Цитаты из книги 108 ударов колокола

Весне можно простить все, но зима – другое дело. Ее пропускают, как торопливого прохожего, в надежде, что тот поскорее пройдет. Январь, прошу тебя, беги! Будь попроворнее и ты, февраль!

Декабрь обещает холода, но сдерживают обещание январь и февраль. Терпеть капризы погоды мы начинаем с конца марта. Тогда мы прощаем ей метели, высокие волны, из-за которых суда не могут подойти к берегу, испорченный груз, ледяной ветер, от которого у стариков ноют кости, дворы зарастают сорняками, а дети грустят, потому что, несмотря ни на что, им хочется поиграть на улице.

Но урожденный островитянин Сохара любил зиму. Особенно ему нравилось, когда с конца ноября усталыми шагами начинал приближаться Новый год. В эту пору нужно срубать большие сосновые ветви и надежно прилаживать их ко входу в дом, а затем чистить и менять татами. Дома расчесывали как конские гривы, после чего вся грязь, изъяны и износ оставались на щетке. В генеральной уборке участвовали все жители острова. Они переставляли мебель в гостиных, укрепляли крыши домов, чтобы подготовиться к шквальному ветру, наводили порядок на чердаках, избавляясь от хлама и отправляя туда новый.

Сохара очень любил тридцать первое декабря. За годы совместной жизни у них с Йоко сами собой сложились новогодние традиции, о которых они никогда не договаривались. Ему нравилось, что на лице Йоко, словно маленький фейерверк, вспыхивала радость каждый раз, когда он хвалил ее. Он любил подыскивать самые выразительные слова, чтобы его похвалы звучали убедительнее. С наслаждением вдыхал аромат хвои, наполнявший дом, и прислушивался к хорошо знакомому потрескиванию костра дзикува, который, по словам островитян, можно было почувствовать еще утром, за несколько часов до того, как его зажигали. Для Сохары и всех остальных Новый год на острове отождествлялся с ощущением уходящего времени и радости от повторяющихся встреч.

Чем лучше человек умеет устанавливать глубокие искренние связи, тем больше жизней становится частью его собственной, и наоборот. Иногда мы сближаемся с людьми, когда нуждаемся в их помощи: например, когда кто-то приносит нам продукты или помогает вывести упрямые пятна с фартука или скатерти. Даже жалкая хижина, окруженная пышными садами, старинными дворцами и волшебными летними кострами, каким-то непостижимым образом сливается с этой красотой. Для ее обитателя великолепие окружающего мира становится естественным продолжением его скромного жилища.