Месть еврея

Once upon a time в далёком Пеште нежная блондинка Валерия неудачно завершила конную прогулку - выпала из седла, зацепившись ногой за стремя. Тут бы ей и каюк, но молодой банкир, сын банкира Самуил Мейер спас девушку. Она немедленно (как только очнулась, это важно!) воспылала к нему благодарностью, бо банкир был красотою леп и бровьми союзен, однако брат Валерии сказал что-то вроде "ты с ума сошла, это же паршивый еврей*, ещё и нёс тебя на руках домой, вот гадость какая". Блондиночка тут же переобулась в прыжке и Самуила запрезирала, а зря. Тот оказался во-первых, страстно в неё влюблён, во-вторых - одержим идеей отомстить.

Мстит Самуил как настоящий мерзкий, отвратительный и вонючий еврей - он скупает все долговые расписки отца и братца Валерии, коих оказалось достаточно, чтобы пустить семейку по миру и опозорить, и обещает их отдать в обмен на руку неудачливой наездницы. Валерию родственникам жалко, но и денег у них нет, да и стыдно быть нищебродами, стыднее даже, чем продать девушку проклятому жиду.

И всё заверте...

****************************

Безусловно, надо иметь в виду, что книга была написана в 1890 году как женский роман. Тогда станут объяснимы мучительные светские обороты в речи персонажей, бесконечные обмороки (вероятно, спровоцированные тугими корсетами той поры), странности в обращении с детьми и так далее. Я честно хотела бросить читать на 50-й странице (из 300), потому что так общаться живые люди не должны, это противоестественно.

Исходя из завязки, я ожидала традиционную историю - вынужденный брак, постепенная притирка и, наконец, любовь. Что тут размазывать? Так сильно я не ошибалась со времён чтения "Англия, Англия" Барнса. В какой-то момент стало очень-очень интересно, что же из этого всего выйдет. Автор напихала в книгу сюжет всех серий несуществующей тогда Санта-Барбары. Здесь вам и подлые измены, и подмена детей, и убийства, и убийства по ошибке, а ещё небольшой кусочек золотой американской лихорадки и колдунство.

Про колдунство стоит упомянуть отдельно. Автор книги Вера Крыжановская - большая поклонница Блаватской, поэтому внезапно её персонажи начинают вызывать духов, а духи натурально, как царю Валтасару, пишут вызывающим письма. Хотя Валтасару всего ничего написали, а этим пишут огромные послания с кучей подробностей их личной жизни в доказательство своей подлинности. Правда, берут карандаш и пишут. Благодаря этим письмам, персонажи предпринимают всякое, важное для сюжета: прощают невинных, заподозренных в изменах, прощают врагов и делают всякие хорошие дела. Ну и на том духам спасибо.

Почему стало интересно? Потому что герои годами занимаются увлекательным делом - они ломают (не портят!) жизни себе и другим. Сначала Валерия должна пойти волей папы за представителя поганой расы* замуж. Потом она искренне влюбляется, а тут уже - готов другой жених, сливочный блондинчик, который от её отказа слёг и вот-вот помрёт. Тут и папа подоспел - я, говорит, застрелюсь от позора, если ты за еврея выйдешь. Убедили, в общем. Потом она побежит прямо со свадьбы лобзаться с бывшим. Потом поменяют детей, ведь так легко подменить сына жгучих брюнетов на сына сливочных княжеских особ. Потом все будут блудить со всеми и рожать от всех детей. Конечно, заинтересуешься тут, как же автор выведет персонажей из этого свинг-клубка и разрешит проблему с чужими детьми**.

Будет неправильным не упомянуть о медицине. Это очень важно, потому что персонажей буквально берёт мор. Они болеют часто и подолгу, в основном, от нервов. Роль врача при этом сводится к констатации фактов в духе Совы и Жабы из Буратино: пациент либо скоро умрёт, либо скоро выздоровеет. Когда все ненужные персонажи умирают, Самуил и Валерия воссоединяются, и наступает хэппи-энд.

Немного я нашла в сети отзывов на эту редкую книгу, прихватизированную мной из квартиры покойной бабушки. И большинство авторов отзывов не определились в отношении к роману. Вроде и понравилось, и нет. Вот и у меня так же. Было интересно, но многое заставляло закатывать глаза. Всё, что я читала в параллель, было заброшено, но и эта книга меня успела измотать под конец чрезмерной уже неправдоподобностью. Советовать никому не буду, хотя, если есть поклонники женского романа 19-го века - то можете попробовать.

* всё, написанное мной о евреях здесь - это жалкие фрагменты авторского текста.