также замечательную цитату из романа "Хризалиды" Джона Уиндема.

"Ведь мы — это улучшенный вариант, а мы еще только начинаемся. Мы способны думать коллективно и понимать друг друга так, как они никогда не могли; мы начинаем понимать, как собрать вместе и применить коллективный ум к разрешению какой-либо проблемы — вы отдаете себе отчет в том, что на нашем пути нет преград? Мы не заперты в отдельные клетки, из которых мы обращаем к миру только невыразительные слова. Раз мы понимаем друг друга, нам уже не нужны законы, для которых все живое — это одинаковые кирпичики. Нам и в голову не придет, что нужно стремиться к такому стандарту одинаковости, когда все люди, как монетки одной чеканки. Мы не пытаемся механически втиснуть себя в геометрические формы общества и политики. Мы не догматики, поучающие бога, каким он должен был создать мир. Основное качество жизни — это сам жизненный процесс, а основа жизненного процесса — это перемена; перемены — это эволюция. И мы составная часть этого. Статичность, враг перемен, является одновременно врагом жизни и, следовательно, нашим заклятым врагом…".

Хорошо сказал...

Постчеловек, каким ты будешь? Ты будешь напичкан наномеханизмами или покинешь материю, обретя чисто энергетическую форму? А может, не будет ничего, ибо ревущее от страха большинство будет немедленно уничтожать всех, кто вырвался вперед?

Я не зря упомянул и процитировал Уиндема. По силе впечатления, оказанного на меня в 1990-е, "Хризалиды" и "Больше, чем человек" примерно равны. Впечатление огромное. К счастью, оно никуда не делось при перечитывании в 2010-е. Есть большая разница в НФ-произведениях, заставляющих тебя напряженно следить за сюжетом ни на минуту не отрываясь, и в произведениях, периодически выпадающих из рук, когда глаза стекленеют и мысли далеко-далеко. Я больше люблю вторые. Не забывайте, что неизвестно еще, кто кого больше формирует: мы - читаемые книги или прочитанные книги нас. Я сам не без недостатков читателя-придатка, поэтому, видимо, отбросил Степлдона и "Конец детства" Артура Кларка. Последний роман, кстати, также близок к рассматриваемой теме.

Глаза стекленеют, мысли далеко - образ идиота, юродивого. Именно с идиотом вы встречаетесь сразу на страницах романа "Больше чем люди". А, простите, с чьей точки зрения он идиот? Да так, точка зрения лабораторной крысы, бегающей в лабиринте дом-работа, увязшей в ипотечном кредите и делающей прочие вещи, приличествующие параноиду-андроиду по терминологии группы Radiohead. В первую очередь надо чувствовать, что герои Старджона - дети, отверженные и изгнанные. Наклонясь над своим бессмысленно лопочущим новорожденным ребенком, мы больше всего хотим, чтоб он стал таким как всех, так как это наиболее безопасно. Не всегда получается, и есть вещи, которые от нас не зависят. Главное - не давать волю страху и гневу.

Я тут вспомнил разных замечательных актеров, которых чествовали после изображения настоящих или не настоящих сумасшедших в кинематографе. Например, Джека Николсона и Дастина Хоффмана. Приятное воспоминание... Теодор Старджон также предпринял попытку изобразить внутренний мир не такого, как все. Удалось блестяще, причем с разных точек зрения. Мне кажется, не обошлось без влияния модернизма (я еще могу понять, что это такое, в отличие от постмодернизма). Стиль и содержание романа Старджона вызвали во мне ассоциации с Фолкнером (начало "Шума и ярости").

