Я никогда не могла быть с ним собой.  Я всегда старалась быть лучше себя, быть той Анной Перо, которая имела право просто стоять с ним в одной комнате.  Делить постель. Но брак - это не постель. Брак - это отношения на равных.  А равной ему я никогда не была. Впрочем, как и он мне.

- Страх - это источник силы, мисс Эмери.  Это двигатель, который заставит тебя идти даже тогда, когда сил нет.

И пусть это ничего не изменит, в мире, где есть справедливость, ещё можно жить.

Я улыбаюсь. Мне больно, но я улыбаюсь, вытягиваясь, как стрела, смотря в его опять холодные и опасные глаза. Вина слетает с него, как мишура. И его губы в тысячный раз за этот год впиваются в мой рот, выколачивая из тела душу. Меня пронзает молния, но это не то приятное возбуждение, томление или ожидание, о котором мечтают девушки. Это животная, грубая, низкая страсть, которая разрывает тебя на куски. И даже удовлетворяя ее раз за разом, ты чувствуешь лишь еще больший голод.
Это зависимость.

Рано или поздно жертва и преследователь меняются местами. Рано или поздно преследователь превращается в наблюдателя, а потом в жертву. Идет непрерывный круг, игра в кошки-мышки, которая могла бы приносить удовольствие или разрушать. Кто окажется сверху сейчас? Кто кого переборет? Кто сможет выжать из ситуации максимум?
Если не способен справиться с обстоятельствами и изменить их, всегда можно измениться самому.

Надо подойти к задаче с позиции матметодов. То есть выписать все «за» и «против», присвоить каждому из них свой вес и просто посчитать.
Но, черт побери, одно «Аксель» имеет вес «бесконечность».

Он работал со смертью чуть ли не со школьной скамьи, но далеко не всегда та оказывалась столь интересной.
Удалили лицо. Ну надо же.

Кому может понравиться чужая тьма? Пока она далеко, пока ты с ней не соприкасаешься, манит и зовет. Но стоит подойти поближе, и ты тонешь в чужой бесконечной тоске, не в силах выплыть.

Дал бы он второй шанс женщине, которая однажды уже отказалась от него? Наверное, тогда — да. Сейчас - нет. Прошлое прошлому, тлену - смерть. Есть вещи, которых нельзя больше касаться ни при каких условиях.

Если в первое мгновение меня поразила его слишком яркая, слишком северная для этих краев внешность, то, как только мы начали общаться, меня поглотил его мир.
Его бездна. Холодность. Боль, которую я видела в синих глазах, которую мне так хотелось утолить. Я могла все изменить. Могла помочь ему, как никто другой. Эта затаенная боль и мрак во взгляде подписали мне приговор.

А холодные серо-стальные глаза смотрели так, будто Кристиан Бальмон прошел через ад и вышел оттуда не просто живым, а победителем и все там заморозил.

«Детектив, люди по сути своей двуличные твари. Мы носим маски даже там, где они не нужны. И  часто мы делаем не то, что хотим сами. Мы предпочитаем жить чужую жизнь, действовать по чужой указке, потому что в этом случае наша вина будет разделена с кем-то еще»

- Люди слабые, Аксель, - вдруг совершенно серьезно заговорила Эдола. - Каждый видит в другом лишь  то, что готов увидеть.

- Потому что ошибка профайлера чаще ошибок других членов команды приводит к смертям, Ада.