เพลิงผลาญโศก

Чистый белый снег приводил к снежной слепоте, а слишком честная дорога к слепоте душевной. Человек должен был обладать непоколебимой волей и решимостью, чтобы пройти этот путь. Лишь пережив огромное количество невзгод он мог возвыситься и нести на себе всю тяжесть истины.

Он хотел закрыть двери и окна, хотел спрятать Линъюаня от этого мира, от теней, от людей, от целого света, чтобы никогда не впускать сюда даже весну.

— Матушка, мужчинам в этом мире уготована печальная участь, — начал Шэн Линъюань. — Когда ребенок появляется на свет, у него на лбу не написано, кто его отец. Вероятность обознаться слишком высока. Но женщины — совсем другое дело. Женщины прекрасно знают чей это ребенок и откуда он взялся.

Как странно. Человеческая психика крайне хрупка, порой даже небольшая травма могла надолго сбить несчастного с ног. Но иногда она могла стать для него точкой опоры, и человек, подобно дикой траве, обретал способность раскалывать камни и пускать ростки. Как только рядом появлялось более слабое существо, человек невольно начинал играть роль более сильного.

Свобода для изгнанника — это источник боли и начало страданий.

Однако, чем громче голос, тем короче ум. В мире нет ничего вечного, не говоря уже о людях. Разве тот, кто некогда казался хорошим, не мог стать плохим?

Прийти вовремя всегда лучше, чем прийти рано.

Только работу «героя» нельзя бросить на полпути. Она не прощает ошибок. Герои должны оставаться таковыми до самого конца, иначе все их прошлые заслуги быстро обернутся недостатками и превратятся в пыль.

В конце концов, каждый волен был сам решать — приходить ему на работу или нет.

Некоторые люди говорят, что судьба — это сломанное колесо. Оно крутится и крутится, сминая едва распустившиеся цветы, а потом вновь возвращается на круги своя.