A Nest of the Gentry

Мне будет очень любопытно видеть человека, который имеет смелость ни во что не верить.

Лучше камни бить на мостовой, чем позволить женщине завладеть хотя бы кончиком пальца.

Романтик сказал бы: я чувствую, что наши дороги начинают расходиться, - а я просто говорю, что мы друг другу приелись.

...порядочным людям стыдно говорить хорошо по-немецки; но пускать в ход германское словцо в некоторых, большею частью забавных, случаях - можно, c'est meme tres chic {это даже очень шикарно (франц.).}, как выражаются петербургские парижане.

... которая отказала двум хорошим женихам потому, что у них часов не было: а у Петра не только были часы - у него были лаковые полусапожки.

-- Однако позвольте, -- заговорил Николай Петрович. -- Вы все отрицаете, или, выражаясь точнее, вы все разрушаете... Да ведь надобно же и строить.
-- Это уже не наше дело... Сперва нужно место расчистить.

Сердце у ней было очень любящее и мягкое: жизнь ее скоро перемолола.

Отец им помыкает по-прежнему, а жена считает его дурачком... и литератором.

Пока мечтаешь о работе, так и паришь орлом: землю, кажется, сдвинул бы с места — а в исполнении тотчас слабеешь и устаёшь.

Николай Артемьевич порядочно говорил по-французски и слыл философом, потому что не кутил. Будучи только прапорщиком, он уже любил настойчиво поспорить, например, о том, можно ли человеку в течение всей своей жизни объездить весь земной шар, можно ли ему знать, что происходит на дне морском, – и всегда держался того мнения, что нельзя.

Со всем тем нельзя было не признать в нем хорошо воспитанного человека; отпечаток «порядочности» замечался во всем его неуклюжем существе, и лицо его, некрасивое и даже несколько смешное, выражало привычку мыслить и доброту.

Ему было двадцать три года; как страшно, как незаметно скоро пронеслись эти двадцать три года!.. Жизнь открывалась перед ним.

– Вам хочется полюбить, а полюбить вы не можете: вот в чем ваше несчастие.

иной комар сядет на нос царю создания и станет употреблять его себе в пищу. Это обидно.

"Ваш брат дворянин дальше благородного смирения или благородного кипения дойти не может, а это пустяки. Вы, например, не деретесь – и уж воображаете себя молодцами, – а мы драться хотим."

"С тех пор как я здесь, я препакостно себя чувствую, точно начитался писем Гоголя к калужской губернаторше."

"– Вы меня совершенно осчастливили, – промолвил он, не переставая улыбаться, – я должен вам сказать, что я… боготворю моего сына; о моей старухе я уже не говорю: известно – мать! Но я не смею при нем выказывать свои чувства, потому что он этого не любит."

Личность, милостивый государь, - вот главное; человеческая личность должна быть крепка, как скала, ибо на ней все строится.