Trust

Эрнан Диас (писатель) — аргентино-американский писатель. Родился в Буэнос-Айресе, Аргентина

Люблю приятный красивый слог, когда текст прям читается и ты не замечаешь, что уже пол книги позади.
Мне понравился подход автора: 4 истории, 4 точки зрения на одну историю жизни.
1 история заворожила и заставила сочувствовать;
2 история меня напрягла и обескуражила;
3 история заставила задуматься о том, что мы всегда не дооцениваем мнение о себе и стараемся приукрасить его в глазах других, возвыситься;
4 история - жирная точка, которая заставила переоценить моё мнение о предыдущих историях.

Кинула ещё одну книгу в корзину. Автор зацепил и хочется продолжить знакомство с его историей.

Можно долго говорить о том, какие темы затрагивает этот роман (сущность денег, капитализм, роль женщины и т.д.), искать отсылки к другим произведениям и известным писателям (Вирджиния Вулф, Теодор Драйзер и т.д.), разбирать книгу на литературные направления (от реализма до постмодернизма).

А можно просто сказать вау! Потому что для меня этот роман в первую очередь о доверии читателя к написанному, и о том, как слепо мы верим даже казалось бы достоверным источникам. Особенно актуально в наши дни: еще одно напоминание о том, как важно все ставить под сомнение и использовать критическое мышление. Даже если «факты» кажутся неопровержимыми, и очень скрупулезно навязываются со всех сторон.

И, конечно, это прекрасный пример исследования самой природы литературы: Эрнан Диаз показал мне с разных сторон, какой литература может быть, как она менялась, и какие голоса звучали в 20-е.

Это действительно роман-головоломка, и мне кажется, что я ее так и не разгадала. Подозреваю, что разгадать ее невозможно, поскольку никто не знает, чему в самом деле можно доверять – в этом и смысл романа. Ведь в конечном итоге каждая история – плод человеческого воображения, приправленный его фантазиями. Но пара предположений у меня, конечно же, имеется))

В очередной раз убедилась, что лауреаты Пулитцеровской премии — максимально мои авторы.

тгк: читаю, вникаю

Одна женщина умерла, и после нее остался роман Гарольда Виннера, написанный о ее жизни, недописанные воспоминания ее мужа и ее собственные дневники. А фокус – и интрига всего повествования – в том, что роман, воспоминания и дневники противоречат друг другу, поощряя читателя гадать, какой была эта женщина, какую жизнь она прожила и даже о том, как именно она умерла и чем болела перед смертью.

Воспоминания ее мужа, между прочим, писала на заказ некая Айда Партенца (псевдоним – Ада Прентис), американка итальянского происхождения, которая оставила собственные мемуары о знакомстве с мужем главной героини и о том, как велась работа над его воспоминаниями. Добавим, что Айда Партенца находилась под сильным влиянием своего отца, итальянского анархиста, который эмигрировал в США и воспитывал дочь в одиночку, разглагольствуя об "эксплуатируемых массах" и про "расчеловеченный труд".

Итак, перед нами четыре первоисточника, а если посчитать, то даже больше, так как речи отца-анархиста контрабандой проникают не только в сознание его дочери, но и в написанный ею текст; написанный якобы от лица ее работодателя Эндрю Бивела, а Айда Партенца не только занимается расследованием обстоятельств жизни Милдред Бивел и ее брака с мультимиллионером и биржевым игроком Эндрю Бивелом, но и создает мемуары о своем отце и своей жизни. Добраться до истины ей помогают дневники Милдред, найденные среди архивов Бивелов в бывшем доме четы, превращенном в музей. Правда, мы узнаем и то, что дневники Айда Партенца украла из библиотеки. И возникает вопрос, не написаны ли эти дневники ею самой? А роман Гарольда Ваннера – не написан ли он Милдред, которая захотела оставить ложную версию своей смерти?
Вы уже запутались, что кем написано и что происходило на самом деле?
На это и рассчитывает автор всего этого безобразия.

