Таргани

- Я снова начал курить "Кэмел" этой осенью, - сказал Харри, похлопав себя по карману. - Однажды у меня была возлюбленная, которая курила эти сигареты. Мне не разрешалось стрельнуть у нее курево, так как она считала, что это дурная привычка. Мы путешествовали "интеррейлом", и вот в поезде между Памплоной И Каннами я обнаружил, что у меня кончились сигареты. Она решила, что это послужит мне хорошим уроком. Ехали мы почти десять часов, и в конце концов я пошел в другое купе стрельнуть сигарету, в то время как она сидела и дымила своим "Кэмелом". Забавно, правда?
Он поднес сигарету ко рту и дунул на тлеющий кончик.

• Когда мы приехали в Канны, я то и дело просил закурить у посторонних. Сперва она только веселилась. Но когда я начал обходить столики в парижских ресторанах, ей это уже не казалось таким веселым, и она предложила мне свою пачку, но я отказался. Потом в Амстердаме она встретила знакомых из Норвегии, и я принялся клянчить у них сигарету, хотя ее собственная пачка лежала тут же, на столе, и она назвала это ребячеством. И купила для меня пачку сигарет, но она так и осталась лежать в номере в отеля. Мы возвращались в Осло, и я все продолжал стрелять сигареты, и тогда она назвала меня больным.
• У этой истории есть конец?
• Да. Она бросила курить.
• Выходить, хеппи-энд, - хмыкнул Лёкен.
• И тогда же она уехала с каким-то музыкантом в Лондон.