Цитаты из книги Самайнтаун

За свою жизнь она видала множество людей, бедных и богатых, здоровых и больных, царей и воинов, убийц таких же, как она, и даже хлеще. Но никогда – носящих тыкву вместо шлема и ворчащих вместо того, чтоб нападать в ответ.

Осень, которую она едва не предала, снова заключила её в объятия и стала ближе всех. Зябкая, непогожая, золотая и ароматная в своём гниении. Во имя этой осени она сожрёт лето живьём.

Охота в стае – удел волков, но Титания и ее дети не были волками. Однако после них тоже оставались потроха и кости, красная листва и кислый смрад, в котором еще долго гнили эти сочные, пузырчатые ягоды с цветами.

Будучи русалкой, Лора могла петь, сколько пожелает и сколь угодно громко, но не имела никого, кто мог бы ее слушать. Став человеком, она получила в распоряжение целый мир, но петь, как раньше, не могла – человеческая плоть, слишком слабая, не подходила для русалочьего голоса.

Не всем морским девам даны чары, не все морские девы созданы, чтобы заманивать в пучину и топить. Последнее делали сирены, они пели душам, которыми питались. Русалки же пели лишь умам.

Лето – это не только о цветах. Лето – о силе жизни. А светлая часть года, жизнью пышущая и ее воплощающая, никогда мой двор не принимала, поэтому и мы отвергаем те дары, что она плодит.

Людям невдомек, что жизнь и вытягивающее силы предсмертие легко спутать, ведь недаром и больные начинают есть и вставать с постели перед тем, как окончательно падут.

Она всегда садится за ударные, когда ей плохо, а печаль кормится людьми, как тля цветами.

Ведь только страдая, можно по-настоящему освободиться, а в страдании она знала толк.

Лишь Лорелея может позаботиться о Лорелее. Никто другой понастоящему ей не поможет.

Если хочешь поболтать о Джеке, в твоем распоряжении весь базар! Он очень популярен, поверь, каждый второй здесь будет рад потрепаться с тобой о нем.

Смерть смертью, но и о жизни не стоит забывать.

В дупло, из которого жужжит, голой рукой не лезут.

Лето - это не только о цветах. Лето - о силе жизни.

Смерть смертью, но то жизни не стоит забывать.

Каждый раз, вспоминая Розу, он неизбежно вспоминал ее дитя. Ведь, полюбив одну, он тем самым полюбил обеих. Потеряв первую, вторую он теперь боялся отпустить.

Он больше не искал виновника в прохожих – он искал его в себе. «Там был кто‐то, похожий на меня». Эта мысль никак его не оставляла. Ведь сколько существует Самайнтаун, столько здесь существует осень – вечная, незыблемая.

А еще Джек давно заметил: чем больше в Самайнтауне жителей, тем лучше у него это получается, будто их силы стекались к Джеку по ливнеотводам вместе с дождевой водой. Так мелкие речушки наполняют океан.

А от твоей свечи можно и другие зажечь. Если боишься, что одна погаснет, то пусть их станет много. Будут поддерживать друг друга, коль это колдовство какое.