Когда надо посоветовать книги по вселенной Warhammer 40000 (особенно тем, кто ни в настольную ваху не играл, ни в компьютерную), я начинаю всегда с двух вещей: трилогии про инквизитора Грегора Эйзенхорна и с первых книг про комиссара Каина. Да, Дэн "Ср@ть на бэк" Абнетт много чего своего добавил к скупым сведениям флафф-библии, но сколько фанатов вахи он создал своими книгами?! ))
Три романа, названные по трем орденам имперской Инквизиции (Ордо Ксенос, Ордо Маллеус, Орда Еретикус) плюс несколько рассказов охватывают полторы сотни лет и несколько расследований, объединенных общими персонажами и причинами. Читать нужно только целиком и подряд - развешанные в первой книге ружья стреляют в последующих, разложенная отрава срабатывает медленно и не привлекая особого внимания, пока не становится поздно.
Повествование от первого лица - от лица инквизитора Ордо Ксенос Грегора Эйзенхорна. Столь самоуверенного, целеустремленного, самоотверженного персонажа мне до него не встречалось. Подобные самоконтроль, сочетание самоиронии и серьезности, гуманизм, идеализм, находчивость, решительность, внешний лед при внутреннем огне - да, были. Отличный боец, неплохой псайкер и верный служитель Империума человечества - это в нем неизменно. В остальном же он развивается и меняется, что интересно - незаметно для себя. Книга первая - Эйзенхорн в начале карьеры, рьяный охотник на тайных врагов Империума. Книга вторая - Эйзенхорн в расцвете сил, он преследует демонов, но и его преследуют, и не только демоны. Книга третья - он теряет почти всех и почти всё, но продолжает сражаться, так как не умеет отступать... Мда, люди, которые слишком горды, чтобы гнуться - ломаются, когда удары судьбы разрушают основу их веры и силы. Но такого, почти (и всё равно не вполне) сломленного Эйзенхорна, в трилогии всё же нет - это мельком будет в "Рейвеноре". Он может только предполагать, как воспринимают его окружающие, почему одни коллеги вдруг стараются его уничтожить, а другие - вытащить из очередной беды, почему старый друг уходит, а враг помогает, да и просто почему напрягаются другие инквизиторы, когда узнают о его прибытии на их "землю"? Он выигрывает бой за боем, выживает раз за разом, но в итоге проигрывает войну за собственную сущность, из идеалиста-пуританина превращается в радикала, для борьбы с Хаосом использующего Хаос.
Где грань, по одну сторону которой ты - инквизитор, а по другую - еретик? служитель человечества - или его предатель? где еще порядок - где уже хаос? Пожалуй, эта грань - человечность. Инквизитор Квиксос ради усиления своего оружия против хаоса устроил из парада победы многотысячную бойню, склонен выбирать самый бессмысленно-жестокий путь - и его однозначно можно считать еретиком. Инквизиторы Хелдан и Осма личную неприязнь ставят впереди интересов общего дела, наслаждаются собственной жестокостью - и тоже приближаются к хаосу. Инквизитор Эйзенхорн предпочитает сам лечь на амбразуру, чем кого-то из соратников/сторонников положить на нее, он избегает, как может, жертв среди верных Империуму - он остался врагом Хаоса, несмотря на использование его сил.
Инквизитору не обойтись без помощников из-за характера его работы. Каждый из них должен быть лучшим в какой-то важной для функционирования и выживания команды сфере, лично предан инквизитору и готов идти за ним хоть в пекло... потому как это и есть забота Ордосов - найти, где обосновался ад и его ликвидировать. Эйзенхорн в своей команде - на острие атаки, он - основная ударная сила, остальные - поддержка, специализация. Предполагаю, что это нормально для Ордосов, там только Рейвенор стал исключением: его команда действует, а он ее поддерживает как суперпсайкер из своего гробика.
В трилогии есть эффект присутствия & визуализация, и это... шикарно. Достигается авторским стилем, в первую очередь за счет определенного рода детализации. Приводится внешних деталей ровно столько, сколько увидит взгляд за отведенное время: долгий разговор - больше индивидуальных черт, момент боя - только самое главное, как при туннельном зрении. Одна внезапная деталь - и уже сформировавшийся вроде бы облик выламывается из картины, куда его поместили. Биография/описание нового персонажа - в несколько строк, словно резюме либо набор выводов и догадок. Разговоры - прямым текстом, почти без косвенной речи. Структура имперских организаций, опять же, не авторскими вставками-справками, а соответственно случаю: при сотрудничестве с ними Грегора - как само собой разумеющееся и хорошо известное, кратко, если только не в виде его же размышлений на тему. Минимум воды и повторов. Максимум действия, напряженных до безвыходности ситуаций и точек бифуркации. Это я особенно ценю... обостренное существование на грани близкой смерти, в ситуации сложного морального выбора. Здесь этого достаточно. И так вот, короткими, яркими мазками возникает мир вселенной Вархаммера, будущего человечества сорок-с-чем-то тысячного года. Мир своеобразный и весьма обитаемый. Мир, куда так постепенно может ввести хороший писатель.
5 понравилось
