Bunny

Я видела, как они произносят какие-то слова, но ничего не слышала за гулом фенов и грохотом песен группы Heart из колонок. Хотя и отчаянно пыталась прочитать по губам:
Я – человек-ящерица.
Вечером у меня туса с инопланетянами, поэтому мне нужна во-от такая прическа.
Мой любовник – белочка из нашего парка. Ради него я и хочу покраситься в рыжий.
Сегодня вечером я планирую прыгнуть с водопада головой вперед и хочу, чтобы наращенные волосы красиво развивались за спиной.

– Можно я возьму твое пальто? – предлагает Кексик.
Я оглядываюсь. Она смотрит на меня с такой надеждой, ей так хочется забрать у меня неудобную верхнюю одежду, которой на мне, кстати, нет, что мне почти что хочется содрать с себя кожу и отдать в ее протянутые руки.

Ты слишком одержима собственной бедностью. Настоящим беднякам на свою бедность насрать.

– Мы живем с мыслью о том, что мы особенные и одинокие. И глубоко в этом заблуждаемся.

– Саманта! Почему ты нас не знакомила?

– Потому что я кусаюсь, – говорит Ава, выскальзывая из-за стола. – Так что, можно сказать, с ее стороны это акт нереального милосердия.

– Привет, Саманта, – говорят зайки всякий раз, когда мы пересекаемся в студгородке. И улыбаются при этом так, словно я – мальчик, которого они заприметили всей компанией, но пока не решили, влюбляться в него или нет.

Лица лоснятся, подпитанные незримым сиянием медицинской страховки.

Может, я могла бы сделать это снова. Выдумать её обратно. Вечно жить  с ней на крышах и деревьях моего воображения. Сдать её обтянутую кружевом ладонь ещё хотя бы раз и уже никогда не отпускать.