Другое приятное качество романа заключается в относительной лаконичности и отсутствии разжевывания. Это качество особенно приятно по нынешним временам диктата издательств (точнее, взаимодействия издатель-покупатель) в плане большого тупого романа ни о чем. Он состоит из трех частей, каждая из которых предназначалась для журнальной публикации. Помните ли вы советскую фантастику 60-80-х, когда каждый рассказ/повесть, появляющихся в периодике или нечастых сборниках наподобие "Фантастика-85", являл собой фактически конспект всех будущих романов-епопей 90-х и 2000-х? Мы затрачивали немного своего драгоценного времени, держа в руках и читая эти сокровища, например, "День гнева" Севера Гансовского, а потом могли дальше себе тупо бороться за существование. Но в голове-то что было? Идеи! Вопросы! Наши ответы!

Изощренная стилистика не превращается у Старджона в самоцель, а служит подспорьем. Такого чувства, что меня дурят, как при чтении романа S.N.U.F.F. Пелевина, у меня не было...

Идиот или сверхчеловек? Безумец или гений? Извечные вопросы. Старджон дает много ответов, так обстоит дело и в реальности. Однозначных правильных оценок не бывает, вы ведь помните. Вернусь к "улью". Старджон формирует его посредством гештальт-психологии: "Одна часть добывает, другая рассчитывает, третья находит, четвертая говорит". В природе существует такая вещь как симбиоз - способ взаимно-полезного сосуществования двух видов. В человеческом обществе безо всякой парапсихологии частенько происходит коллективное объединение разумов. Плохо лишь, что в большинстве случаев это происходит под воздействием вышеупомянутых негативных чувств (страх и гнев), а последствия объединения разрушительны. Предположение Старджона несет основную идею гуманизма, как я ее понимаю: если человек получил такое сокровище как разум, то в его власти применять его если не для добра ВСЕХ людей (люди не сформировали общее понимание), то хотя бы против зла, которое вполне понятно для всех выражается в войнах, вообще насилии, вообще ограничении свободы. А еще разум - лучший помощник для выживания без подавления. Мы ведь умные, мы можем придумать, как идти по дороге без прослойки трупов между землей и нашими ногами. Но не хотим.

P.S. Роман "Больше, чем человек" я впервые прочитал в 8-м номере "Если" за 1994 год (Больше, чем люди). Журнал неоднократно печатал свежепереведенные вещи Старджона: "Дом с привидениями" в 1992'4, "Когда ты улыбаешься" в 1993'9, "Кейз и мечтатель" в 1996'5. Во второй половине 90-х и далее журнал в основном переключился на новинки русскоязычных и западных авторов. Если кто не в курсе, то с января 2013 года журнал больше не существует. Люди остались, конечно, но великий культурный НФ-брэнд "пал жертвой цифровой контрреволюции", как выразился один из почитателей на сайте Фантлаб.

СПАСИБО ВАМ, ЛЮДИ!!! Жду ваших новых проектов...

Сейчас буду плевать против ветра. Вот уже третий роман в этом месяце, который я давно хотел прочитать и возлагал определенные надежды, оказался умеренным (5/10) разочарованием. Это "Больше чем люди" Теодора Старджона. Здесь и сплошные положительные рецензии, и первый среди рекомендаций в "похожих" на фантлабе, самый мой любимый роман Уиндема " Куколки " (для меня они правда навсегда " Хризалиды "), и то что Старджон написал одно из самых лучших предисловий, к "Пиру потаенному" Фармера, идеально совпавшее с моим мнением об этом романе.

Так что я ожидал чего-то интересного, а получил фантастику "новой волны", с именно такой стилистикой изложения которая мне никогда не нравилась.

"Больше чем люди" действительно весьма похожи на "Хризалидов", но только с тем отличием, что у вторых я проникся/сочувствовал/верил почти каждому герою, а здесь ощущения колебались в пределах безразличия и даже легкого отвращения почти ко всем.
Больше всего мне понравилось начало, о встрече дурака с Эвелиной, Алишией и мистером Кью.

И напоследок, о обложках. Интересно, благодаря какому волшебному заклинанию в фотошопе, АСТ удается склепывать свои обложки так что любая, буквально любая другая выглядит предпочтительней?

