Бывают такие книги, которые не особо хороши по части сюжета, но зато им очень подходит понятие "книга-настроение". Это настроение не всегда отражает ваше собственное в момент чтения, но хороши они именно этим. "Территория чудовищ" как раз такая книга.
Сюжет / сеттинг. Представьте: вы покупаете билет на поезд, который должен доставить вас из Пекина в Москву. Но вместо привычных пейзажей за окном — Великая Пустошь. Земля, измененная неизвестной силой. Место, где законы физики не работают, а в тумане копошатся жуткие твари. Садиться в такой экспресс?
Задумка романа просто шикарна. В альтернативном XIX веке Сибирь превратилась в Великую Пустошь - проклятые и смертельно опасные территории. Единственный способ пересечь их - Транссибирский экспресс, защищенный броней, алхимическими стеклами и строгими правилами безопасности. На дворе 1899 год. Очередной рейс обещает быть рутинным, причем это первый рейс после какого-то загадочного и чуть ли не засекреченного прошлого, во время которого произошло какое-то ЧП. Но добираться-то до Москвы или Петербурга как-то надо. Да и железнодорожная компания уверена, что ЧП больше не повторится, а меры безопасности были усилены.
По мере продвижения поезда через Запустенье пассажиры и экипаж сталкиваются с проявлениями аномальной зоны. Но еще и раскрываются их личные тайны и секреты. Настолько, что не можешь не задаваться вопросом: точно ли Запустенье снаружи, а не внутри? Может, надо бояться не непонятных монстров там, а обратить внимание на людей тут?!
В сюжете есть место и для условного детектива (одна героиня пытается выяснить, что же произошло в прошлый рейс, ведь это касается ее отца). И для мистики тоже. И даже есть ветка, строящаяся на закулисных интригах. И вроде бы все это органично вписывается в историю и антураж. Но из-за затянутости повествования, из-за довольно большой части с относительно ненужными рефлексиями разных героев и очень и очень долгой завязки, читать довольно муторно.
Атмосфера. Если попытаться судить беспристрастно, то автору удалось создать герметичность в духе Агаты Кристи с легким привкусом Лафкрафта и всякой жути. Несмотря на провисания в сюжете, очень атмосферны и описания самого поезда и его внутренней работы. Быт в таком необычном транспорте, история появления Запустенья и создания подобного поезда - местами напоминало производственный роман и верилось в реальность подобного. Мистическая составляющая тоже по части настроения не подкачала. Можно почувствовать и гнетущую изоляцию в нахождении "на борту". Плюс контраст между викторианским убранством купе и общих зон, между рабочей половиной поезда и низким классом, и тем, что снаружи. О Запустенье снаружи не дает забыть и описания меняющихся ландшафтов. Но это все работает, если рассматривать атмосферность романа отдельно от всего остального.
Язык / стиль автора. Стиль Брукс я, наверное, могу назвать отличным. Если вам по душе довольно плотный текст, с подробными описаниями всего, но без нагруженности красивостями. И если в описаниях природы, видов из окон или убранства поезда такой стиль работает "на ура", то в экшеновских сценах он воспринимается довольно тягомотно. Как будто герои никуда не уходили из общей комнаты и продолжают беседовать на разные темы. Плюс из-за платности и размерности текста в большинстве глав и частей книги очень заметно провисание и искусственное торможение сюжета. Так и хочется перелистнуть и сказать: "да давай уже быстрее".
Персонажи. Вроде бы герои получились живыми и даже колоритными. Можно легко представить себе их в интерьерах поезда и даже представить их жизнь вне него. Вот только я читала роман почти месяц назад и уже не могу назвать их имен или найти что-то интересное для их описания. Одна героиня ищет ответы на вопросы, связанные с отцом. Который в свою очередь работал над системой безопасности поезда. Другая - "дочь полка". Она родилась в поезде, осталась без матери и ее взяли "на воспитание" работники поезда. Она очень хорошо ориентируется в нем, даже в таких местах, про которые никто не знает. Она отлично знает про Запустенье снаружи и что оно способно сделать с людьми в поезде. Пара профессоров, которые хотят изучить эту аномальную зону. Даже условные "Вороны" - местный аналог НКВД-шников в отдельно взятой компании. Но я, к сожалению, не могу никак выделить их. Глубинной проработки характеров я не заметила, хотя герои и не выглядят картонными. Они больше шаблонные. Каким себе представляете наивную одинокую барышню - такой она и будет.
Интрига. В романе есть две основные сюжетные интриги. Политическая (что скрывает компания, что произошло в прошлый раз, как все это скрыли и прочие корпоративные нюансы) и мистическая (что за Запустенье, откуда взялось и что будет, если все-таки выйти в нее). И не могу сказать, что обе эти интриги как-то интересны. Политика, даже внутри компании, а не страны, не интересовала меня никогда. А вот мистически-фантастическая, казалось бы, должна понравится. И как идея она хороша. Вот только не могу сказать, что было так уж интересно. Интерес то появлялся, то пропадал, потом снова появлялся. И хотя автор все-таки дает в финале ответы на все вопросы и даже оставляет место для собственных рассуждений, к моему сожалению я не сильно удивилась или прониклась этими "откровениями".
Логика. В целом, вроде бы, все в этом альтернативном мире выглядит логично. Если не задавать глубинных вопросов, не докапываться и воспринимать все как условность магического реализма. И, вроде бы, ты можешь закрыть на это глаза, но в глубине где-то точит зубки червячок. Мир интригует, но правила Запустенья меняются слишком хаотично, как будто по воле автора. Но вспоминаешь все, что о ней рассказывают, и закрываешь глаза на это. Хоть и чувствуется урка писателя. Или иногда действия "Воронов" выглядят непрофессионально для людей, которые годами ездят через ад.
Удовольствие. Да, это книга - настроение. Если хочется погрязнуть в тексте, в интересной интерпретации событий, то "Территория чудовищ" - самое оно. Наверное даже идеальна для дождливых серых дней. И если вам нравится эстетика железных дорог, поездов и долгих поездок, то тем более стоит ознакомиться. Я совсем чуть-чуть разочарована, но это уже субъективно.