Слепые

Моя самая любимая пьеса Метерлинка. И, наверное, единственное произведение, на которое я с удовольствием слушаю аудиоспектакль. Именно так и надо воспринимать "Слепых" — с закрытыми глазами, с прерывающимся тяжелым дыханием и постепенно нарастающей паникой и отчаянием.

Символизма у Метерлинка всегда хоть половником черпай, но "Слепые" кое-чем отличаются от других символических произведений. Дело в том, что обычно его образы и символы весьма конкретны, так что их можно трактовать вот так и вот-то, но как-то по-другому уже сложно. В "Слепых" же, напротив, всё предельно размыто и обезличено. Нет главного героя, все действующие лица не только потеряли зрение, но и имена. Конечно, простые символы в пьесе тоже есть, подумать, например, о том, чем зашоренные слепорождённые отличают от тех, кто утратил зрение постепенно... Но это неблагодарное занятие — трактовать Метерлинка вслух. Его надо обдумывать про себя и только про себя, а вслух можно только наслаждаться тяжёлой атмосферой пьесы.

Отбросим все символы и толкования. Самое-то интересное — конец! В кои-то веки он неоднозначен, и для своего времени это новаторский шаг в литературе. Отчего заплакал единственный в произведении живой зрячий? Ребёнка может напугать что угодно: и то, что пришло всех уничтожить, и то, что пришло всех спасти. Где-то рядом бушует море, холодает, очень голодно — но ведь это только восприятие слепых. Они и цветы не могут сорвать, чтобы их не испортить. Значит, воспринимают они всё искажённо, может, и нет на самом деле никакого драматизма и тяжёлой ситуации? Делов-то — отошли на полчаса пешкодрала в лес от приюта.

Сама ситуация очень интересна. Будь персонажи в ней не размытыми и обобщёнными, а цельными личностями, то драма стала бы экзистенциальной — ещё до появления термина экзистенциальности. Но в этом и фишка, что в такую ситуацию могли попасть только люди, блуждающие во тьме: не из-за слепоты физической, а из-за слепоты духовной. Поэтому и не важны их имена. Первый слепой, помешанная слепая — достаточно.

Я эту пьесу советую всем и каждому. Потому что она очень гармоничная: не слишком сложная и не слишком простая. Забавно, что её сравнивают с "Ожиданием Годо". Ждут-то ведь совсем по-разному.

Пьеса бельгийского драматурга и философа Мориса Метерлинка, написанная в 1890-ом году, поражает своей силой. Она небольшая, всего 26 эл. страниц, но сколько в ней трагизма, скрытого за словесной ширмой символики.
В центре внимания 13 действующих лиц: священник, 3 слепорожденных мужчин, 3 старых слепца, 3 слепые молящиеся старухи, старая слепая, юная слепая и слепая помешанная женщина.
Однажды священник выводит их на прогулку за стены приюта, в котором живут слепые. Он приводит их в первобытный северный лес под звездное небо. Священник прислоняется к старому дубу, замирает в неподвижности, и с этого момента слепые теряют связь со своим поводырем. И вот тут разворачивается потрясающая картина: человек и мир, человек и его страхи, человек и то неведомое, что давит на него только потому, что оно неведомо. Прекрасно переданный миг, когда приходит сознание того, насколько же одинок человек, насколько он бессилен и растерян только потому, что он глуп... Глуп настолько, что не дает себе прозреть - так и мечется: слепой и неприкаянный. И чтобы заглушить эту самую безысходную и оглушающую тишину одиночества, он забивает ее пустыми и бессмысленными разговорами, наподобие тех, что ведут между собой слепые. Прислушайтесь к тому, что они говорят...

На первый взгляд, такие незамысловатые, ничего толком не значащие обрывки речи. Но стоит приглядеться к ним, прочитать раз за разом, раздвинуть паутину и увидеть незримое, или почувствовать его...

Метерлинк гениально прорисовывает эмоции и душевное состояние человека через разные звуки. Это и шорохи, и шелест, и гул моря, завывание ветра, звук шагов, голос природы, когда ночь сменяется днем и т.д. Панический страх, граничащий с безумием - страх перед лицом Пространства, неизведанного, необъятного , к познанию которого нет пути. Человек сам отрезал путь - он погасил свет в своих глазах.

Дальше...

Рисунок Н. К. Рериха к пьесе. 1905.

Поистине, страшная пьеса. Она настолько символична что то, что хотел сказать Метерлинк, следует читать в критической литературе. Но если не обращаться к ней, то непередаваемая жуть на страницах произведения терзает душу. Ужасно страшно быть слепым во всех смыслах этого состояния. Несмотря на то,что упор здесь делается на физическую слепоту, о которой тоже читать нелегко, автор все-таки символизировал её, заставляя задуматься читателей о слепоте нравственной, духовной. Конец пьесы - пронзительно-устрашающий. Что увидел единственно зрячиц младенец и оцепенел от ужаса, читатели/зрители могут лишь догадываться. Я же думаю, что это Смерть, такая же духовная, как и физическая, неизбежная в созданной ситуации.