玛拉和莫洛克. 异影

– Что ты сделаешь с ним, когда связь разорвётся? – все крупицы сомнения в моём плане, что ещё были в душе, просыпаются сквозь пальцы. Я больше не цепляюсь за них.

– Пока не знаю. Я бы с радостью убил его, но ради моего обещания тебе отправлю обратно к брату.

Я догадываюсь, что и это враньё. Слова Александра и то, как он провёл Даниила, живя у него под носом, задели короля Аракена слишком сильно.

– После того как продержишь в темнице так долго, как сможешь? – мёртвым голосом уточняю я.

– Так долго, как смогу, – согласно кивает Даниил и его рот напряженно сжимается.

Он его никогда не отпустит.

- Если ты вернёшься ко мне, то я закончу эту войну раз и навсегда и никогда не трону ни одного из Ласнецовых.

- Откуда мне знать, что это не очередная твоя ложь?

- Я клянусь тебе, что подпишу мирный договор. Сам его составлю и подпишу первым. Ради тебя, - Даниил делает порывистый шаг вперёд, но я опять отшатываюсь, и он прекращает попытки. - Я дам тебе три дня, Агата. Если ты не приедешь ко мне до полудня четвертого дня, то война продолжится. И в этот раз я пойду до конца, сам дойду до их дворца, чтобы забрать тебя из рук Александра.

Вначале людей было мало, и Морана в одиночку спокойно справлялась с душами, встречая их и переправляя в Новую Жизнь. Но количество людей всё росло, а битвы между племенами и народами становились всё масштабнее. Росли деревни, деревни превращались в города, а земля делилась на страны. И начались войны между людьми, обусловленные не выживанием, а жадностью и гордыней. И такие души Богиня ненавидела больше всего.

Однажды разгорелась такая война, что Морана не смогла справиться с потоком, а души, скапливаясь, сбиваясь в кучи, пожелали вернуться. Когда же Богиня им отказала, те попытались напасть на неё, посмели тянуть её платье и касаться волос, окружая со всех сторон, а её тень они топтали под собой. И тогда, злясь, встала Тень самой Богини, чтобы защитить её.

И утянула к себе в пустоту все эти алчные души, чтобы не смели трогать они её хозяйку. И с тех пор всегда защищает её от подобной опасности.

А когда Морана стала выбирать Мар – девушек, подобных себе, среди живых, то и Тень начала отмечать Слуг своих, что будут защищать девушек там, где самой Тени не дотянуться.

Здесь горят свечи, большая часть убранства в зелёных оттенках, мебель тёмная, широкая кровать из чёрного дерева с балдахином, на тёмно-сером бархатном покрывале три подушки. Везде две, а здесь три. Я дёргаюсь, почему-то только здесь мне хочется откинуть покрывало и проверить цвет простыней, но сопротивляюсь, встряхивая головой.

– Этот высокомерный наглец всё-таки знает, что я люблю зелёный, – мрачно бубню я и захлопываю за собой дверь, выходя в коридор.

Ему назло без раздумий выбираю комнату напротив.