Романи

Господским речам особенно доверять не стоит, в подобных обстоятельствах господа любят говорить что-нибудь приятное, но все это имеет мало значения или вовсе ничего не значит, они только скажут и тут же забудут навсегда, правда, в следующий раз можно попасться на эту же приманку.

<...> она любила свою удобства и предпочитала одиночество, чувствую себя счастивее всего, когда могла дома в полной свободе растянуться на кушетке рядом с кошкой, которая не мешала, потому что почти не могла двигаться.

Да, как ни странно, это был коньяк, он обжигал и грел. Какое превращение - отопьешь, и то, что казалось только носителем нежнейшего запаха, превращается в грубый кучерский напиток!

<...> запах был такой сладкий, такой привлекательный, словно кто-то любимый похвалил тебя, приласкал добрым словом, а ты даже и не знаешь, чем, в сущности, идет речь, да и знать не хочешь и только счастлив от одного сознания, что именно так с тобой говорят.

Трудно было сказать, на чем сидишь, настолько ты утопал в пледах, мехах и подушках; куда ни повернись, как ни потянись - всюду под тобой было мягко и тепло.

словно все эти сомнения не были его собственными, словно их пытались внушить ему другие люди

В законе, которого я, правда, не читал, с одной стороны, сказано, что невиновного оправдывают, а с другой стороны, там ничего не сказано про то, что на судей можно влиять.

Пока я находился с тобой в служебных отношениях, ты, разумеется, был для меня важной персоной, не из-за твоих достоинств, а по долгу службы, и я охотно сделал бы для тебя все, чего бы ты не захотел, но теперь ты мне безразличен

Жертвуешь своим здоровьем, сам не замечая, да еще ради самых нестоящих дел

Он находился в том состоянии, когда трудно правильно судить о чем бы то ни было, кроме собственной усталости