Фокус

Первая книга, в которой я встретил закрашенный цензурой небольшой фрагмент. Такие нынче времена. Книга о том, что чувствует человек, который способен чувствовать, во время того, когда её страна воюет. При этом вынужденно эту страну покинув. Герой - писательница М. - ищет не столько себя, сколько подходящий в этом скользком бытии угол, где можно укрыться и это самое "себя" снова нащупать. Книга о потерянности, где жестокая реальность заставляет видеть себя как абсурдный сюжет, где переплетается правда и вымысел, жизнь и цирковой трюк.

Война - это всегда страшно.

Писательница М. - героиня повести - рекомендациям Максимилиана Волошина из далекого 1916 (написанным во время "Империалистической" - Первой мировой войны) не последовала. Поселилась в отеле у озера, где проживает с такими же интеллектуалами , как она, собранными по всему свету (удивительно напомнил "Игру в биссер" Гессе ), не пропускает ничего из грязного информационного потока, мучается чувством вины, стыдится "страны, где появилась на свет", злится за Зверя (боясь превратиться в него), стесняется языка, на котором пишет и не хочет больше писать. Невозможно преодолеть противоречие

Если прикрыть глаза, чтобы не так слепила яркость белого пальто, практически - типичный кризис среднего возраста, чему эта повесть, временами притча, посвящена. Волею обстоятельств М. оказалась одна в незнакомом приморском городе, "вне собственной заранее ясной траектории" без видимых дел, обязательств и даже сотового телефона (он разрядился)

Попытка изменить свою жизнь: знакомство с "человеком с заколками на волосах", с девушками из цирка, участие в в цирковом аттракционе (фокусе по распиливанию её бензопилой), и даже приглашение уехать с цирком на гастроли. Но... не срослось, да и не могло срастись. В escape room, где за 60 минут надо было найти выход, они со спутником даже не приступили к выполнению задачи -ностальгировали, глядя на старые вещи, которые должны были стать подсказками, вспоминали его столетнюю бабушку, которая не хочет жить - "столетье ей досталось так себе."
Кругом - слепые: пассажир, который с женой по карте планируют путешествие, директор цирка не видя, указывает куда идти и что делать...
Обнулиться не получилось, превратиться из писательницы М. в женщину А тоже. Не вышло, как в любимом в молодости романе про женщину в капюшоне. Надо возвращаться к себе, в себя, наводить порядок на полках в своей голове и что-то решать. Или докуривать чужие окурки в ожидания возвращения цирка.
Повесть написана мастерски!

В рамках проекта 24 Нового издательства вышла новая проза поэта и эссеиста Марии Степановой («Памяти памяти»). На черно-белой обложке работа Катерины Ковалевой. 
Писательница М., застрявшая в европейском городке из-за ж/д-забастовки, поначалу пытается совершать привычные действия, благодаря которым выживала последние пару лет, но потом атмосфера вокруг, жизненная усталость, разрядившийся телефон — и планы идут не по плану на радость читателю.

Философско-психологическая новелла в лучших традициях классического романа, когда важнее внутренний конфликт и мысли, и только главный герой не по канону — женщина. В то же время это — hokuspokus — аллегорическое высказывание, которому ярко обыгранная анималика — закулисье цирка и зверье — придает почти маскулинную чувственность, а сказочная, средневековая и таротная составляющие — магию (никакого мошенничества).
Сам текст, окутанный авторскими метафорами (стоит только представить: девушка спокойная, как парк на рассвете, или привычка, которая выпрастывается наружу, как морда тюленя из-под воды) не требует комментариев. 

Книга, о которой сложно писать без спойлеров, её надо читать, погружаясь в поэтично-метафоричный текст и аллегорию нашей жестокой реальности.

Главная героиня - писательница по имени М. Хотя она больше ничего писать и не собирается. Из-за отмены движения поездов писательница останавливается в маленьком европейском городке. Она давно не оказывалась в чужом городе без дела и без планов. Но именно здесь с ней начинают происходить метаморфозы.

Фокус бродячего цирка?
Фокус комнаты эскейп-квеста?
Фокус ухода от Зверя, который уже впился когтями в кожу?

Весь фокус новой книги Марии Степновой в метафоричном исчезновении женщины и появления вместо нее другой. Совершенно новой, отбросившей, как ящерица, хвост и все фантомные боли. Боль от потери собственной идентичности, боль от ощущения собственной чудовищной сути, боль от мысли, что и у неё начнет «пробиваться понемногу рыжая шерсть пониже локтя».

Невероятно откровенная книга о потерянности, самоощущении человека во время войны, чувстве оторванности от родной культуры и обнулении прежней жизни.

