Ну что сказать, к Форстеру я всё возвращаюсь и возвращаюсь, хоть и ругаюсь на него временами.
"Комната с видом" - самая знаменитая, наверное, его книга, но к которой я пришла уже после постапокалиптический анти-утопии The Machine Stops, несколько раздражающего, но очень грустно-мягкого Мориса и надменного, но приятного Howards End-а. Хотя "Машина" меня просто покорила и навсегда затмила все дальнейшие (анти)утопии, что я читала, два последующих романа оставили...эммм, многогранные впечатления, скажем так. Форстер пишет просто волшебно, язык сказочной красоты. Но временами меня начинали выводить из себя некоторые герои, а ещё частенько становилось в некоторых местах скучновато. Главным моим огорчением было обидное отсутствие внятных женских персонажей (в резкий противовес мужским), они вечно выходили какими-то искусственными (впрочем, по этому поводу какой-то аноним обозвал меня сексистом на лайвлибе, ну да ладно).
История в "Комнате с видом" крутится вокруг молоденькой девушки (Люси) из зажиточной знатной семьи, которая отправляется в Италию со взрослой незамужней кузиной. Флоренция и Рим приносят ей не только возможность расширить кругозор, но и познакомиться с людьми, значительно отличными от круга общения её матери. Впервые получив возможность думать и делать выводы самостоятельно, Люси начинает сомневаться в правильности всего её уклада жизни и, в конце концов, в самой идее вступить в брак с благонадежным, образованным и изысканным (но чудовищно занудным) Сесилом, тем более что на горизонте постоянно маячит романтичный и мятежный Джордж, воспитанный в духе атеизма и вольнодумия.
Так вот, "Комната с видом" - первый роман Форстера, где я встретила очень "настоящую", очень "живую" главную героиню. Люси - глубокий, многоуровневый женский образ, проходящий значительную, если не сказать стрессовую, трансформацию, превращаясь из маленькой, избалованной девочки, привыкшей следовать указам взрослых и зомбированной классовыми устоями, в личность с собственным взглядом на вещи и моральные ценности. Сам роман для меня не стал "историей любви" (в коем виде он часто подаётся и подаётся), это полноценный Bildungsroman, "роман воспитания" (причём, в значительно большей степени, чем тот же "Морис", где герой на самом деле так и не взрослеет).
Для Англии самого начала двадцатого века (роман вышел в 1908) книга полна очень прогрессивных, местами крайне смелых идей - от достаточно циничных рассуждений некоторых героев до почти феминистических идей касательно прав женщин и их места в обществе. При этом - книга очень "лёгкая", много нетипичного для Форстера юмора (очень забавны описания туристов-англичан в Италии, которые показывают, что нисколько мы все не изменились с тех пор).
Ещё одна интересная деталь романа - недосказанность. Мы видим историю глазами Люси, которая ещё только входит во взрослую жизнь, во многом оставаясь доверчивым и зажатым подростком. Её постепенное осознание происходящего: что не всё зависит от положения в обществе, что не обязательно всегда "сохранять лицо" и соблюдать приличия, что можно и нужно говорить правду - всё происходит очень неспешно и не слишком очевидно. Люси врёт самой себе почти весь роман, а значит - приходится читать между строк, ловить полунамёки и отголоски её настоящих чувств. Впрочем, так даже интереснее.
Минус полбалла за несколько нудное начало, я начинала книгу несколько раз и каждый раз откладывала. Не стоило, если пережить начало - дальше открываются врата литературного рая:)
Дальше немного ключевых цитат.
1) He could still remember his depression that afternoon at Rome, when she and her terrible cousin fell on him out of the blue, and demanded to be taken to St. Peter's. That day she had seemed a typical tourist - shrill, crude, and gaunt with travel. But Italy worked some marvel in her. It gave her light, and - which he held more precious - it gave her shadow. Soon he detected in her a wonderful reticence. She was like a woman of Leonardo da Vinci's, whom we love not so much for herself as for the things that she will not tell us. The things are assuredly not of this life; no woman of Leonardo's could have anything so vulgar as a 'story'.
2)'I had got an idea - I dare say wrongly - that you feel more at home with me in a room.'
'A room?' she echoed, hopelessly bewildered.
'Yes. Or, at the most, in a garden, or on a road. Never in the real country like this.'
'Oh, Cecil, whatever do you mean? I have never felt anything of the sort. You talk as if I was a kind of poetess sort of a person.'
'I don't know that you aren't. I connect you with a view - a certain type of view. Why shouldn't you connect me with a room?'
She reflected a moment, and then said, laughing:
'Do you know that you're right? I do. I must be a poetess after all. When I think of you it's always as in a room. How funny!'
To her surprise, he seemed annoyed.
Одна из ключевых символичных сцен. Люси ассоциирует Сесила (своего богатого и великосветского, но занудного жениха) с "комнатой", то есть чем-то закрытым, не свободным, скованным условностями. Когда как для него она связана с "видом", то есть чем-то широким, открытым и свободным. Однако Сесил старается "воспитать" Люси, заключить "вид" в некие рамки, сковать её "подрамником" правил общества и морали.
Любопытно, что все искренние сцены с Джорджем происходят вне зданий - на площади, на поляне, в лесу, в саду, а их единственная сцена "в комнате" - когда Люси доводит до предела своё желание врать, но придерживаться правил воспитания, и, превращаясь в Сесила и даже перенимая его тон, она даёт Джорджу отповедь.
3) Феминизм!:)) Впрочем, одна из самых ярких и откровенных речей из романов того времени, что я читала.
'...When we were only acquaintances, you let me be myself, but now you're always protecting me.' Her voice swelled. 'I won't be protected. I will choose for myself what is ladylike and right. To shield me is an insult. Can't I be trusted to face the truth but I must get it second-hand through you? A woman's place!'
5 понравилось
