Цитаты из книги Divergent Trilogy

Мне кажется, война вообще никогда не прекратится... вообще нигде. Есть только короткие передышки, которым мы присвоили глупое наименование "перемирие".

Я принадлежу людям, которых люблю, и они принадлежат мне - они и любовь и преданность, что я им даю, определяют, кто я есть намного больше, чем любое слово или фракция когда - либо могли.

Что противостоит бессилию? Сила.

Я беру его за руку. Наши пальцы сплетаются. У меня перехватывает дыхание.

Ты можешь позволить другому человеку пожертвовать собой, только в качестве последнего способа показать, что он тебя любит.

Becoming fearless isn't the point. That's impossible. It's learning how to control your fear, and how to be free from it.

My father used to say that sometimes, the best way to help someone is just to be near them. I feel good when I do something I know he would be proud of, like it makes up for all the things I've done that he wouldn't be proud of.

Everything - our houses, our clothes, our hairstyles - is meant to help us forget ourselves and to protect us from vanity, greed and envy, which are just forms of selfishness. If we have little, and want for little, and we are all equal, we envy no one.

Иногда смелость означает необходимость отдать свою жизнь ради другого. А порой - отказ от всего, что ты любил

Иногда трудно понять, что именно нужно предпринять, чтобы позолотиться о друге

— Есть много факторов, которые влияют на выбор.

— Это подарок. Его нельзя заслужить, иначе он перестанет быть подарком.

— Когда тебе доверяют всю информацию, ты должен решить, какой ее частью следует поделиться с остальными...

Нас объединяет общий враг, но делает ли это нас друзьями?

— Все общее давно поделено на части.

У меня бы не получилось жить как он, всегда отслеживая, кто мне что-то дал, и кому я должна, неспособная на любовь или верность, или прощение, одноглазый человек с ножом в руке, ищущий, кого бы лишить зрения. Это не жизнь. Это бледная версия жизни.

 — Я не знаю, в каком мире живешь ты, но в моем люди делают что-то для тебя только по двум причинам: во-первых, если хотят получить что-то взамен, во-вторых, если чувствуют, что чем-то тебе обязаны.

Горе не так мучительно, как чувство вины, но изматывает куда больше.

Однажды, когда мне было лет одиннадцать, я остановилась на пороге их спальни, чтобы посмотреть, как они застилают постель. Мой отец улыбнулся маме, когда они синхронно разложили простыни и разгладили их. По тому, как он смотрел на нее, я знала, что он ценил ее намного больше, чем самого себя. Ни эгоизм, ни смущение не помешали ему увидеть ее доброту, как это часто бывает с другими. Такая любовь может существовать только в Отречении? Не знаю.

Есть кое-что, о чем знают Бесстрашные, а Искренние нет — это, как бороться даже тогда, когда борьба кажется бесполезной.