Цитаты из книги Антрепренёр под диваном

Весь в звездах... весь в красных лампасах... а ты сидишь рядом с ним и - ничего! Словно ты и в самом таки деле не последняя шишка в круговороте мироздания!

Талант, совсем талант! Знаешь что, брат? Бросай ты службу и изволь писать! Писать и писать! Подло зарывать талант в землю!

Вот если бы весь бумажник был мой, ну, тогда другое дело... Такой бы театрище закатил, такой, что мое почтение. Собственно говоря, Смирнов и Балабайкин - какие это актеры? Это бездарности, свиньи в ермолке, тупицы... Они деньги на пустяки изведут, а я бы пользу отечеству принес и себя бы обессмертил...

Ежели ставить настоящие пьесы, по дешевой цене пустить, да публике в жилку попасть, то в первый же год сто тысяч в карман положишь...

Всё наказывается на этом свете, если верить добродетельным и благочестивым людям.

Когда он не стоит во главе оркестра и не глядит на свою партитуру, он совсем другой человек. Тогда он вежлив, любезен и почтителен, как мальчик. По лицу его разлита почтительная, сладенькая улыбочка. Он не только не посылает к чёрту, но даже боится в присутствии дам курить и класть ногу на ногу. Тогда добрей и порядочней его трудно найти человека.

Плевать ему на страдания, если вечером спектакль!

Такие во рту после вчерашнего перепоя окиси, закиси и перекиси, что никакой химик не разберёт!

Амбар был произведен в театры не за какие-либо заслуги, а за то, что он самый высокий сарай в городе.

Павел Васильевич был в душе тряпкой и не умел отказывать.

Её можно видеть на карточках, которые продаются. Но на карточках она — красавица, а красавицей она никогда не была. Карточкам её не верьте: она урод. Большинство видит её, глядя на сцену. Но на сцене она неузнаваема. Белила, румяна, тушь и чужие волосы покрывают её лицо, как маска. На концертах то же самое.

Благодаря этим кривым ногам и особенной странной походке его дразнят в Европе почему-то "коляской".

Думала она с радостью и находила, что всё хорошо, великолепно, а радость говорила ей, что это еще не всё, что немного погодя будет еще лучше.

Боже мой, как интересны, как обаятельны мужчины!

Онегин интересен тем, что совсем не любит, а Татьяна очаровательна, потому что очень любит, и если бы они одинаково любили друг друга и были счастливы, то, пожалуй, показались бы скучными.

В Одессе Сару приняли несколько эксцентрично: обрадовались, крикнули ура, и бросили в карету камушком... Неприлично, но зато оригинально...

Разговоры пойдут... поймут различно... Может быть, даже в моём водевиле есть такое, чего нам не видно, а другие увидят... Порву...

Почечуев - трагик, и по профессии, и по натуре.

Запой - это запой...