— Интуиция — замечательная штука! — задумчиво продолжил Пуаро. — Ее нельзя ни объяснить, ни проигнорировать.

Интуиция поистине удивительна. Она необъяснима, но ею нельзя пренебрегать.

Интуиция - замечательная штука! - задумчиво продолжил Пуаро. - Ее нельзя ни объяснить, ни проигнорировать.

– Видите ли, – с грустью произнес он, – у вас нет интуиции.
– Только что вы требовали интеллекта, – заметил я.
– Они часто сопутствуют друг другу, – загадочно произнес Пуаро.

It is always wise to suspect everybody until you can prove logically, and to your own satisfaction, that they are
innocent.

Real evidence is usually vague and unsatisfactory. It has to be examined—sifted.

Увы, друг мой, можно жить в роскошном доме, не имея, однако, при этом приличной мебели.

Одно дело знать, кто виновен, и совершенно другое – доказать его вину.

Любой убийца может быть чьим-то старым другом. Нельзя смешивать чувства и мотивы.

Порой наступает время, когда человек обязан самоутвердиться.

— Скажем, если бы я совершил это убийство, то немедленно придумал бы семь самых правдоподобных историй! Намного более убедительных, чем неловкие отрицания мистера Инглторпа!
Я не мог удержаться от смеха:
— Мой дорогой Пуаро! Уверен, вы способны придумать не семь, а семьдесят историй!

Не стоит, конечно, придавать этому такое большое значение, но все-таки обидно, когда тебя не любят.

Только пережитая вместе огромная опасность может опять соединить гордые любящие души.

Воображение - хороший слуга, но плохой господин.

Четкость движений влечет за собой четкость мысли

"Instinct is a marvelous thing," mused Poirot. "It can neither be explained nor ignored".

... нет ничего хуже старых дур. Они еще дурнее молодых.