Sõnad sügavas sinises

— Такое чувство, будто Вселенная одурачила и Кэла, и нас вместе с ним.
Если бы брат был жив, мама спокойно бы объяснила, что Вселенная — это всего лишь космос и все химические элементы, ее диаметр — десять миллиардов световых лет, состоит она из галактик, солнечных систем, звезд и планет. Разве все это может одурачить человека? Но Кэл мертв. Поэтому она закуривает вторую сигарету и говорит:
— Да, одурачила. — Дым улетает вверх, к звездам.

От слов, конечно, может вспыхнуть огонь революции, но огонь на хлеб не намажешь.

Если все, столкнувшись с трудностями, станут бросать любимое дело, жизнь превратится в кошмар.

А вдруг все стоящее не даётся нам без страха?

Заснуть я могу, только переключившись на "Облачный атлас". Каждый раз, когда мне хочется поцеловать Генри, я читаю страницу из книги. Их там 544. Я почти закончила читать.

– Значит, можно привыкнуть к этому? К смерти.
– Нет. Наверное, потому что нет двух одинаковых смертей. Иначе это было бы ужасно.

– Ладно, перестань быть посмешищем. Хватит думать о ней, глазеть на нее, хотеть ее. Завязывай. А если правда не можешь – так хоть притворись, что вспоминаешь ее все реже. Она не вернется, пока ты за ней бегаешь.
– Нет чтобы сказать, какой я замечательный…

Что может быть хуже, чем составлять каталог любовных писем? Слушать его нытье.

– Жертв безответной любви нужно отстреливать.
– Это, безусловно, уменьшит численность населения.

Генри широко разводит руками, описывая степень своей любви к Эми, и сводит их, демонстрируя размер головного мозга Грега.