Цитаты из книги Лишний в его игре

Оказывается, мысли могут приносить такую боль, словно тебя избивают в кровь.

Когда человека принимают таким, какой он есть, тот будто обретает суперсилу: теперь он может все, даже спасти Землю от столкновения с астероидом.

Чтобы стать лучше, ты ничего не делаешь. И дальше так продолжаться не может.

И почему вообще граффити считается вандализмом? Иногда это ведь невероятно талантливые работы.

В этом мире, чтобы тебя приняли в общество, ты должен выглядеть счастливым и дружелюбным.

Чувства — это математическая задача. Я явно рад тому, как круто изменилась моя жизнь. Но также и переживаю — из-за Ярослава. Я даю своей радости оценку в 7 баллов из 10, а тревоге и грусти… 10 из 10. Вычитаю из первой оценки вторую и делаю вывод.

Семейная идиллия строится на таких вот взаимных уступках, а вовсе не на тщательном соблюдении строгих правил (как раньше считала мама) и не на невмешательстве в жизнь друг друга (как считал я).

— Нет. Но «Многоточие» действительно включаю, когда мне грустно.

— Зачем слушать грустное, когда и так грустно?

— Ну, Дань, ты же в математике шаришь, должен знать, что минус на минус дает плюс!

Ее «рекламная» жизнь — иллюзия. В ее реальности много боли, хоть она и пытается это скрыть.

С тех пор я много думаю о том, как же это страшно: находиться в толпе, но в то же время знать, если вдруг что случится, тебе никто не поможет. Тебя словно не видят.

Почему в школе учат дурацким логарифмам, но не объясняют, что белое нельзя стирать с красным?!

Оказывается, мир такой многогранный, но некоторые его грани просто ужасны…

Я был прав: мы говорим на разных языках, и оказывается, что на этих языках люди даже думают наоборот.

Ему не надо изображать из себя кого-то. Окажись он убийцей, наркоманом, вором, террористом — она все равно будет любить его, не за что-то, а вопреки. Потому что она — мама. Чтобы заслужить мамину любовь, не нужно что-то ей доказывать.

..просто я ничего не могу с собой поделать. Словно в моей голове разрушен мост, соединяющий две станции: «Мысли» и «Слова». Поезд не может там проехать. Потому что между станциями — пропасть. Вот бы люди поняли, что у меня в голове совсем другое.

Только жалкие и ничтожные люди вымещают на слабых свою боль и перекладывают на них ответственность за свои проблемы.

Жалко его: на что, наверное, не пойдешь ради любви.

Я знаю, что со мной все в порядке, просто все люди разные.