A Nest of the Gentry

Понимаешь ты силу этих слов: она ждет!

Слабые люди никогда сами не кончают — все ждут конца.

Как подумаешь: нет ничего сильнее на свете... и бессильнее слова.

... он уже не ждал ничего особенного ни от себя, ни от других и ничего не предпринимал.

Мне будет очень любопытно видеть человека, который имеет смелость ни во что не верить.

<...> самоломаный!

Дело в том, что слова Рудина так и остаются словами и никогда не станут поступком – а между тем эти самые слова могут смутить, погубить молодое сердце.

А впрочем, станемте-ка лучше чай пить; да на террасу пойдемте его, батюшку, пить; у нас сливки славные — не то что в ваших Лондонах да Парижах.

Появление пошлости бывает часто полезно в жизни: оно ослабляет слишком высоко настроенные струны, отрезвляет самоуверенные или самозабывчивые чувства, напоминая им своё близкое родство с ними.

"... мы прощаемся навсегда, и ты сам это чувствуешь… ты поступил умно; для нашей горькой, терпкой, бобыльной жизни ты не создан. В тебе нет ни дерзости, ни злости, а есть молодая смелость да молодой задор; для нашего дела это не годится."

"Павел Петрович помочил себе лоб одеколоном и закрыл глаза. Освещенная ярким дневным светом, его красивая, исхудалая голова лежала на белой подушке, как голова мертвеца… Да он и был мертвец."

"– Именно бескорыстный. А я, Аркадий Николаич, не только боготворю его, я горжусь им, и все мое честолюбие состоит в том, чтобы со временем в его биографии стояли следующие слова: «Сын простого штаб-лекаря, который, однако, рано умел разгадать его и ничего не жалел для его воспитания…»"

"А там, подальше, я посадил несколько деревьев, любимых Горацием.
– Что за деревья? – спросил, вслушавшись, Базаров.
– А как же… акации."

"«Большая ты свинья, – говорил один другому, – а хуже малого поросенка»."

— Как же! Очень нужны нигилисты!
— Нужны ли они или нет — не нам решать. Ведь и вы считаете себя не бесполезным.

- Да, это правда. Ты и для меня был всегда загадкой. Даже в молодости, когда, бывало, после какой-нибудь мелочной выходки, ты вдруг заговоришь так, что сердце дрогнет, а там опять начнешь... ну, ты знаешь, что я хочу сказать... даже тогда я тебя не понимал: оттого-то я разлюбил тебя... Сил в тебе так много, стремление к идеалу такое неутомимое...

• Слова, все слова! дел не было! -- прервал Рудин.
• Дел не было! Какие же дела...