Очень странная книга , да это социальная фантастика 1952 года выпуска , и наверное для тех лет это норм такие вот странные произведения . Называется больше чем люди , и я наверное ждала чего о сверхлюдях , настраиваясь наверное на книгу в жанре человека - невидимки или чего то похожего. Но меня ждала птица обломинго на протяжении всей книги..
Первое начинается все с парня которому 25 лет умом он зверь , ребенок , но он имеет дар один посмотрел людям в глаза и узнал что надо , ну думаю что вот сверх идиот. И видимо мы будем о нем читать. Настраиваемся на него , но потом у нас меняются кадры и все запутывается.

Книга Больше, чем люди — считается классикой фантастики и по мнению многочисленных читателей заслуживает всяческих похвал. А вот я не прониклась. На мой взгляд, книга страдает от нескольких проблем, которые ухудшают ее качество и читабельность.

Первая проблема — это несбалансированность трех частей книги. Каждая часть посвящена разным персонажам и событиям, которые связаны между собой только общей идеей Homo Gestalt. Однако связь эта не всегда очевидна и убедительна. Не плавные и неочевидные переходы между отдельными частями истории создают ощущение разрыва и отвлечения от главной темы книги. К тому же, каждая часть имеет разный тон и стиль, что также нарушает единство книги.

Вторая проблема — это неоднозначность концовки книги. В финале книги мы узнаем, что Homo Gestalt достигает нового уровня развития и становится "больше, чем люди". Однако автор не объясняет, что это значит и как происходит. Мы не знаем, что стало с персонажами, которые составляли Homo Gestalt. Они умерли или сохранили свою индивидуальность? Они остались на Земле или улетели в космос? Они стали друзьями или врагами для обычных людей? Эти вопросы остаются без ответа, что делает концовку незавершенной. Лично у меня открытый финал всегда оставляет ощущение, как будто часть книги просто выбросили.

Третья проблема — это нереалистичность некоторых элементов книги. Да, я согласна, кажется, что максимально глупо осуждать фантастику за нереалистичность. Возможно, здесь больше подойдет слово "необоснованность". Однако очень хотелось бы, чтобы события, идеи и явления были логичными и вероятными в рамках созданного автором мира. В книге Больше, чем люди я нашла несколько моментов, которые нарушают этот принцип. Я бы не выделяла этот пункт как минус, если бы не вот что: я очень сомневаюсь, что Морфей может превращаться в любое животное или человека, не теряя своей сущности и памяти. Даже в фэнтези эта идея выглядит сомнительной, а уж в НФ и подавно.

При всем вышесказанном, роман все же представляет определенный интерес. Там есть идеи, за которые можно зацепиться и порассуждать о смысле жизни и будущем человечества. Пусть мой отзыв, если вы его случайно прочитаете, не отобьет у вас охоту читать эту книгу, пусть даже и для того, чтобы лично убедиться, что она слишком переоценена.

