«Несколько месяцев я выращивал тыквы. Сегодня вдруг они взбесили меня. Я посылаю их – увы, не только мысленно, но и физически – куда-нибудь подальше. Хватаю ту, что покрупнее. Бросаю через забор. Мсье, я пристыжен. Я прошу прощения».
«Его профессия очевидна. Парикмахер. Посмотри на его усы», – а ещё он прекрасно швырялся тыквами, вот только фамилия у него была не Порротт, как считали в этой деревеньке, а Пуаро, и был он далеко не парикмахером. Уйдя на заслуженный покой, сыщик – нет, не занялся пчеловодством (а жаль), он решил заняться... выращиванием тыкв (внезапное). Ну а что? Почему бы и нет... Впрочем, сие занятие довольно быстро его разочаровало, чем он и поделился со своим новым соседом, доктором Джеймсом Шеппардом, который – ах! – напомнил ему капитана Артура Гастингса, отсутствие которого очень, очень расстраивало: «Хотя его тупоумие иной раз меня просто пугало, он был очень дорог мне», – вместо тысячи слов. И кто бы мог подумать, что в столь тихом и умиротворённом месте, где об убийствах читали только в газетах, именно в это время произойдёт несколько ужасных событий: сначала покончила с собой вдова, а затем был убит богатей, и вроде как особой загадки в этом деле не было, улик, указывающих на определённого человека, хватало, но не всё было так просто; «Тревожное предчувствие надвигающейся беды охватило меня», – в самом начале отметил рассказчик, занявший место очаровательного капитана (как подобное высказывание может не насторожить?..). Когда к Эркюлю с просьбой о помощи обратилась племянница убитого, он, конечно, не мог ей отказать (ну эти тыквы, в самом-то деле!), да ещё везение вон такое, нашлась замена помощнику, а тот был и не против, доктор даже громко заявил, мол, «я был Ватсоном этого Шерлока» (ага...). Горячий шоколад был допит, усы – приведены в порядок: великий сыщик в отставке вновь взялся за дело. «Эркюль Пуаро не из тех, кто терпит поражение. Повторяю: я намерен узнать истину. И я её узнаю».
«Его глаза горели странным зеленоватым огнём», – и вообще он, как отметил рассказчик, напоминал кота, и да, кот и правда вышел на охоту, благо мышек здесь хватало. Фигур на шахматной доске было много и у каждой был свой мотив для убийства, оставалось лишь внимательно проследить за их ходами и сделать выводы. Главным подозреваемым был Ральф Пейтен, пасынок убитого, явная слабохарактерность и дурные привычки которого вкупе с прям-таки кричащими уликами как бы всё за себя говорили, но не стоило забывать и про вдову брата и её дочь Флору, у которых были серьёзные денежные затруднения, они ведь обе знали, что, устранив родственника, завладеют если не всем, то многим. А непробиваемый секретарь с этими его странными шуточками? А скользкий дворецкий, поведение которого было ну очень подозрительным? А таинственная горничная, которую покойный неизвестно за что уволил прямо перед своей кончиной? «— Во всех подобных случаях, мсье, всегда есть одна общая черта. — Какая же? — Все причастные к ним что-то скрывают», – и это действительно было так. Одна фигура за другой, пусть и с неохотой, раскрывали свои тёмные тайны, ибо до них начало доходить, что смысла молчать нет, «то, чего не говорят папе Пуаро, он узнаёт сам», и чего здесь только не было: долги, тайные браки, наркотики, куда же без истории любви, которую великолепнейший сразу заметил и помог влюблённым голубкам раскрыть глаза и сойтись (ну а что, убийства убийствами, а любовное по расписанию). И вот все карты были раскрыты, а преступник так и оставался в тени, но не стоило забывать об одной персоне, которая пусть и была всегда на виду, но кое о чём, как и все остальные, умалчивала... о чём же? «Его взгляд – и вызывающий, и обвиняющий – скользнул по нашим лицам. И все опустили глаза. Да, и я тоже».