Эрнан Диаз написал свое "Доверие", в первоисточнике "Trust", обыгрывая двойной смысл слова trust в аннлийском языке, которое обозначает еще и, собственно, "траст" – юридическую форму доверительного управления. Так "доверие" превращается в "доверенность", а затем и в "доверчивость". Вот только кто кого облапошил, не очень понятно до самого конца. Эрнан Диаз предоставляет читателю сыграть в эдакое "Что? Где? Когда?" и выбрать любую версию событий.

Первый рассказчик Гарольд Виннер изображает Милдред Бивел аутичной леди с наследственной шизофренией. Второй рассказчик и муж Милдред хочет видеть ее болезненно-ранимой томной и тонкой натурой, истинной музой своего мужа, которой нравилось читать детективы и составлять букеты с полотен великих художников. Айда Партенца изображает Милдред злым математическим гением, в которой попеременно побеждают скепсис, амбиции, морфий и болезнь.
А сам Эрнан Диаз предлагает нам в подстрочнике, для самых внимательных, еще один первоисточник своего треда – полузабытый в наше время роман Эптона Синклера "Дельцы", написанный по следам реальной биографии некоего Джей Пи Моргана, выведенного в романе Синклера под именем Уотермана.
Кстати, в романе Синклера тоже есть журналист, как в романе Диаза есть журналистка Айда Партенца; оба они выводят на чистую воду проклятых биржевиков и капиталистов.
Более того, псевдоним Айды Партенцы (Прентис) напрямую заимствован из романа Синклера.

Фактически в первой части "Доверия" Эрнан Диаз переписывает роман Синклера "Дельцы". Если вы, как я, прочитаете Синклера сразу после Диаза, сомнения о первоисточнике отпадут естественным путем: биржевая паника 1097 года, описанная в романе Синклера, экстраполируется на пару десятилетий позже; и Эндрю Бивел – подобно реальному Джей Пи Моргану, который в романе Синклера превратился в Уотермана – в романе Диаза превращается в Бенджамина Раска, созданного выдуманным писателем Гарольдом Виннером.

Подобьем баланс. Итак, у нас есть некто биржевой делец и миллионер Джей Пи Морган, реальное историческое лицо, который, по слухам, спровоцировал биржевую панику 1907 года и затем обогатился на ней; он же выведен как Уотерман в романе реально существовавшего писателя Эптона Синклера "Дельцы".

В романе Эрнана Диаза у нас есть некто Эндрю Бивел, якобы реальное историческое лицо, который спровоцировал биржевую панику и черный четверг 1929 года на американской бирже и Великую депрессию в американской экономике; есть написанный о нем выдуманным писателем Гарольдом Ваннером роман об Эндрю Бивеле и его жене, который в романе Ваннера фигурирует под именем Бенджамина Раска, и есть Эрнан Диаз, который выдумал и сочинил и Бивела, и Гарольда Ваннера, якобы написавшего роман о б Эндрю Бивеле, как Эптон Синклер о Джей Пи Моргане. Вот такая чехарда.

Реальные лица: Джей Пи Морган, биржевой делец и мультимиллионер, прототип романа Синклера; писатель Эптон Синклер, социалист и автор романа "Дельцы"; Эрнан Диаз, писатель, автор романа "Доверие".

Выдуманные лица: Уотерман, выдуманный Синклером; Бенджамин Раск, выдуманный Гарольдом Виннером; Гарольд Виннер и Эндрю Бивел, выдуманные Эрнаном Диазом.

Эрнан Диаз, помимо прочего, написал роман об Эптоне Синклере, который сочинил роман о Джей Пи Моргане. Версия Синклера якобы восстанавливает истинную версию событий биржевого кризиса 1907 года.
Версия Гарольда Виннера якобы восстанавливает биографию Бенджамина Раска и его жены.
Версия Эрнана Диаза как бы намекает, что любая истина – даже вошедшая в историю финансовой истории и в учебники по экономике и экономической истории – это всего лишь версия, и не более того.

