Однажды в Мидлшире

Старый дом со временем становится второй кожей. Так же, как твои собственные шрамы и татуировки, он напоминает тебе о том, через что ты прошел, чтобы стать собой нынешним.

"- ...Мидлшир-таймс", здравствуйте. Помедленнее, пожалуйста. Вы уверены, что это череп?
В тихой английской деревушке начинался новый день".

Дерево нельзя услышать. Но можно почувствовать всю силу его крика, всю глубину его молчания.

"- Какой же всё-таки сумасшедший день! Призраки, русалки, лесные духи.. С нетерпением жду, что будет дальше!"

"...- Никогда бы не подумала, что с нами может случиться что-то такое! Лешие здесь, в Мидлшире! Чего теперь ждать? Чаепития с привидением?"

««Сегодня я буду делать что захочу».

Озорная бунтарская мысль этим утром юркнула сразу в две головы. Два человека в Мидлшире проснулись и позавтракали с этим решением. Одному из них было восемь. Другому восемьдесят восемь.
Для обоих это решение было трудноосуществимым».

Виктор, я действительно на тебя не злюсь и не считаю, что ты пытался украсть мою работу. Меня больше волнует, что ты не проверил всё дважды… Но если ты настаиваешь и тебе так будет легче — окей, ты свинья. Но ты свинья, которой стыдно, и я считаю, что этого достаточно. Так что перестань хрюкать и начни пить чай.

Старый дом со временем становится второй кожей. Так же, как твои собственные шрамы и татуировки, он напоминает тебе о том, через что ты прошел, чтобы стать собой нынешним. Каждый кирпич, каждая скрипучая половица твоего дома говорят тебе, кто ты такой.

Отец постоянно повторял, что в книгах сосредоточены все человеческие знания, нужно только уметь находить нужные книги и нужные страницы.

Знаете, нам со всех сторон твердят, что нужно жить здесь и сейчас, вот этим моментом, потому что он может оказаться последним. Каждая минута может быть такой. Каждый наш телефонный разговор, каждая встреча, каждая фотография. Но вот о чем никто не говорит, так это о том, что он может оказаться последним не для нас. А это многое меняет, правда?

"Люди бывают совершенно безжалостны, когда уверены в своей правоте".

– Джо, послушай. Я не смогу встать. А ты выйдешь из леса и позовешь кого-нибудь на помощь. Я подожду вас здесь.
– Нет! – Джо топнул ногой. – Вы здесь замерзнете, я знаю! Я читал Джека Лондона!
Легкая улыбка промелькнула на лице старика. Он протянул мальчику руку.
– Ну уж нет. Посмотри, видишь, как тепло я одет? И здесь не Аляска.

Иногда взрослые бывают такими... взрослыми!

Это был огромный, рассыпающийся, отживающий свое, но при этом уютный и добрый дом. Жизнь здесь была, но совсем другая. Медленная, тягучая, лишенная новизны, как будто кто-то взял все предыдущие годы и нарезал из них подходящие к сезону дни. Лорду казалось, что даже птицы на стенах замка прилетают сюда из прошлого и год за годом выводят одних и тех же птенцов.