Mansfield Park

Это было не очень легко, но я дочитала. Ощущение сложилось, что читала Бронте, а не Остин. Уж излишне правильная героиня, чрезмерно много морализаторства и ханжества. Можно, конечно, вспомнить время написания, но ведь есть же у Остин другие книги, и читать их намного легче. Как и сопереживать героям.

Чрезмерная длина повествования "Мэнсфилд-Парка" абсолютно не пропорциональна свершающимся в романе событиям. А финальные перипетии на 20 страниц только и годятся, чтобы чудесным образом дать свершиться безумному браку Фанни и Эдмунда. Их неожиданность, непредсказуемость, абсурдность...

Мне думается, что сама автор понимала, насколько создала пресную парочку и что не нужно нам расписывать их любовь-морковь: всё равно в неё никто не поверит, поэтому и уделила в конце этому событию примерно пару абзацев.

Я сейчас всё-таки покритикую книгу с позиции нашего времени, потому что в некоторых вопросах даже 19 век не оправдание! Начнём с главного! Это ИНЦЕСТ! Ну хоть убейте! Я понимаю, что в английском есть замечательное слово "кузина", которое мешает периодически усмотреть суть вещей. Вот в русском точнее: двоюродная СЕСТРА. И, как правило, первое слово опускается, и мы понимаем, что перед нами РОДСТВЕННИКИ! Да, я с небывалым удивлением узнала, что даже по нашим современным российским законам разрешено жениться двоюродным братьям и сёстрам, представляете? и всё же морально такие вещи осуждаются. И больше, скажем, в XIX веке в некоторых странах нельзя было жениться двум усыновлённым, пока жив усыновитель. А ведь это даже не родственники (но их воспитывали, как брата и сестру)! Получается, принцип непрямого родства (и даже родства на бумаге) тоже учитывался!

Так что не так с Англией? Ведь перед нами не просто родственники, а жившие под общим кровом с детства. Эдмунд, знавший Фанни десятилетней и помогавший той в развитии ("

"). Я понимаю, что юная девица могла воспылать симпатией к двоюродному брату (учитывая её возраст, его ум (не образец для подражания, но под пивко сойдёт), внешность и отсутствие в окружении каких-либо мужчин вообще помимо старых дядюшек). Но в ответное чувство я не верю! А ощущение кровосмесительства усиливает обращение с Фанни, где Эдмунд прямо подчёркивает, что она ему СЕСТРА. И тут даже нет никакого словоблудия с "cousin":

Воспитал себе жену, молодец. Меня от такого просто воротит (представьте на этом месте рвотный смайлик).

Его любовь к Мэри, - которую он, уж простите, за***л своими придирками, будто уже пастор, хотя в силу возраста и жизненного опыта не имеет никакого права поучать (даже сан и приход ему покупают) - была естественной, понятной, закономерной. К тому же ответной. И девушка ведь не описана пустой кокеткой, а самой обычной девицей, со своими плюсами и минусами. То, что Эдмунд с ней расстался по надуманным основаниям и внешним событиям, в которых она не виновата (но, видите ли, недостаточно она их осудила, повела себя практично и без истерик: о где же ты, хвалёная женская скромность? пф!), говорит лишь о его незрелости. А ведь он даже не заметил, что просит её о жертве (к которой она даже начала склоняться), а сам не готов бросить своё (обеспеченное отцом) будущее ради неё. Если она не хочет похоронить себя в сельской глуши, то не любит его. Если он не хочет бросить воображаемый приход, то из чувства долга, конечно же. Ну, и то, что в итоге Мэри не могла найти себе пару, говорит в её пользу. Она всех сравнивала с Эдмундом, и молодые люди не выдерживали сравнения:

А он быстро утешился ("ему предстояло научиться предпочитать мягкое сиянье светлых глаз блеску глаз тёмных"). И что это - любовь? То есть после такого он ещё предстаёт страдальцем, который якобы жить не мог без Мэри.

Фанни же молодец. Вся такая скромная, вокруг одни порочные, тщеславные (кроме родного братца Уильяма, конечно, тот вообще не думает о славе, кичясь своим мундиром, а то, что ему выбили повышение, так он же этого достоин!). Живя на всём готовом половину жизни, она, конечно же, поражена своим настоящим домом, своими родителями (и желает она быть полезной только своей избалованной ленивой тётке в богатом поместье, но не своей бедной матери с ватагой детей). Конечно, всё для неё будет как надо: будет жить, где привыкла, выйдет замуж за того, за кого хотела. Кузина Мария станет изгоем (ну, захотела девушка жить в любви, так соседи осудят, нельзя её домой возвращать), нелюбимая тётка уедет. Лепота!

Добродетель вознаграждена, порок наказан. Всем спасибо, все свободны! Аu revoir!

Довольно типичный морализаторский роман Остин, не самая выдающаяся ее работа. Я вообще не очень люблю ее творчество, но зачем-то продолжаю читать в попытках найти годную классическую женскую прозу. Эта книга мне скорее не понравилась, чем понравилась.

По сюжету богатая семья берет на воспитание бедную племянницу и самоутверждается за ее счет. Излюбленный мотив о бедной сиротке надоел еще у Диккенса. Главная героиня - невзрачная моль с выдающимся моральным стержнем (по мнению автора), осуждающая всех и вся.

Половину повествования мне было откровенно скучно. Все персонажи страдают от безделья, ищут женихов и переливают из пустого в порожнее во время бесконечных чаепитий. Событий на 500 страницах практически нет, одни разговоры. При этом в романе нет никакого исторического фона и культурного контекста, только страсти и интриги.

Любовная линия мне показалась абсолютно неубедительной. Мало того, что Фанни влюбилась в брата, так еще и взаимность появилась на ровном месте в конце книги, про это пару строчек в эпилоге. Почему вдруг Эдмунд разглядел в сестре любовь всей жизни, если он относился к ней с братским снисхождением? Также я не поняла мотивацию и поступки других героев. Зачем Генри сбегает с кузиной, если был так влюблен в Фанни и добивался ее месяцами?

Из плюсов могу выделить приятный слог Остин, атмосферу старой Англии 19 века и интересных хорошо прописанных второстепенных персонажей.

По итогу, имеем довольно средний дамский роман о любви, в котором нет никаких вот это поворотов. Если запрос на чтение именно такой, то почитать разок можно.