Цитаты из книги Соблазн быть счастливым

На самом деле чувствуешь гораздо большую близость, когда сидишь вместе на кухне, чем когда лежишь вместе в постели.

Уважение – это то оружие, которое позволяет человеку прийти к цели, для многих недостижимой, и сделать со своей жизнью то, что ему хочется.

- В жизни нужно уметь идти на компромиссы, - продолжает Элеонора, увлёкшись темой разговора, - а старость, дорогой мой Чезаре, - это один беспрерывный компромисс.

Одно из преимуществ преклонного или  "третьего" возраста - это то, что можешь делать всё что вздумается, ведь всё равно никакого четвёртого возраста для раскаяния уже не будет.

В их возрасте люди еще не понимают, что да, это, конечно, важно достигнуть цели, но нет никакой спешки – ты не должен ставить никакой рекорд. Гораздо лучше прийти к финишу не торопясь, медленным шагом, наслаждаясь окружающим пейзажем и сохраняя размеренный темп и ровное дыхание на протяжении всего пути, чтобы наконец закончить свое путешествие как можно позже.

Никому из нас не дано выбрать, где кажется его аквариум — на мирной кухне старика-пенсионера или на комоде в коридоре дома, где случится трагедия. Как говорится, всё решает случай. Иногда он может решить так, что наш мир, наш стеклянный шар, разлетится на тысячу осколков, и нам останется лишь ловить воздух ртом в надежде, что какая-нибудь милосердная душа пройдёт мимо и подберет нас.

— Знаешь, какое самое большое из сумасбродств?

Моя дочь волнуется о моем здоровье, не дает мне пить и курить – и все, чтобы иметь возможность продолжать цапаться со мной как можно дольше.

В жизни каждого человека наступает момент, когда он понимает, что все эти романтические истории о невероятной любви, которые рассказывают бабушки и старые тетушки, – все это полный бред.

Я же всю жизнь провел, ища виноватых и жалуясь – на Катерину, на мою работу, на то, что мне не хватает свободы, на неправильно сделанный выбор, на детей, отнимавших у меня силы, на стремительно летящее время – лишь бы не смотреть в глаза единственной настоящей правде: я сам оказался неспособен ничего изменить.

Не то чтобы я ненавижу людей – просто я слишком занят самим собой, чтобы меня волновали еще и другие.