玛拉和莫洛克

Голубые, холодные как лед. Как красивый, полупрозрачный лед

Во взгляде исчезло кокетство. Передо мной новый король, и этот статус ему очень идёт. Но и Николаю быть живым тоже шло.

И даже то, в чём ты уверена, - ложь

Я никогда не думала о своей привычке бросать едкие ответы как о чём-то хорошем. Из-за этой черты моего характера сёстры не любили со мной спорить, называя ворчуньей.

– У каждого Морока разная маска; правда, что их делают специально для каждого?
– Да. Маска отражает то, что прячется под ней.

– Ты всегда была такой злой или смерть тебя так скрасила? – хмыкает мужчина.
– Не могу понять. Твоё чувство юмора меня пугает или удивляет, что ты вообще способен шутить, – отвечаю я ему в тон.
– Если ты считаешь это чувством юмора, то ты ещё не видела, как ради забавы я давлю людям глаза и топлю котят.

Они знают, что жители вечно возбуждённо бубнят о благословении, только пока оно не придёт в их дом и не заберёт их ребёнка.

Не знаю, чем описания поцелуев мне помогут. Это я и так умею, - в тон принцессе фыркает парень.

Я с шумом втягиваю воздух, когда он делает шаг. ко мне,приближаясь. Его правая рука продолжает лежать на рукояти длинного кинжала, когда левой он обхватывает м шею, притягивая ближе. На мгновение в его зелёных глазах отражается мучительный выбор, когда он не может решить, хочет меня зарезать или...

Сторонников войны намного больше, чем тех, кто желает мира

– Яра, – с приторной лаской тянет он моё имя, – скорее всего они просто замерзают до смерти или их уносят дикие звери.
Василиса и Мира морщат носы в отвращении, а я замираю, не зная как реагировать на то, что моя смерть могла быть такой простой. Меня мог просто утащить какой-нибудь голодный зверь. Никакой поэзии, полёта и волшебства.

Я не люблю напоминать миру о себе, но этот принц не оставил мне выбора.

«Чем больше своих страхов ты встретишь лицом к лицу, тем меньше они будут тебя тревожить».

Я бы пошутила про свой отдых в могиле, но меня и

оттуда подняли.

So, Anna is special. She is the one all Maras will die for.

It's not only your end, Agatha,” Yana adds, “it's the end of our era.”

«Я тебя ненавижу за то, что ты вновь заставила меня бояться, но я люблю тебя в тысячу крат сильнее».