
Не знаю, кто и как расставляет жанры к книгам, иногда неверно поставленный жанр может начисто отвратить читателя от книги. Не читай я раньше книги Гюнтекина и не знай, что не одной сладкой «Чалыкушей» исчерпывается его творчество, никогда бы не взяла это «любовный роман»
Это не любовный роман. Это достаточно мучительное повествование о человеческом взаимонепонимании и о последствиях его. Зулейха росла и воспитывалась как обыкновенная продвинутая современная девушка, современная – для своего времени и с учетом времени. Жила в достаточно престижной семье, мечтала, что закончив колледж уедет в далекую заманчивую Америку, «презирала турецких девушек, привыкших держаться за юбку матери и зависевших от подачек мужей». На полном серьезе, не особенно вдумываясь в смысл, повторяла «никакие привязанности не должны стать теми оковами, которые помешают нам идти дорогой нашего счастья». В общем типичная юная эмансипатка. Но жизнь повернулась другим боком. Отец, вернувшийся с войны, совсем не хотел расставаться с единственной дочерью. Нет, никто ничего не запрещал Зулейхе, но вбитые с молоком матери нравственные устои оказались сильнее. Нельзя оставить отца, израненного в боях, героя новой Турции. А если оставаться, то что дальше? Дальше надо выходить замуж. Все равно за кого, сердце Зулейхи абсолютно свободно, ни в какую любовь она не верит. Бывший подчиненный отца, Юсуф – вполне приличный молодой человек. И он тоже не выказывает никакой влюбленности. Вернее он готов влюбиться, но наткнувшись на холодный расчетливый отпор современной девицы, прячет все свои эмоции. Для нее достаточен факт близости, а все остальное – слезливые сопли. Для него на первом месте чувства, но раз жена хочет иначе – будет так, как хочет жена.. Не месяц, не два – несколько лет длился этот странный брак. Пока оба не решили, что попытка не удалась, и надо расставаться. Но турецкие законы таковы, что вот вам год для примирения (год!), живите. Год Юсуф абсолютно непроницаем, ни словом, ни взглядом не выдавая свои эмоции. Год Зулейха узнает своего мужа, словно видит его впервые. Но собственная гордость, но невозможность подумать о возможно ошибочных взглядах важнее. Они ни разу не говорили начистоту. Они ни разу не снимали маску – маску хладнокровного и невозмутимого джентльмена, она – маску независимой современной женщины. И только в полном одиночестве позволяли себе задуматься, все ли правильно делается.
Год истек, и вновь каждый остался верен своим принципам…



































