Какое блаженство — ты предоставлен сам себе, никому ничего не должен... Какое блаженство! Писателю незачем вылезать на свет Божий из своей тайной цитадели. Писатели — народ робкий, не очень общительный. Не умея приноровиться к жизни в обществе, они изобретают героев и говорят их устами.

Джеймс Бентли производил на людей плохое впечатление. Но ведь не все же убийцы - буки. Пуаро порылся в памяти - а часто ли ему попадались убийцы-симпатяги? Да, более чем часто.

Нет более действенного средства, чем испуг, чтобы заставить человека признать истину!

А сейчас что: даже если у человека насморк, он бегом к доктору -пусть министерство здравоохранения за твои денежки для тебя хоть что-то сделает. Слишком многие занялись нынче нашим здоровьем. А по мне-чем меньше думаешь о своих болячках, тем лучше.

Странная вещь, природа!.. Она всегда устраивает так, что каждое существо, даже самое обездоленное, находит человека, который его любит!

"Таково было бы желание покойного."Удобное, часто используемое объяснение, поскольку мертвые возразить не могут.

Думать – это всегда утомительное занятие.

- Зачем люди хранят фотографии?

• Зачем? Господь их разберёт! Зачем они вообще хранят вещи? Всякое старьё, безделушки, хлам? Хранят – и всё тут!

- Извините, но вы, видимо, не очень себе представляете устои жизни в английской провинции.

• Иначе говоря, «вы всего лишь чертов иностранец».

Знание – сила. А силу надо использовать только во благо.

- Жизнь - очень жестокая штука, - сказал Джеймс Бентли. - И очень несправедливая. На долю некоторых совсем не достается счастья.

- Я людей обожаю, а вы? - счастливо проворковал Робин.

• Нет, - твердо ответила миссис Оливер.
• Не может быть! В ваших книгах столько людей.
• Это другое. Я предпочитаю деревья, от них веет таким покоем.

Вообще вся нынешняя жизнь - это сплошной театр, богема. Куда девались любовь к порядку, торжество разума, ценимые им столь высоко? А уж что-бы кто-то высхищался изысканностью, тонкостью - куда там! Нынче в моде насилие, первобытная жестокость.

...Совершив преступление, вы описываете его в книге, которая станет вашей лебединой песнью и будет напечатана только после вашей смерти…
— А кто тогда получит за нее гонорар? — саркастически спросила миссис Оливер. — Я согласна совершить убийство, но хочу сразу же получить деньги!

"- Какая жалость, - пробурчал Пуаро себе в усы, - что человек ест только три раза в день..."