Вы никогда не узнаете правду о жизни конкретного исторического лица; ее знает только тот, кто прожил свою жизнь; опять же – если не сработает "доплер-эффект памяти. Тональность событий прошлого меняется по мере того, как они убегают от нас"; история переписывается; неоднократно!

Жанр биографии ложен и лжив в самой своей основе. Автобиографии, воспоминания и мемуары – так же; как и переписка, (не)нужные письма из которой можно вынуть; как дневники, (не)нужные записи в которых можно вымарать и вырвать страницы; или написать подложные. Как Айда Партенца.
И доказательств никаких!..

Помните «Как меня видят друзья/Как меня видит мама/Как себя вижу я/Что происходит на самом деле»? «Доверие» Диаза примерно о том же.

Первая часть романа, собравшего корзинку международных премий, фикшн внутри фикшна —книга «Обязательства» об эксцентричной семейной паре: он финансовый гений Раск, буквально монетизирующий идеи и богатеющий в кризисы (и негласно обвиняемый в Великой Депрессии), она — математический вундеркинд, дочь безумца и эгоистки. И вроде бы это даже счастливый брак, несмотря на то, что однажды семья, где муж неустанно приумножает состояние, которое жена тратит на меценатство, становится персонами нон грата в приличных, полуприличных и даже не слишком приличных домах. Позже муж начинает неистово инвестировать в исследования в области психиатрии, потому что жена стремительно едет по фазе и умирает под присмотром медиков.

Эта в умеренных пропорциях сентиментальная и готичная история становится объектом ярости реального финансового гения, жена которого действительно, как и героиня «Обязательств» говорила на нескольких языках, была беспрецедентно начитана, любила искусство, занималась благотворительностью и рано умерла, но не от безумия. Эндрю Бивел, ставший прототипом Раска, решается на опровержение: он нанимает некую Айду Портенцу, бойко пишущую девицу, вытащившую счастливый билет, чтобы та с его слов записала и художественно переработала подлинную историю магната и меценатки, которая, по словам Бивела, и меценаткой особо не была, потому что — бедная смышленая птичка — решительно ни в чем не разбиралась, была тихим ангелом и так же тихо скончалась.

Но однажды Айда с изумлением осознает, что Бивел пересказывает ей ее же историю — маленький осколок ее жизни с отцом, итальянским коммунистом, живущим в Америке и жарко ненавидящим ее ценности. Художественная обработка надиктованных воспоминаний инсталлировалась в сознание Бивела идеально. Айда уже не просто подозревает, а четко осознает, что хозяйка дома ни безумицей, ни мышкой не была. Кем же была Милдред Бивел?
Этот вопрос не отпускает Айду и после скоропостижной смерти хозяина. Хотя Бивел после ухода жены уволил весь персонал и прислугу и тщательно скорректировал архивы, его литературной ассистентке удалось раздобыть дневник Милдред — возможно, в нем есть ключ к той жене Бивела, что была гениальным аналитиком и разбиралась в искусстве?

Женские образы, даже за живостью размышлений Айды, могут показаться функциями — дочка эмигранта, рано оставшаяся сиротой, ведет самостоятельную жизнь и делает немало неприятных открытий об окружении, впрочем, эта наблюдательность помогает ей в будущем стать известной писательницей. Паразитирующая на талантах дочери и богатстве ее мужа аристократическая маман может встретиться и у Айн Рэнд, и у всех авторов ревущих двадцатых, и в каждом костюмированном сериале на стриминговом сервисе. Безвременно почившая жена магната показывает то одну, то другую романтическую грань своей бриллиантовой сущности, но по отдельности грани эти плоские. Даже экономка похожа на всех экономок от «Аббатства Даунтон» до мультяшной «Красавицы и чудовища». Мужчины и того проще и площе. Потому что главное в этом тексте — вневременное желание лакировать действительность. Бивел много раз повторяет, что занимается выравниванием реальности. Борясь за то, чтобы стала известна Вся Правда о нем, что использует власть, скрывая неудобные факты и притапливая художественный роман о его браке.