Книга «Больше,чем люди» нечто большее,чем просто книга.Это такой могущественный симбиоз научной фантастики и психологии,что мозг во время чтения находится в постоянном круговороте событий и причинно-следственных связей,утопающих в витиеватых сюжетных линиях.Я просто поражена,что о таком ценном писателе как Теодор Старджон я узнала только в 2017 году,не имея ни малейшего понятия о его писательских трудах.Хотя я в какой-то мере даже рада тому факту,что о нем не кричат на каждому шагу,такие книги следует находить как алмазы в шахтах,и затем лелеять и держать у себя как можно дольше.
⠀
Книга о необычных людях начинается с истории молодого юноши,которому автор даёт прямо таки кричащее прозвище - Идиот,в дальнейшем же читатель будет знать его под именем Лоун/Дин.Парень к своим 25 годам ничего не знает и живёт по типу дикого животного,обособлено ото всех,не проявляя никаких чувств и не имея речевых навыков к общению.Но с ним не всё так просто,ведь он способен перенимать знания и навыки других людей,элементарно заглянув к тем в голову.Всё это происходит до тех пор,пока он не попадает в семью из двух человек,мужа и жены,которые на определённый срок становятся ему семьёй...Далее автор плавно переходит к историям и других сверх-людей,чьи жизненные ситуации и обстоятельства резонируют между собой.Дети в той или иной мере «больше,чем люди»,каждый из которых владеет необычными способностями,такими как телекинез,ясновидение,телепатия,взаимопроникновение на молекулярном уровне и телепортация.Эти дети — искалеченные,покинутые своими семьями и близкими души,одинокие,но в той же мере уникальные и могущественные,ведь их способности представляют потенциальную угрозу современному обществу.Вследствие непригодности к миру простых людей,дети объединяют свои силы и начинают жить вместе,защищая себя и оберегая от невзгод. В отличие от обычных хомосапиенсов,дети именуют себя как homo gestalt — целостный психический организм,где каждый ребёнок отвечает за определенную функцию,играя роль мозга,рук и т.д.
⠀
Но обретя вот такую необычную семью,став единым целым,будь готов к подвоху — один из детей настолько пресыщается своей силой и знаниями,что не знает куда уже девать весь этот нескончаемый поток энергии и информации,и очень стремительно начинает сходить с ума от тщеславия и собственного превосходства,ведь он жаждет большего...Но как бы сильно не хотелось превосходства над низшими организмами,этические нормы поведения и мораль всегда должны одерживать верх,чего бы это не стоило.
⠀
Книга понравилась настолько,что мозг просто закипает,словно механизм с множеством непрерывно вращающихся шестерёнок.Вот не могу устоять против добротной научной фантастики,тонко граничащей с человеческой психологией.Ко всему этому добавить ещё глубокомысленных рассуждений о нормах морали и этики — вуаля,шедевральная книга готова к растопке вашего мозга.Отдельной похвалы заслуживает переводчик,тут просто одни аплодисменты.

Представьте, что вы косточка в персике. Вы не знаете, что вы косточка. Вы не знаете, что вокруг вас персик. Вы просто существуете в своей темной, тесной оболочке и ждете. Чего - не знаете. Зачем - не понимаете. Но ждете с такой стальной терпеливостью, что само ожидание становится формой жизни. А потом кто-то берет этот персик, надкусывает мякоть - и свет бьет вам в лицо. И вы понимаете: вы никогда не были просто косточкой. Вы были семенем.

Вот так ощущается эта книга. Не как чтение, а как прорастание. Что-то внутри тебя, о чем ты не подозревал, просыпается, тянется вверх сквозь всю книгу и наконец ломает оболочку - и ты сидишь над последней страницей и думаешь: что это было и почему у меня мокрые глаза?

Теодор Старджон (1918–1985) - американский фантаст, которого при жизни называли "поэтом научной фантастики", и это, пожалуй, тот самый случай, когда подобное определение не является преувеличением. Человек с трагической биографией: отчим-садист, нищета, десятилетия непризнанности, тяжелейшие писательские блоки - периоды, когда он физически не мог написать ни слова. При этом - автор, которого боготворили Курт Воннегут и Рэй Брэдбери (!), а Сэмюэл Дилэни однажды сказал, что Старджон - лучший стилист, когда-либо работавший в жанре. Тот самый Старджон, который сформулировал знаменитый закон: "Девяносто процентов всего — дерьмо". За что я его лично неистово и яростно одобряю. Ирония в том, что его собственная проза, на мой взгляд, - неопровержимое доказательство существования оставшихся десяти процентов.

"Больше чем люди" вышла в 1953 году - в эпоху, когда фантастика стреляла из бластеров, летала на ракетах и с параноидальным восторгом описывала вторжения инопланетян. Старджон плевал на бластеры. Он писал о любви, одиночестве и о том, что значит быть отверженным. И написал, пожалуй, одновременно самый нежный и самый жестокий роман о сверхчеловеке в истории литературы.