Кингз-Эббот жила сплетнями и слухами, это важно отметить. Звание “самый длинный нос” по праву принадлежало сестре доктора Каролине, и это тоже важно. Пока же местные, посматривая на Эркюля, посмеивались над ним и его манерами, он продолжал расследование. Передвинутое кресло, открытое окно, чёткие следы... беседка, перо, кольцо. «Не вредно иногда прибегать к услугам серых клеточек», – воистину. Так интересно после прочтения вспоминать всё рассказанное и понимать, что же со всем этим было не так. Сначала меня смутила та самая фраза – с чего бы ему это говорить? Затем те лишние пять минут, которые выбивались из общей картины, тем паче когда было установлено время убийства. Что-то не складывалось, что-то в этом рассказе было сильно не так. «У двери меня охватило сомнение, и я оглянулся – всё ли я сделал, что мог? Да, кажется, всё. Покачав головой, я вышел, притворив за собой дверь», – когда после обнаружения сына экономки я, листая, перечитала эти слова, всё прояснилось. Конечно же всё закончилось типичным пуаровским театральным представлением, и да, к этому моменту я уже была уверена на все сто процентов, в отличии от убийцы, который до самого последнего момента верил, что он обманул самого Эркюля Пуаро... наивный. Финальное же меня расстроило, это то самое проблемное уважаемой, когда её главный герой не отдаёт преступника в руки правосудия, а советует ему уйти “красиво”, что сомнительно само по себе, к тому же в данном случае не помешало бы одной особе узнать правду, может тогда она перестала бы совать свой длинный нос в чужие жизни и дела (хотя кого я обманываю...). В любом случае, дело было раскрыто, а преступник сожалел лишь об одном: «Досадно только, зачем понадобилось Эркюлю Пуаро, уйдя на покой, поселиться здесь выращивать тыквы?».
«Человек, который выращивал тыквы», – теперь я буду называть его только так, ради всего святого, он выращивал тыквы, злился на них и скучал по Артуру, ну что за прелесть! К слову о последнем, меня до глубины души поразило то, что, выстраивая каркас для этого романа, писательница подумывала сделать убийцей... Гастингса. В смысле??? Нет, он частенько выводит меня из себя, но чтобы этот добряк кого-то убил?.. Забавно, что с первых же строк рассказчик действительно кажется таким же глупеньким, но потом начинаешь терзаться каким-то непонятным чувством, что нет, тут что-то не так... Ненадёжным рассказчиком уже не удивишь, приём избитый, но как мастерски он тут исполнен, я в восхищении. Смешно было читать о том, как во время выхода книги многие обрушились на даму с критикой, вы-де обманули нас, нарушили все правила, подставили читателя!.. Но ведь к ней не придерёшься, никто никого не обманывал, можно было заметить с первых же страниц, что с рассказчиком что-то не так, и я такое просто обожаю (а ещё я не доверяю людям в принципе, так что с какой стати мне верить какому-то неизвестному персонажу). Это как Шеппард, который ближе к концу начал жаловаться, дескать, этот усатый кидается предположениями и намёками, но на вопросы не отвечает... Так это ты сам должен делать! Впрочем, о чём я, этот самоуверенный дурак сам же отдал коту детективу хвост труд, попутно хвастаясь умениями... а потом он удивлялся тому, что его поймали. Не детектив, а какой-то сплошной восторг, к тому же презабавный (тыквы, тыквы, тыквы!), а местами и вовсе комичный («Вот если бы на рукоятке были отпечатки пальцев ног, другое дело: я бы выразил безграничное изумление и восторг», – тут доктор хорошо пошутил, признаю). Ну и Пуаро, конечно же. Он был великолепен. Как и всегда. «Надо действовать методично».
«Это мой девиз: метод, порядок и серые клеточки». 
50 понравилось