Читателям показывают четыре версии одной истории: «Обязательства» от имени Гарольда Ваннера, «Моя жизнь» — Эндрю Бивела, «Что сохранила память» — Айды Партенцы и «На срок» — Милдред Бивел. Все вместе это и есть получивший Пулитцера-2023 роман «Доверие».

Вообще Эрнан Диаз лукавый автор — при желании вы найдете на этих страницах отсылки к жизни и творчеству Вирджинии Вулф, Теодора Драйзера, Фрэнсиса Скотта Фицджеральда, может быть, Ницше, возможно, Фрейда и совсем наверняка Генри Форда. Но разве можно на 100 % доверять написанному?

Ты уверен, что всем словам стоит верить?

Потрясающий роман об успехе, любви и правде.

Мир, который покажет нам автор, исключительно не тот, который мы увидим с вами в конце.

Порой за каждым успешным мужчиной, стоит женщина. И только в редком случае о ней знают люди.

«Доверие» базируется на четырех рассказах, где в каждом мы откроем для себя тот мир, о котором смогли только слышать, погрузимся в рисковые игры, насладимся нежностью по отношению к парам, и будем в вопиющем недоумении что именно нам поведает история.

Мир глазами двух мужчин, и мир глазами двух женщин будет тесно переплетаться между собой, погружать в самые пучины ада, и в меланхоличную какофонию страсти к деньгам. Где как бы не странно всегда им место, даже когда время явно не подходящее. Этот мир настолько разный и такой далекий, что вам покажется будто он как эфемерное облако которого можно коснуться и ухватить. Но не будьте так доверчивы, порой правда может шокировать куда глубже чем сладкая припудренная ложь.

Читайте, удивляйтесь, грустите и проникайтесь этом невероятным чувством восхищения.

Под этой обложкой четыре книги, но одна история. Она сложится в голове у читателя, и не факт, что совпадет хотя бы с какой-то из рассказанных.

Мы привыкли, что так пишут детективы, но здесь другой случай. Относительно спокойная жизнь состоятельной нью-йоркской семьи в первой половине XX века. Внутренние взаимоотношения, накопление капитала, выживание в кризис.

Каждая из четырех частей описывает одни и те же события, но с разных точек зрения, в разном стиле и разным языком. Это придает роману некоторую динамику, потому что сюжетная напряженность здесь невелика.

Мне были особенно интересны рассуждения о финансах – причины кризиса, биржа, способы, которыми «деньги делают деньги». Мораль же, наоборот, очевидна где-то уже со второй части, и для меня была слишком явной. О чём она – не скажу, это слишком откровенный спойлер, хочется сохранить хоть немного непредсказуемости для этого романа.

Поэтому чем меньше рецензий прочитаете, тем лучше. Поверьте, даже сообщение темы каждой части лишит вас удовольствия от внезапности. Нужно просто довериться автору (еще она трактовка названия).

Отлично подойдёт для обсуждений в книжном клубе, особенно если попробовать поспорить не с кем-то из рассказчиков, а с самим автором.

И еще. Перевод - просто замечательный!

Для меня это оказалось здорово

История семьи миллиардера Эндрю Бивола и его супруги.
Одна история и четыре взгляда на неё. Книга где прототип Эндрю с супругой, автобиография, заметки
машинистки, которая писала мемуары и личные записи самой супруги.

Среди всех героев нет ни одного надежного рассказчика, которому можно было бы безоговорочно поверить.

Кружение вокруг одних и тех же героев и событий мне показалось интересным. И если сначала Эндрю и Милдеред предстает в одном свете, то к концу книги мнение может поменяться, потому что раскрывается по другому, подсвечиваются детали, которые в начале могут быть не заметны, а события переплетаются в одной точке.

Личные записи Милдред мне импонируют больше, среди четырех историй, нежели другие. В них как будто больше настоящего, больше жизни, не смотря на то в каких условиях она их писала.

И вот прочитав все истории возникает вопрос "А кто же говорит нам правду?", "Кому верить?"...

Легкость повествования и сама история, её неоднозначность меня захватила, что роман осилила в пару дней (тем, у кого времени больше хватит и вечера).