Прохладная, водянистая, слегка аутичная проза. Писательница М. едет из творческой европейской резиденции на встречу с читателями в другой город. Из-за забастовки железнодорожников всё идёт несколько не по плану, ведь мир снаружи сломан так же, как и мир внутри. М. пребывает в зыбком стыде, ей кажется, что она невольно стала частью государства-зверя, развязавшего захватническую войну. Как себя отделить от зверя, не быть его частью, если даже язык, на котором ты думаешь - это язык агрессора, задача нерешаемая. Фрустрированный анабиоз в безликой гостинице, сознательно отключенный смартфон, разочаровывающее уличное знакомство и, как пятно относительной теплоты среди чужого холодного безразличия - передвижной цирк, где героиню умащивают в уютный кофр, чтобы разрезать (понарошку, конечно) на арене бензопилой. С этим цирком у М. связаны надежды, но цирк уехал, а хищники остались. В позвякивающем символизме текста, как в хрустальной вазе на полке должен храниться некий ключ. Тебе кажется, что ты его почти нащупал, но новелла, растянутая до размеров микро-повести, заканчивается. Смартфон придётся включить.

Вторая книга, что я прочитала у Марии Степановой. И опять 10 из 10 и в лучшее года. Короткая повесть с простым сюжетом и большими мыслями, которых хватило бы на толстый роман.

Рассказ ведется от третьего лица, но в начале похож на автофикшн. Однако морок быстро рассеивается, и становится понятно, что это скорее притча, ну или что угодно еще, я не возьмусь определить жанр.

Героиня повести - писатель, уехала из России вскоре после известных событий. С тех пор она живет в какой-то европейской стране, пишет, участвует в публичных выступлениях, на которые ее время от времени приглашают. Вот и теперь она едет в соседнюю страну на встречу с читателями. Встрече этой не суждено состояться из-за забастовки железнодорожников. Пытаясь добраться до места назначения альтернативным способом, она обнаруживает себя в незнакомом городе, куда приехал цирк.

"Фокус" - о потерянности, о бездомности, о бесприютности. Не только из-за иммиграции. Многие из нас чувствуют себя потерянным сейчас, находясь в собственном доме, никуда из него не уезжая. Текст о том, как человек пытается переизобрести себя и мир вокруг. О желании убежать и скрыться от реальности и невозможности этого. О том, что все равно придется вернуться в мир. О том, как внутренне сжимаешься, когда в другой стране тебя спрашивают, откуда ты. О русском языке, который вдруг стал во всем виноват.

Отстранившись, посмотрев на себя со стороны, как будто бы выйдя из собственного тела, автору удается очень точно зафиксировать мимолетные мысли и чувства, которые сложно уловить в суете, и уж тем более отрефлексировать. Это очень точный и одновременно очень поэтичный, наполненный метафорами, текст. Я страшно благодарна за него Марии Степановой. И за читательское удовольствие, и за точность в передаче того, что я тоже чувствую почти три года, находясь не в иммиграции, а дома. Если и у вас есть потребность почувствовать, что вы не одиноки, то очень рекомендую. Более того, рекомендую купить именно бумажную версию, как документальное свидетельство произошедшего с нами. В книге есть закрашенный отцензурированный кусок, который очень органично вписывается в эту антиутопическую реальность.

Вот совсем ничего не буду писать о военных действиях между X и Y, которые стали первоисточником этой книги, скажу только несколько слов непосредственно о самом тексте, который прекрасен, и его буквально можно разобрать на цитаты. 

Например, прочитав это, я уже точно не могла «пройти мимо»:

«В одной французской книжке, которую М. когда-то очень любила, речь как раз шла про капюшон. М. в те времена было чуть больше тридцати, а героине романа — около пятидесяти, и это уже было утешительно, как платье, пошитое на вырост. Получалось, что и в пятьдесят можно будет изменить свою жизнь до неузнаваемости, перекроив ее наново, да так, как сама от себя не ждешь… Когда изменилась жизнь самой писательницы М., причем изменилась без всякого её участия и даже разрешения, ей тоже было около пятидесяти и она всё ещё ждала, что в какой-то момент ей достаточно будет закрыть глаза, чтобы почувствовать себя дома. Видимо, это было трудней, чем описывалось в той книге, капюшон то и дело отказывался помогать».

И вот эта, читая которую сразу «проживаешь» те чувства, которые появляются у тебя самой во время очередной поездки на поезде:

«где-то шесть часов тихого вагонного сидения, обещающего полную выключенность из времени. Тебя на этот срок как бы нет на свете, никто не имеет права взять тебя за невидимую пуговицу и призвать к разговору. Почему-то принято считать, и это великое благо, что человек, занятый перемещением, выполняет некую работу, требующую глубокой концентрации: в день, когда ты в пути, имеешь полное право не отвечать на звонки и письма, словно находишься в непрозрачной капсуле с табличкой «Не беспокоить», и отвлекать тебя от движения вроде как неприлично». 

Сама книга совсем небольшая и её можно «проглотить» всего за несколько часов. Так что всем, кому, как и мне показались близки приведённые цитаты, книга Степановой, скорее всего, точно «зайдёт».