Если коротко, книга о пятерых сломанных, выброшенных, никому не нужных существах, которые вместе становятся чем-то, чего мир еще не видел. Если длиннее (а длиннее придется, потому что простыми словами тут не обойдешься) - о рождении нового вида.

Дин - идиот, бродяга, существо без языка и без мысли, живущее на уровне зверя. Но внутри него "как косточка в персике, как желток в яйце" дремлет нечто, способное слышать безмолвные голоса детей. Джейни - пятилетняя девочка, владеющая телекинезом и языком, острым, как скальпель, которую родная мать ненавидит. Бони и Бини - чернокожие близняшки, умеющие телепортироваться, и которых пьяный отец-привратник лупит за то, что они снимают комбинезончики (которые, увы, не телепортируются вместе с ними). И Малыш - монголоидный младенец, которого Дин забирает с фермы у обезумевшего от горя старика, младенец, который оказывается супер-компьютером. Живым, безотказным, абсолютным супер-компьютером, способным сложить любые данные и выдать ответ.

Вместе они – гештальт, единый организм, где Дин - воля и голова, Джейни - голос и тело, чернокожие близнецы - руки и ноги, а Малыш - мозг. Порознь это отбросы, калеки и изгои, а вместе - нечто, от чего захватывает дух.

Роман логически поделен на три части, и каждая - отдельная вселенная.

Первая часть, "Фантастический идиот", - это генезис. Рождение гештальта из боли, голода и одиночества. Здесь Старджон пишет так, что физически ощущаешь ледяную воду ручья, в котором Дин подпиливает ржавую штакетину, чтобы пролезть через забор навстречу зову, который он даже не может назвать. Здесь есть одна из самых пронзительных сцен, что я читала в жизни: умирающая Эвелин - девушка, выросшая в клетке собственного отца-безумца, - спрашивает сестру, как называется то, что она чувствует. "Любовь", - отвечает Алисия. "Это не так плохо, — говорит Эвелин. — Я испытала ее". И умирает.

Вторая часть, "Малышу — три", - это, пожалуй, лучший текст о психотерапии, который я встречала в художественной литературе. Пятнадцатилетний Джерри - новая "голова" гештальта, сирота, преступник, телепат - приходит к психиатру, чтобы понять, почему он убил человека. И вся часть - это разговор, поединок, танец на кушетке и вокруг нее, в котором слой за слоем снимается кожа с того, что Джерри помнит и не помнит, хочет и боится хотеть. Старджон здесь показывает, что фантастика может быть камерной, интимной и при этом меня не покидало ощущение грандиозности. Один кабинет, два человека, и масштаб события - рождение сверхсущества.

И третья часть - "Мораль". Название, которое является ответом на вопрос, заданный в конце второй части. Потому что мало родиться сверхчеловеком. Надо еще стать им.

О чем книга на самом деле? "Больше чем люди" - это не сказочки в Марвел-стиле про телепатию, телекинез и телепортацию. Книга про то, что происходит, когда ты абсолютно, бесповоротно один - и вдруг перестаешь быть один. Про то, как одиночество ломает, а причастность - воскрешает. Каждый из этих пятерых несет в себе такой груз отверженности, что хватило бы на десять, да нет... на сотню романов Достоевского.

Дин - существо, которое за двадцать пять лет не произнесло ни слова и не знало, зачем существуют слова. Джейни - ребенок, от которого родная мать шарахается, как от чумы. Близнецы - малышки, которых бьет отец за то, что они просто есть. Малыш - младенец, которого собственная мать не пережила, а отец, увидев его, сошел с ума от горя. И Джерри - мальчик, которого пинали все, кто мог дотянуться.

Старджон делает невероятное: он берет этих пятерых - самых ненужных, самых одиноких, самых несчастных, самых выброшенных и говорит: вот из этого и рождается сверхчеловек. Не из силы, не из власти, не из совершенства, не из глянца, а из боли и из того, что после боли. Из потребности быть частью чего-то. Из тоски по принадлежности и общности.

