Что ты найдёшь в Петербурге? Ты думаешь, там тебе такое же житьё будет, как здесь? Э, мой друг! Бог знает, чего насмотришься и натерпишься: и холод, и голод, и нужду – всё перенесёшь. Злых людей везде много, а добрых не скоро найдёшь. А почёт – что в деревне, что в столице – всё тот же почёт. Как не увидишь петербургского житья, так и покажется тебе, живучи здесь, что ты первый в мире; и во всём так, мой милый!

"Все подвержены общему закону: всем отпущена ровная доля счастья и несчастья."

-Так Вы женитесь по расчету?
-С расчетом.

С твоими понятиями жизнь хороша там, в провинции, где ее не ведают, — там и не люди живут, а ангелы: вот Заезжалов — святой человек, тетушка твоя — возвышенная, чувствительная душа, Софья, я думаю, такая же дура, как и тетушка, да еще…

– Так вы меня очень любите? – спросила она, отирая слезу, выкатившуюся на щёку.
Александр сделал невыразимое движение плечами. На лице его было «преглупое выражение», сказал бы Пётр Иваныч, что, может быть, и правда, но зато сколько счастья в этом глупом выражении!

– Ужели есть горе на свете? – сказала Наденька, помолчав.
– Говорят, есть… – задумчиво отвечал Адуев, – да я не верю…

«О боже! когда переведётся этот народ? Как жаль, что от фальшивого взгляда на жизнь гибнет у нас много дарований в пустых, бесплодных мечтах, в напрасных стремлениях к тому, к чему они не призваны».»

- Мать пишет, что дала тебе тысячу рублей: этого мало, - сказал Петр Иваныч. - Вот один мой знакомый недавно приехал сюда, ему тоже надоело в деревне; он хочет пользоваться жизнию, так тот привез пятьдесясят тысяч и ежегодно будет получать по стольку же. Он точно будет пользоваться жизнию в Петербурге, а ты - нет! Ты не за тем приехал.

Тут он стал допытываться у самого себя: мог ли бы он быть администратором, каким-нибудь командиром эскадрона? мог ли бы довольствоваться семейной жизнью? и увидел, что ни то, ни другое, ни третье не удовлетворило бы его. Какой-то бесенок все шевелился в нем, все шептал ему, что это мелко для него, что ему бы летать выше... а где и как - он не мог решить. В авторстве он ошибся. "Что же делать, что начать?" - спрашивал он себя и не знал, что отвечать.

Хандришь, хандришь! Надо делом заниматься, тогда и людей бранить не станешь, не за что.

Первый вопрос, который задается человеку, как его зовут, второй - где он живет, адрес. Как мы уже знаем, это два древнейших вопроса, вопрос об идентификации и о месте.

Чудовищный вопрос - вопрос о будущем. Это, можно сказать, предел всех вопросов; в нем же больше всего и напряжения.

Мужа с женой связывают общие интересы, обстоятельства, одна судьба, - вот и живут вместе; а нет этого, так и расходятся, любят других - иной прежде, другой после: это называется изменой!.. А живучи вместе, живут потом привычкой, которая, скажу тебе на ухо, сильнее всякой любви.

матери не ожидают наград. Мать любит без толку и без разбору... Она сильнее прижимает к груди уродливое, неудавшееся чадо и молится еще долее и жарче.

Не с тех ли пор ты разлюбил Крылова, как увидел у него свой портрет?

"Любить - значит жить в идеальном мире..."

"А жена должна... не показывать вида, что понимает великую школу мужа, и завести маленькую свою..."

"О, нужна мудреная и тяжелая школа, и эта школа - умный и опытный мужчина..."

Ревность мучительнее всякой болезни, особенно ревность по подозрениям, без доказательств. Когда является доказательство, тогда конец и ревности, большею частию и самой любви....