James

Я шагал не спеша. Бегать рабу нельзя, если, конечно, он не бежит.

Наступив вчера вечером на скрипучие половицы, я сразу понял, что мисс Уотсон велит мне приколотить их и починить расшатавшуюся ступеньку. Я выждал почти до полудня, чтобы не разбудить белых. Спать они все горазды и, в котором часу их ни разбуди, вечно жалуются, что их подняли в такую рань.

Жестокий мир. И белые еще уверяют нас, что, когда мы попадем в рай, там все будет замечательно. А они-то будут в раю, позвольте спросить? Коли так, мне, может, туда и не надо.

Просто не забывайте: белые не видят того, что видим мы. Не могут – или не хотят.

Король замурлыкал себе под нос мотивчик, а потом пропел:
– Если б виски мне вместо крови, вместо воздуха дым табака, я бы всю жизнь пробе́гал, но далёко не умахал.

– Мы займемся работорговлей, – пояснил Герцог.
Оба расплылись в улыбке.
– Это просто прекрасно. Смотри, вот мы продаем Цезаря. Он бежит, и мы продаем его снова. Он и без того беглый, так что какая разница. От мертвого проку нет. Линчевать можно лишь однажды, а продать мы тебя можем много раз.

– Возьмите хотя бы этого моего негра, – продолжал Герцог, указывая на меня. – Он был дикарем с Борнео. Я нашел его, когда он обгладывал кости незадачливого миссионера, моего предшественника. А посмотрите на него теперь – и вы увидите, что он сияет светом Христовым. Конечно, при ярком свете этого толком не разглядеть.

– Я много где побывал, много кого повидал, и язычников, и безбожников, и распутниц, и шлюх, и шулеров, и законченных нечестивцев. Но на том собрании под белым облаком шатра Господь наш Иисус вдохнул в мои легкие дивный дух Свой, и оставил я пути свои блудные, и решил посвятить жизнь мою превращению язычников, безбожников, игроков, нечестивцев и шлюх в добрых богобоязненных христиан, любящих Иисуса.

– Люблю я проселки, – признался Король. – Есть в них что-то такое – воздух, простор.
– Все дороги одинаковы, – возразил Герцог. – Они ведут тебя куда-то, потом уводят откуда-то и снова ведут куда-то.

– Из-за чего у вас вышли неприятности, друг мой?
– Да пожалуй что из-за некачественного товара. Продавал я тут одну пасту, которая счищает налет с зубов. И, между прочим, неплохо счищает.
– Тогда почему у вас из-за этого вышли неприятности? – спросил Гек.
Молодой вздохнул. – Оказалось, вместе с налетом она счищает эмаль.