И наконец я хочу сказать кое-что о финале и о единственном пункте, по которому мы со Старджоном расходимся. Расходимся принципиально, по-крупному, но это расхождение, как ни странно, делает книгу для меня еще ценнее и наполняет восторженным трепетом - потому что она еще заставляет меня дискутировать.

В финале книги Гештальт (сверхчеловек) обретает этику. Гип Бэрроуз - человек, обычный человек, семь лет прожигаемый ненавистью к этому существу - становится его совестью. И через эту совесть Гештальт обретает место в мироздании: он должен помогать человечеству, потому что человечество - его родитель. Он должен беречь людей, потому что из людей однажды родятся подобные ему, и он перестанет быть один.

Красиво. Мощно. Грандиозно. И - наивно. Потому что Старджон, при всей своей жестокости и честности, в этом единственном месте, на мой взгляд, соврал. Не себе - читателю. Он приписал человечеству ценность, которой у него нет. Человечество - не величественный поток, ведущий к звездам. Человечество - это паразит. Блестящий, изобретательный, невероятно живучий паразит, который жрет собственную планету, убивает себе подобных с энтузиазмом, не свойственным ни одному другому виду, и тратит большую часть своего коллективного интеллекта на то, чтобы придумать более эффективные способы уничтожения. И если сверхсущество, обладающее безграничными возможностями, первым делом решает помогать этому паразиту - ну, это, мягко говоря, сомнительная этика, на мой вкус.

Но вот в чем штука: даже этот мой спор с книгой - это доказательство её силы. Потому что плохая книга не вызывает споров. Посредственная книга не заставляет тебя формулировать собственную позицию. А книга, после которой ты сидишь на кухне и яростно, вслух, аргументируешь мирозданию, почему финал неправильный - это книга, которая тебя изменила.

За что хвалить (а хвалить хочется бесконечно)? За язык. Старджон пишет так, как не пишет никто. Каждая фраза - это не просто предложение, это физическое ощущение. Он описывает весну - и ты чувствуешь этот воздух, "сладкий и густой, который щекотал губы, и они раздвигались — он настаивал на своем". Он описывает голод - и у тебя сводит живот. Он описывает одиночество - и тебе становится холодно и пронзительно тоскливо. Это не проза, это сенсорный опыт какой то.

За интересную структуру. Три части, три голоса, три возраста одного и того же существа - и каждая часть написана по-своему. Первая - поэтическая, мифологическая, почти библейская. Вторая - жесткая, разговорная, с нервом. Третья - философская, тяжелая и восхитительно многогранная, как финальный аккорд симфонии. И все три - единое целое.

За персонажей. Каждый персонаж пронзительно живой. Даже тот, кто появляется на три страницы. Миссис Продд, которая выхаживает идиота, как собственного сына, и поет ему. Продд, который улыбается с разбитым сердцем, потому что жена умерла, а он так и не понял этого. Мисс Кью (Алисия), изломанная дочь безумного отца, которая танцует нагая на лужайке в память о мертвой сестре. Стерн - психиатр, который слушает так, как слушают немногие: не для того чтобы ответить, а для того чтобы услышать. Джерри - пятнадцатилетний монстр, который в последней сцене плачет и говорит: "Мне стыдно. Никто ещё не заставлял меня почувствовать стыд".

За главную идею. Это книга о том, что одиночество - не приговор, а промежуточная станция. Каждый изгой - это деталь, которая ищет свой механизм. В боли есть смысл, если она ведет к слиянию. И что эволюция, это не выживание сильнейших, а обретение целого из осколков.

За честность. Старджон не прячет жестокости. Здесь бьют детей кнутом. Здесь отец стреляет себе в рот на глазах у дочери. Здесь мать говорит четырехлетней дочери: "Дай-то бог", когда её спрашивают, что будет, если случится пожар. Здесь ребенок лежит ночью в парке и пытается перестать дышать. Но вся эта жестокость не ради шока. Она корневая система, из которой прорастает нежность. И когда Бони и Бини, две крошечные молчаливые девочки, находят Джейни ночью в кустах и прижимаются к ней, и она рыдает, обнимая их, - это бьет так, что не продохнуть, ощущая предательски мокреющие глаза.

Чтобы соблюсти свой ритуал, я попыталась найти, за что книгу можно было бы поругать, пусть даже это на первый взгляд кощунство. Не вышло. Серьезно, не вышло. Разве что тот самый финальный гимн человечеству, но это не недостаток книги, а наше с автором мировоззренческое расхождение, которое я нахожу для себя лично лишь вишенкой на торте. Старджон верил в людей. А я в людей не верю. Но он заставил меня пожалеть, что не верю. И это, пожалуй, больше, чем может сделать любая книга.

Итог: 10/10

Без колебаний. Без оговорок. Без скидок на жанр, эпоху или репутацию. Эта книга гениальна.

Старджон написал о том, что даже самое одинокое, самое сломанное существо во Вселенной может стать частью чего-то невообразимо прекрасного.

Все книги я читаю в порядке покупки. Когда дошла очередь до "Больше, чем люди", я держал в руках книгу и гадал, по какой причине я ее купил, потому что совсем не помнил мотивацию. Скорее всего, кто-то на каком-то перед выходом книги в октябре 2017 года радостно сообщил о хорошей новости, пошло обсуждение, и я поддался искушению. Тем более, что тема супергеройства на уровне 50-х годов прошлого века века интригует.
Супермен, правда, появился раньше, в 1938 году. А Теодор Старджон углубился не в развлекательную тему, а в глубоко внутреннюю, психологическую. В маленькой книге спрятаны 3 истории, которые являются как бы продолжением друг друга. Первая книга мне, наверное, понравилась и запомнилась больше всего. Сначала автор нам рассказывает о казалось бы о совсем не связанных друг с другом людях, точнее даже детях. Какой-то нищенствующий босяк пробирается в имение затворника, который содержит под замком двух своих дочерей. Происходит потасовка, в результате которой 2 человека погибают... В общем, довольно классическая ситуация, в которой ничего не понятно, но очень интересно.
А потом судьбы разных людей начинают переплетаться, формируя, кто бы мог подумать, некий единый разум. Один - это тело, второй - ноги, третий руки, четвертый - голова. По отдельности они обычные изгои, а вместе это суперсила космического уровня. В романе показан процесс становления сверхразума, взаимоотношение с обычными людьми, психология сверхчеловека.
И где-то после 50-ой страницы я стал думать, что роман стал уходить куда-то не туда. Совсем не этого я ожидал от него. Возможно, для 50-х годов это и был прорыв мысли, но сейчас мне было сложно понять, что автор закладывал в свое произведение. Наверное, иногда так люди и смотрят арт хаусное кино. Мол, это же гений, а кому не понятно, тот может смело переключать на КВН.
Идея Старджона напомнила мне японский мультфильм Вольтрон, в котором люди сначала садились в боевые машины и старались победить зло. А когда становилось трудно, машины соединялись в одного огромного робота, который уж точно мог уложить врага на лопатки. Для меня это сверхчеловек - это некий Вольтрон, только без физического соединения. В самом конце книги был интересный момент, когда зарвавшейся голове Вольтрона напоминают об истоках, что люди - не биомусор и к ним иногда нужно прислушиваться. Интересный момент.
Возможно мне не хватало какой-то методички о том, как читать книгу. На что или кого она повлияла, какие интересные секреты в ней зашифрованы. Я попытался поискать какие-то аналитические статьи, но ничего не нашел. Поэтому остается лишь верить тем рецензентам, которые ставят роману десятки, что это действительно эпохальное фантастическое произведение, которое почему-то читалось мне скучно. Хоть и слог у Старджона приятный, владеет текстом он хорошо.
"Больше, чем люди" - действительно о сверхлюдях, их понимании мира, их философии и отношении к людям. Но зачем я купил книгу. я так и не понял.